Глава 14
Хлои
Открываю глаза, моргаю пару раз, привстаю, и голову пронзает боль, хватаюсь за нее и закрываю глаза. В горле сухо. Боже. Снова открываю и осматриваюсь. Какого... Где это я? Пульс отдается в висках. Осматриваюсь по сторонам, и мой взгляд падает на кровать и рядом спящую Джесс. Комната большая, просторная. Встаю. Нас похитили? Первая моя мысль. Что вчера произошло? Я ничего не помню. Комната в теплых оттенках, в основном бежевых и серых. Осматриваю себя и замечаю, что я в нижнем белье. Резко осматриваю комнату в поиске платья и вижу, что оно висит на спинке стула. Быстро натягиваю его на себя. Подхожу к Джесс.
— Джесс, — трясу ее. Нулевой эффект. Типичная Джесс. Снова трясу ее.
— Что? — сонно бубнит она.
— Джесс, нас, кажется, похитили, — говорю ей.
— Ты что, еще пьяна? — хмыкает она. — Никто нас не похищал.
— Тогда где мы?
— Узнай сама, — загадочно говорит она и, обняв подушку, продолжает спать. Она что, серьезно?
— Джесс, какого...
— Отстань, дай еще хоть чуть-чуть поспать в этой мягкой постельке, — ворчит она. Я с нее в шоке. Но раз она так спокойна, значит, незачем волноваться.
Поворачиваюсь и вижу дверь в противоположной стороне комнаты, иду туда. Ванная. Отлично. Смотрю на себя в зеркало, да уж, лучше бы это не делала.
Тушь размазалась, и черные потеки по щекам. Я что, плакала? Что произошло? Почему я не помню? Умываюсь и приглаживаю волосы. Выхожу из комнаты и вижу еще две двери в этой стороне и одну в другой. Прохожу немного по коридору и вижу лестницу и спускаюсь. Большая гостиная в темном оттенке дорогого дерева. На стене висит большой плазменный экран, большой бежевый диван и рядом прозрачный столик. Здесь живет богатый человек. Это сразу видно. У кого мы? Куда притащила нас Джесс? Мне становится не по себе. Слышу какие-то звуки, исходящие с кухни, иду туда, и чем ближе, тем сильнее бьется сердце, отдавая удары в виски.
Чувствую запах бекона. Вход на кухню обрамляет арка из темного дерева. Осторожно захожу. И сразу на глаза попадается парень, но он стоит спиной, на нем только джинсы. Обвожу взглядом его спину, она сильная, и видно, что он следит за собой. Отвожу взгляд, осматривая кухню. Большая, посередине стойка темно-синего цвета, над плитой висят шкафчики такого же цвета. Включен телек, висящий на стене в левой части кухни. Меня привлекает шорох, я поворачиваюсь, и парень делает то же самое, и это...
Ник.
Что за фигня? Что он здесь делает? Так, стоп, это получается его дом? Тогда я что тут делаю? Он прерывает мои мысли.
— Проснулась, соня. С добрым утром, — со смешинкой в голосе говорит он.
— Доброе... Наверное, — в замешательстве говорю я.
— Садись завтракать, — показывает кивком на барный стул. Неуверенно прохожу и сажусь. Он кладет перед мной тарелку с яичницей и беконом. Отворачивается и копошится в ящичке над плитой. Меня начинает подташнивать и снова болеть голова. Ник поворачивается и кладет две таблетки передо мной и ставит стакан с апельсиновым соком.
— От головы. Уверен, она у тебя болит, — объясняет он. Киваю и выпиваю таблетки соком, сок выпила полностью.
— Да у тебя жажда, — ухмыляется он. Поджимаю губы. Он наливает еще. Благодарно ему улыбаюсь. Пока пью сок, рассматриваю его поверх стакана. Мой взгляд падает на его идеальный пресс.
— Налюбовалась? — улыбается Ник. Он руками облокотился за края стойки. Я округляю глаза, поняв, что попалась, и быстро отвожу взгляд. Черт!
— Ты какая-то не разговорчивая. Ты в порядке? — спрашивает он и садится напротив меня.
— Все нормально, — тихим голосом отвечаю я.
— Поешь, станет лучше, — говорит он.
— Эм... Я не голодна, — отвечаю честно. Он кивает и наливает мне еще сока.
— Джесс еще спит? — спрашивает он. Я киваю. Опять мой взгляд приковывается к его груди и прессу.
— Могу встать, чтобы тебе лучше было меня разглядывать, — одним уголком губ улыбается он. Меня кидает в краску, что я снова попалась. Молодец, Хлои! Ник продолжает кривовато улыбаться, рассматривая меня в ответ. Эта улыбка... Кажется, я еще пьяна. Опять слышу пульс в ушах. Очнись уже!
— Не льсти себе, — хмыкаю я.
— Другое дело! Теперь я узнаю Хлои, — ехидничает он. Закатываю глаза.
— У тебя что, футболки кончились? — не подумав, говорю я и, прикрыв глаза, отвожу взгляд. Что за дура! Ник заливается смехом. Отлично, теперь он надо мной смеется. Заливаюсь краской. Его смех странно действует на меня. Кожа покрывается мурашками, а сердце бьется быстрее.
— Не поверишь, но именно сегодня так и получилось, — смеется он. — Так что не стесняйся, смотри сколько угодно, — разводит он руки в стороны и снова посмеивается.
— Я тебя и не рассматривала... Тебе показалось, — я, наверное, сейчас как помидор. Так, надо спросить про вчерашнее, тем самым сменив тему. Поднимаю на него взгляд и встречаюсь с ним глазами.
— Эм... Что... — запинаюсь я. — Что вчера было? — наконец спрашиваю я.
— Кто-то ничего не помнит, — ехидничает он.
— Не то чтобы не... — вздыхаю и хмурю брови, пытаясь перевести мысли в порядок.
— Так что произошло и почему мы у тебя? — спрашиваю. Он медленно поднимает чашку с кофе к губам, не отрывая от меня глаз. Глаза у него блестят, и я не могу оторвать от них глаз, пульс снова учащается.
— А что помнишь ты? — как-то загадочно спрашивает Ник. Начинаю мысленно копаться в голове.
— Ну... — задумываюсь я. — Мы сидели все вместе в VIP-комнате, потом... Уокер, — произношу я. Смотрю на Ника, замечаю, как его челюсть напряглась, а взгляд стал злым, что ли. Почему он злится? На меня или... Уокера? Память немного проясняется.
— Кто такой Уокер? — суровым тоном спрашивает он.
— Он... Мы учимся в одной школе, но в разных классах, — объясняю я. Он кивает.
— Между вами что-то есть? — неожиданно спрашивает он каким-то напряженным голосом.
Я начинаю смеяться.
— Что смешного? — говорит он.
— Я и Уокер? Серьезно? Я его терпеть не могу. Мы постоянно то и дело ругаемся, — говорю я.
— Что-то это не было заметно, потому как вы мило беседовали, — говорит он. Что?
— О чем ты? Мы, как всегда, поругались, — отвечаю я, хмуря брови. — Я ему высказала всё, что о нем думаю, пока алкоголь придавал мне смелости, — заканчиваю я. Он молчит, о чем-то задумавшись.
— Что-то еще помнишь? — опять загадочно спрашивает он. Да что я натворила?
— Эм... — вспоминаю я. После Уокера я поднялась к ребятам, потом появилась та рыжая мымра, и я не хотела смотреть на них с Ником и пошла в бар.
— Я пошла к бару и заказала рюмку текилы, а потом еще... и еще.
— Да, и если бы не я, хрен знает сколько ты еще выпила бы, — отчитывает он меня. Да кто он такой, чтобы это делать? Хотя в глубине души я понимаю, что он правильно сделал.
— А тебе-то какое до этого дело, сколько я выпила? — произношу я на высоких тонах. — Ты мне, по сути, никто, — последние слово говорю тише. Черт, что-то я вспылила.
— Вообще-то мы друзья, — строгим тоном говорит он. — И я переживал за тебя, когда ты убежала, — уже спокойнее говорит он. Убежала? Потом вспоминаю.
— Каблук, — тихо произношу я.
— Что? — непонимающе спрашивает он.
— Я сломала каблук... Мне пытался помочь какой-то парень, но... — смотрю на Ника. — Ты на него наорал. Зачем?
— Конечно, все они хотят помочь, — выделяет он последние слово. Закатываю глаза. Но и тут он прав, фиг знает, кем он мог оказаться.
— Что-то еще припоминаешь? — интересуется он.
— Я ушла из клуба и шла по тротуару... босиком, — опускаю взгляд на свои ноги. Стопы немного грязные. Черт, как стыдно.
— Босиком... — повторяет он, сверля меня глазами. Вздыхает. — О чем ты думала? А если поранилась?
— Ну не поранилась же, — отвечаю я. Он качает в недовольстве головой. Он что, переживает за меня?
— Что-нибудь еще? — не унимается он. Да что он хочет, чтобы я вспомнила?
— Нет... Я что-то натворила? — жду его ответа.
— Я бы не сказал... — улыбается он и лениво на меня смотрит. Он подносит к губам чашку, и мой взгляд невольно падает на его губы, и меня как будто прошибает. Поцелуй. Мы целовались. А может, мне это приснилось? Боже. Первый поцелуй. Хотя не первый, черт, я запуталась, и это все из-за Джесс. Я помню, что мы целовались без языка, но потом он провел им по моей губе, и я отстранилась. Я этого не ожидала и струсила. Я это помню и помню, как меня накрыло волной тепла и мурашек. Это было приятно. Так вот почему он так допытывал меня про то, что я помню. И эти его все улыбочки и ухмылочки. Он надо мной смеется? Видимо, я облажалась, раз он так себя ведет. Боже, как стыдно. Я ерзаю на стуле.
Чувствую его взгляд на себе и заливаюсь краской. Черт побери! Приглаживаю волосы и пытаюсь хоть как-то спрятать свое покрасневшее лицо.
— Кто-то о нас вспомнил, — слишком милым голосом говорит Ник. Черт! Хочу провалиться сквозь землю. Я смотрю куда угодно, но только не на него. Хочу исчезнуть, почему мы не живем в магическом мире, тогда можно было бы исчезнуть, лишь взмахнув рукой. Но, к сожалению, это реальный мир, и здесь так не работает.
— Я не понимаю, о чем ты, — включаю дурочку.
— Конечно, — с нотками веселья говорит он. Он издевается надо мной. Вот гад. Чувствую злость, поднимающуюся к горлу.
— Знаешь что, смейся сколько душе угодно. Да, я плохо целуюсь, потому что это был мой первый поцелуй и я была пьяна, так что иди к черту! Вали к тем, кто мастер в этом, — уверенно говорю я, даже несмотря на то, что призналась, что это был мой первый поцелуй, встаю и иду к выходу из кухни. Но меня хватает за руку Ник и поворачивает к себе лицом.
— Я не смеялся над тобой. Как ты вообще могла подумать об этом? — быстро произносит он, смотря на меня сверху вниз. — И мне понравилось, — добавляет он.
Округляю глаза. Он опять смеется надо мной? Смотрю в его глаза и понимаю, что нет. Заливаюсь краской. Он сейчас так близко, что может снова поцеловать меня. А хочу ли я это? Да, хочу. Хочу его запомнить на трезвую голову. Боже, он делает шаг ко мне, и я ощущаю свежий и теплый запах его тела, и вдобавок он без футболки. У меня пересыхает в горле и слегка подкашиваются коленки. Он пристально на меня смотрит. Эти глаза... Я сейчас упаду в обморок. Он медленно наклоняется и...
— С утром добрым! — восклицает радостно Джесс. Я резко отстраняюсь от Ника.
— Я помешала? — виновато говорит Джесс, поглядывая на нас.
— Нет, я как раз выходила, — говорю и иду в сторону входной двери. Надо подышать. Слышу их голоса, но разобрать не могу их разговор.
Выхожу на крыльцо и вижу слева скамью-качели, сажусь и слегка раскачиваюсь. Всегда такую хотела. Сижу погруженная в свои мысли и смотрю вдаль океана уже как минут десять. Открывается дверь, я поднимаю голову и вижу Ника, на нем уже одета черная футболка. Он садится рядом. Я кусаю изнутри нижнею губу.
— Ты как? — интересуется он.
— Хорошо, ты как? — тихо отвечаю ему. Он хмыкает. Смотрю на него и вижу легкую улыбку, но потом она пропадает, и я не могу понять его выражения.
— Ты жалеешь? — спрашивает он и, повернув голову, ждет ответа.
— О поцелуе, — поясняет он. Я краснею. Он хочет об этом поговорить? О боже! Я смотрю на свои пальцы. Не знаю, что ответить. Я и жалею, и нет. Какое-то противоречивое чувство. Все изменилось. Рядом с ним я чувствую то, что никогда раньше не испытывала. Это одновременно притягивает, как одна сторона магнита, и отталкивает, как другая сторона.
— Я... Я... — открывается дверь, и выходит Джесс, и, черт возьми, я ей благодарна.
— Я опять помешала, — поджимает она губы. Я улыбаюсь ей. — Звонила Рэйчел, она переживает.
— Нам пора, спасибо за гостеприимство, — благодарно улыбаюсь Нику.
— Не за что. Я вас подвезу, — встает и идет к двери.
— Не стоит, мы на такси, — заверяю его я.
— Мне все равно надо по делам, так что мне не сложно, — и уходит в дом. Появляется буквально через секунд десять. Садимся в машину и выезжаем. Мы садимся с Джесс назад. Ник включает музыку, и доезжаем до моего дома, не произнося ни слова. Джесс выскакивает из машины, благодарит Ника и, поцеловав меня в щеку, убегает, повернувшись ко мне, играет бровями. Предательница! Оставила нас наедине и сбежала!
— Спасибо еще раз. Я уже так много тебя благодарила, что сбилась со счету, — смеюсь я. Он и правда мне постоянно помогает. Он ухмыляется.
— Я только рад, — произносит он, и замечаю, как блестят его глаза. Черт, они опять очаровывают меня. От мысли, что я хочу, чтобы он прикоснулся ко мне, я поражаюсь. Я после того случая избегала противоположный пол, тем самым боялась, что это может произойти снова. Мне было противно и неприятно, когда ко мне прикасались, и вот сейчас я стою напротив Ника. Этого красивого, сексуального, зеленоглазого искусителя, и хочу, чтобы он прикоснулся ко мне, поцеловал. Он смотрит на меня потемневшим взглядом, и это так притягивает. Он опускает взгляд на мои губы, и я перестаю дышать. Я смотрю на его идеально очерченные, слегка пухлые губы. Пульс учащается. Он делает шаг ко мне и...
— Хлои! — зовет меня голос мамы. Я резко прихожу в себя и смотрю в ее сторону. Она стоит в дверях на крыльце. Перевожу взгляд на Ника, он смотрит на меня в ожидании.
— Мне пора, да и тебе тоже, — вспоминаю про его дела. Опять краснею.
— Пока, — ухмыляется он.
— Пока, — слегка улыбнувшись, иду в дом. Мамы уже нет. Захожу в дом и прохожу на кухню. Мама стоит у плиты и поворачивает ко мне печальным видом. Что случилось?
— Что-то случилось? — настороженно произношу я.
— Где ты была? Я волновалась, — говорит она и окидывает меня взглядом. Переступаю с ноги на ногу. Чувствую себя как пятилетний ребенок, который нашкодил. Уже открывается рот, но она меня перебивает.
— И, пожалуйста, не говори, что ты была у Джесс, — скрещивает руки и приподнимает бровь. Она меня раскусила.
— Извини, мам, — поджимаю я губы и обнимаю ее, уткнувшись ей в плечо. — Да, мы были не у Джесс. Прости, — прижимаюсь сильней. Она сдается и обнимает в ответ.
— А где тогда? У этого парня? — интересуется она, отодвинувшись, заглядывает мне в глаза. В ее глазах беспокойство.
— Да, но ничего дурного мы не делали, — уверяю ее. Она кивает, но вижу, что не до конца верит. Садимся за стол.
— Ты уже большая девочка, и это твоя жизнь, но я хочу, чтобы ты была осторожней, — с заботой произносит она.
— Конечно, мам, — улыбнувшись, киваю. Поцеловав ее, иду в душ. Позвонила Кристал, чтобы попросить выходной сегодня, она дала мне два, так что эти выходные я полностью свободна. На часах два часа дня. Плюхаюсь на кровать, чтобы поспать еще пару часиков. Потом надо сходить в школьную библиотеку, взять пару учебников для подготовки к экзаменам. Закрываю глаза и погружаюсь в сон.