Глава 25
Ник
Хорошее настроение и предвкушение вечера вместе с Хлои обернулось тем, что я узнаю про таблетки. Как она говорит, что она принимает их как успокоительное, но на самом ли деле это так? Она не говорит правды. Это видно, как она нервничает. У нее бывают перепады настроения, но это ещё ни о чем не говорит. Я точно уверен, что она сейчас чиста. Я видел наркоманов и даже с ними тусовался, когда был подростком. Но, может, она их принимает, когда мы не рядом? Нет, не думаю. Она не из таких, тогда зачем они ей? Может, она их пьет из-за экзаменов, всё-таки это стресс. Но, черт побери, я иногда вижу проблески грусти и какой-то пустоты в ее глазах. Я чувствую, что здесь явно что-то посерьезнее, чем, как я подумал, стресс из-за учебы. Я хочу стереть, чтобы она забыла всё, что ее мучает. Хочу, чтобы эти глаза светились счастьем, жизнью. Она прекрасный человек, и она достойна этого как никто другой. Не знаю, какого хрена меня это заботит, с каких пор я стал думать о ком-то кроме себя. Это пугает, но и отпустить ее не могу. Мои мысли прерывает голос Хлои.
— Вон ребята, — говорит она. Кристал, Джесс и Грин идут в нашу сторону.
— Эй, вы чего так долго? — ещё не подойдя до нас, кричит Крис. Мы ещё с подросткового возраста сокращаем имя Кристал, но ей это не нравится. Она хоть и выглядит милой и женственной, но может дать сдачи не хуже мужика, так что мы стали в шутку звать ее Крис, и это привязалось по сей день.
— Где Джейс? — спрашиваю я.
— У него какие-то дела в офисе, так что... — Кристал закатывает глаза. И неудивительно, да он бы и не притащился бы сюда.
— Итак, какая будет программа на вечер? — хлопая в ладоши, отзывается Джесс.
— Программа? — задаёт вопрос Хлои. Я поворачиваю на нее голову, и мой взгляд улавливает, что мы до сих пор держимся за руки. Интересно, кто-нибудь заметил из ребят? Да и похер как-то. Мне комфортно и приятно, и, судя по тому, что она не убрала руку, ее тоже все устраивает.
— Я имею в виду, с чего начнем? Пока вас не было, мы поиграли в дротики и ничего не выиграли, — отвечает Джесс и театрально поджимает губы.
— О, я за то, чтобы покататься на машинках, — предлагает Грин и смотрит в сторону автодрома.
— Я тоже, — восклицает Джесс и тащит Кристал под руку за собой в сторону кассы. Грин бежит вперёд них и показывает им язык. Они бегут за ним и что-то кричат.
— Видимо, наше мнение не в счет, — произносит Хлои и улыбается.
— Они как дети малые, ей-богу, — говорю, смотря на них, как пробиваются вперёд к кассе. Хлои смеётся с них. На ее смех поворачиваюсь к ней и улыбаюсь.
— Так-то лучше, улыбайся, смейся. Тебе идет улыбка, — говорю я и дотрагиваюсь до ее лица и провожу большим пальцем по ее щеке. Ее глаза становятся ярче, и я смотрю на нее как завороженный.
— Эй, вы идете? — кричит Грин. Я, не прекращая зрительного контакта с Хлои, кричу в ответ, что идем. Не размыкая все это время рук, идем к ребятам.
Зайдя внутрь автодрома и помогая Хлои сесть в машину, спрашиваю:
— Ты уже каталась, знаешь, где тормоз, газ?
— Да, — отвечает она, подняв на меня голову и улыбнувшись. Она кладет руки на руль и, нажав на газ, резко подается вперед и врезается в проезжающую мимо машину.
— Черт, — ругается она, и я сдерживаю улыбку, чтобы не улыбнуться, так как она забавная и милая, когда ругается. Это странно.
— Извините, я не специально, я не знала, что они такие резкие, — извиняется она парню, в которого врезалась.
— Ничего страшного. Вообще-то здесь так и положено, — говорит он, улыбаясь. Я прищуриваюсь и иду к ним. Я подхожу и провожу рукой сзади по ее волосам.
— Ты в порядке? — спрашиваю я.
— Да, да, все хорошо, — отвечает она, смотря на меня. Я перевожу на парня взгляд, а он продолжает пялиться на Хлои оценивающим взглядом. Сжимаю челюсть и сужаю на него глаза.
— У тебя проблемы? — спрашиваю довольно грубо, хоть и не собирался, так как не хочу расстраивать Хлои. Он моргает и переводит на меня внимание.
— Эм... нет, все в порядке, — мямлит он и, еще раз взглянув на Хлои, отъезжает от нас.
— А ты был очень мил, — с сарказмом говорит она. Но правда в том, что я и правда был еще мил.
— Зачем так себя вести, он же ничего не сделал, — говорит она. Она серьезно сейчас? Она что, не заметила, как он на нее пялился? Я ничего не отвечаю на это. Так как не хочу расстраивать ее.
— Ты точно в порядке? — спрашиваю ее, вглядываясь в ее лицо. Она молча смотрит на меня несколько секунд и отвечает:
— Да, — произносит она. Видимо, я все-таки ее расстроил.
— Ты разве не будешь кататься? — с улыбкой спрашивает она. Отлично, улыбка вернулась, значит, не все потеряно.
— Еще как буду, и предупреждаю, я мастер в этом, — говорю я и подмигиваю ей.
— Посмотрим, — с вызовом отвечает она. Сажусь в первую попавшуюся машину. И подъезжаю к Хлои.
— Не веришь, что я хорош в этом? — игриво ухмыляюсь.
— Я этого не говорила, а сказала: «Посмотрим», — улыбается она с игривыми глазами. Я на секунду замираю, наслаждаясь ее видом. Эта девушка и вправду прекрасна. Она сейчас расслаблена и весела и не фальшива, как большинство, мне это чертовски нравится. Я лениво откидываюсь на сиденье с довольным видом и говорю:
— Я могу проехать десять кругов, и при этом меня никто даже не заденет, — самодовольно произношу с улыбкой.
— Десять кругов и никто не врежется? — не веря спрашивает. Я киваю.
— Это невозможно, — хмыкает она. Я смеюсь.
— Поспорим? — говорю с вызовом, продолжая улыбаться. Она с серьезным лицом переводит взгляд на проезжающие нас машины и затем улыбается. Снова смотрит на меня, и я вижу, что она что-то задумала. Я приподнимаю одну бровь в вопросе.
— Хорошо. На что спорим? — с довольным лицом спрашивает она. Я театрально прикладываю палец к подбородку и задумываюсь. И мне приходит отличная идея. Я перевожу довольный взгляд на Хлои. Она приподнимает одну бровь, а затем хмурится. Я еще шире улыбаюсь.
— Спорим на желание, — отвечаю я.
Ее выражение лица меняется, и я спешу добавить:
— Без пошлостей.
Хлои расслабляется и кивает.
— Хорошо. Если проиграешь, выполняешь моё желание, — уверенно говорит она.
— Этого не случится, малышка, не переживай, — хмыкаю я. Она закатывает глаза, я, улыбнувшись, давлю на газ и мчусь вперед.
Ловко объезжаю все преграды столкновения, но на пятом кругу появляется неожиданный «сюрприз» в виде появившейся Хлои, пытавшейся в меня врезаться. Вот проказница, так вот почему она так улыбалась. Она с самого начала все продумала. Я, наверно, улыбаюсь как дурак, да и похер. Я бы даже поддался ей, потому что она так старается стукнуть меня. Это чертовски забавно — видеть её лицо, когда у нее не получается, но мне надо выиграть, чтобы добиться желаемого. И вот, проехав десятый круг, я резко останавливаюсь. Хлои тормозит рядом со мной с недовольным лицом. Я начинаю смеяться.
— Не смейся, — ворчит она, — Ты жульничал! — выдает она.
— Правда? И как же? — заливаюсь я смехом. Она прищуривает на меня глаза.
— Не знаю... — она задумывается на секунду, — Но это все равно нечестно, — не сдается она. Я со смехом качаю головой. Женщины.
— За тобой желание, — довольный собой вылезаю из машины. Подхожу к ней и протягиваю руку, чтобы помочь выйти из машины. Она игнорирует мою руку и вылазит сама, проходя мимо меня с гордо поднятой головой. Я, не выдержав, снова смеюсь и следую за ней из автодрома. Ребята куда-то делись, и, если честно, мне сейчас не до них, у меня другая цель.
— Итак, — начинаю я. Хлои останавливается и, повернувшись ко мне, скрещивает руки на груди.
— И что ты хочешь? — спрашивает она с серьезным лицом. Не знаю почему, но это меня забавляет.
— Идем, — я беру ее за руку и веду к кассе.
— Пять кругов на двух человек на колесо обозрение, — говорю я кассиру. Беру билеты и идем в сторону колеса.
— Зачем так много? — удивляется Хлои.
— Это моё желание, — говорю я. Мы подходим и ждем нашей очереди.
— Твоё желание — это покататься пять кругов вдвоем? Серьезно? — спрашивает она удивленно. Я лишь ей улыбаюсь.
Если бы я ей сказал, зачем я это пожелал, она бы отказалась. Даже не смотря, что это был спор, который она проиграла. За это недолгое время я ее неплохо узнал. Она бы сбежала, так что я просто промолчал. Подходит наша кабинка, и, пока Хлои заходит, я незаметно прошу нас закрыть на замок. Мы садимся друг напротив друга. Теперь она не сбежит, если только она не умеет летать. Она смотрит в окно, а я на нее. Черт, я даже не знаю, с чего начать, надо было все продумать. Итак, что я знаю точно, так это то, что колесо проделывает один круг примерно восемь минут. Пять кругов — это будет минут сорок. Просто идеально, целых сорок минут наедине. И моя цель — вывести ее на разговор. Я должен попытаться. Хлои прочищает горло и обращает на меня взгляд.
— Не думаю, что мы здесь просто покататься, не так ли? — говорит она. Она умна.
— Да, это так, — слегка улыбаюсь и облокачиваюсь локтями о колени, тем самым приближаюсь к Хлои. Она же обхватывает себя руками и смотрит в окно.
— Я должна была сразу догадаться, — невесело усмехается она.
Я вздыхаю. Я хотел, чтобы она весело провела время, но сам сейчас делаю все да наоборот. Но мне просто это не даст спокойно сегодня уснуть, если не поговорю с ней.
— Ты же понимаешь, что нам все равно придется поговорить? Нам здесь как-никак полчаса сидеть, — говорю ей.
— Не обязательно, я могу выйти так же, как и зашла, — упрямится она.
— Попробуй, — вскидываю руку в сторону двери. Хлои хмурится.
— Зачем тебе это? Я уже все тебе сказала. Что ты хочешь знать еще? — недовольно бросает.
— Всё, — отвечаю я. Она непонимающе хмурится.
— Я хочу знать всё, — добавляю я. Хлои пристально на меня смотрит, а затем отводит взгляд.
— Хлои, — произношу я как можно нежнее, чтобы она чувствовала себя комфортнее. Но, видимо, это не работает, так как она начинает кусать изнутри губу. Я уже запомнил эту привычку, это значит, она нервничает и ей неуютно, и она хочет сбежать. Черт бы меня побрал, я удивляюсь самому себе, что замечаю и запоминаю такие вещи в ней. Ладно, об этом я подумаю позже, у меня сейчас есть цель.
— Поговори со мной, — прошу я.
— Я не буду об этом говорить.
— Почему? — спрашиваю я.
— Потому что, Ник, — повышает она голос, переведя на меня взгляд.
— Это не причина, — говорю. Она кидает на меня краткий недовольный взгляд.
— С чего вдруг я должна тебе что-то рассказывать? — спрашивает она.
— Потому что мы друзья, а друзья делятся своими мыслями, проблемами, переживаниями.
— Уж прости, Ник, но мы не настолько давно дружим, чтобы открывать души, — вздыхает она. И я понимаю, что она права, но ничего не могу собой поделать.
— Ты мне не доверяешь, я понимаю. Это нормально, — говорю я спокойно, но на самом деле мне обидно. Я хочу, чтобы она мне доверяла как никому другому. Но я понимаю, что мы знакомы недавно и надо заслужить доверие, а я творил такое дерьмо перед ней. Конечно, она не будет доверять мне. И что же мне делать?
— Ты понимаешь, что это нечестно? — прерывает она мои мысли, и я с вопросом смотрю на нее.
— Если я спрошу что-то из твоего прошлого о тебе, разве ты мне расскажешь? Потому что я вижу, что-то тебя мучает, — неожиданно говорит она. Я даже сглатываю. Как она узнала? Это так заметно?
— Как ты...
— Твои глаза. Они тебя выдают. Иногда в них это проскальзывает, — говорит она.
— Ну что еще, хочешь поговорить? — с вызовом спрашивает она. Я вздыхаю и облокачиваюсь о спинку.
— Теперь ты меня понимаешь, — и отворачивается к окну.
А я смотрю на ее профиль в упор, не шевелясь, не моргая. Она завела меня в тупик. Я в сраном тупике! И я понимаю, что она права. Я прошу ее открыться мне, а сам этого сделать не могу. Блять! Может, нахрен это всё? Я имею в виду всё это. Просто уйти, оставить это всё, уйти от нее. И, черт бы побрал это всё, так как я понимаю, что все равно вернусь. Вернусь к ней. Я уже уходил, и что из этого вышло? Мы сидим вдвоем на хреновом колесе и не можем поговорить и уйти друг от друга тоже. Я сейчас сдохну. Я рычу и тру лицо руками, а затем поднимаю голову на Хлои. Она смотрит на меня. Смотрит этими большими синими прекрасными глазами, и я понимаю, что-то надо делать с этой проблемой. Как бы мне не хотелось вспоминать прошлого, но другого выхода просто нет.
— Почему ты так смотришь? — спрашивает она. Я слегка улыбаюсь. Мы должны это сделать.
— Хорошо. Ты права, это нечестно с моей стороны просить тебя о чем-то рассказать, не получив никакой отдачи, — говорю спокойным голосом, но внутри мерзкое ощущение.
Воспоминания. Я напрягаю челюсти и пару раз сжимаю кулаки, тем самым чтобы отвлечься, но не выходит.
— Что? — теряется она и бегает глазами по кабинке. Она явно не ожидала такого поворота, думала, что тема закрыта, тем самым предъявив и моё прошлое. Она решила, что я отступлю, хотя это так и было, но всего на пару минут. Я никогда не отступаю. Меня это слегка забавляет, и я даже расслабляюсь.
— Сделаем так, — начинаю я. — Мы будем двигаться потихоньку. Каждый день один вопрос, один ответ. Ясно и развернуто, — решительно говорю я. Она ничего не отвечает.
— Не молчи, — прошу ее.
— А если я не хочу? — говорит она.
— Тебе же хуже, — отвечаю. Она хмурится.
— Разве тебе не хочется облегчения от накопившегося? Поговорить, высказаться. Даже если эти мысли ужасны и темные, с моей стороны точно не будет осуждения или жалости, — меня уже затягивает эта темнота, которую я пытаюсь забыть или игнорировать много лет.
Я вижу, что Хлои задумалась об моем предложении. Это уже хорошо. Но также я уже жалею, что предложил это. Я не хочу это вспоминать и особенно рассказывать ей. Она может не понять, испугаться меня. А этого я точно не хочу, не хочу, чтобы она боялась меня или чувствовала ко мне отвращение.
— Всё, что мы будем рассказывать и обсуждать, будет только между нами. Никто не будет знать этого, — продолжаю я, не зная зачем, так как я почти дал задний ход. Она внимательно смотрит на меня и кусает изнутри губу.
— Хорошо, — тихо отвечает она. И я не знаю, радоваться мне или огорчаться. Я сам все начал. Другого выхода нет, иначе никак.
— Хорошо, — повторяю я устало, как будто пробежал пять миль. Я снова облокачиваюсь и провожу рукой по лицу.
— Зачем тебе таблетки? — задаю я свой первый вопрос и устремляю взгляд на Хлои. Она нервно грызет ноготь большого пальца. Она прочищает горло.
— Кое-что случилось со мной два года назад. Я должна была ходить к психотерапевту, но я отказалась, и поэтому я принимаю только антидепрессанты, — говорит она.
— А что случилось два года назад? — спрашиваю я.
— Это уже второй вопрос, — выдавливает она улыбку. Я поджимаю губы в улыбке. Это мало, но сдвиг есть. Я буду стараться быть терпеливым.
— Помнишь, мы были в баре, когда я приехала, чтобы тебя забрать пьяного, там еще были две девушки с тобой? — говорит она. Я киваю, не понимая, к чему это она.
— Одна из них обратилась ко мне с шуткой: «Это твоя мамочка»? Ты резко отреагировал тогда, — заканчивает она и, смотря на меня, ждет ответа. Я напрягаюсь всем телом.
— Ты задала вопрос, я уже ответил, — увиливаю я.
— Ты же понимаешь, что это нечестно. Кивок — это не ответ. И не тот вопрос я задала, — злясь проговаривает она. Я закрываю глаза и, открыв через минуту, замечаю, что Хлои смотрит в окно, скрестив руки. Я должен ответить. Такие правила, черт бы их побрал, которые сам же придумал.
— Моя мать умерла, когда мне было двенадцать, — нарушаю тишину. Я смотрю в пол, но чувствую, что Хлои на меня смотрит.
— Мне очень жаль, — произносит она.
Я морщусь и продолжаю:
— Она была наркоманкой и пьяницей и вдобавок на побегушках у местного наркоторговца. Всё, я ответил. Я ответил на чертов вопрос. На сегодня хватит. Это еще малое из всего того, что она узнает. Как она будет относиться ко мне в конце, когда я расскажу ей всё? Я не могу поднять на нее взгляд, не хочу видеть жалость, сочувствие или даже, может, отвращение.
— Ник, — зовет она. Я, вздохнув, все-таки смотрю на нее. И, о боже, какое я чувствую облегчение, не видя ничего из этого в ее лице. Она даже улыбается. Улыбается?
— Последний круг, и нам выходить, — говорит она. Я тупо на нее смотрю. Вот так просто? Она ничего не скажет и никаких подобных взглядов? Я ошарашен и растерян. Я не ожидал такого. Она просто взяла и поменяла тему, как будто мы не разговаривали на такую серьезную тему. Я улыбаюсь. Она чудо. И мне даже стало легче, что ли. Подходит наша кабинка, и ее открывают, и мы выходим.
— Мы были заперты на ключ? — удивляется Хлои, оборачиваясь назад. Я смеюсь и киваю.
— Это твоих рук дело, не так ли? — говорит она и бьет меня ладошкой по плечу, и я ее ловлю и переплетаю наши пальцы.
— Я же должен был перестраховаться, чтобы ты не сбежала, — довольный собой улыбаюсь.
— Хитрец, — и пихает меня локтем, улыбаясь. Мы смотрим друг другу в глаза. Мне нравится, когда она такая, беззаботная и веселая.
— Эй, пропавшие, где вас черти носят? Мы вам обыскались и сотню раз звонили, — к нам спешат ребята и башенная Джесс.
— Простите, видать, у меня без звука стоял, — извиняется Хлои. Она достает телефон из кармана и проверяет.
— Где вы были все это время? — уже спрашивает Кристал.
— На колесе, — отвечаю я.
— Вы катались на колесе почти целый час? — удивляется Джесс. Я закатываю глаза. Какая она любопытная. Хлои просто кивает. Я тяну ее за руку, проходя мимо их. Мы ровняемся.
— Как насчет перекусить пиццей? Здесь есть где посидеть, — предлагает Грин, и все соглашаются, и идем на поиски пиццы.