целовать нельзя.

Шайбакова курила сигарету за сигаретой, почти докуривая полную пачку. Ветер дул ей в лицо, обжигая своим холодом. Глаза слезились от такой погоды. Она откашлялась, бросая на землю окурок.

Из здания сзади нее играла идиотская музыка, а сквозь окна пробивался яркий свет. После небольшого перекура на улице, кучерявая отправилась внутрь. Это был обычный бар, самый идиотский и дешевый в округе. Адель успела как раз вовремя зайти на танцпол, ведь уже началась шумиха: Одна из постоянных клиентов этого заведения пострадала от мужчины лет сорока, который явно не просто так трогал ее за зад. Девушка ругалась и тыкала пальцем, что заметила кареглазая, словно под гипнозом подходя ближе. Без слов, кучерявая со всей силы ударила кулаком в лицо уже не молодому человеку. За нее сразу подхватились почти все рядом стоящие, держали ее за руки, плечи и шею. Она отдернула их, освобождая кисти и поднося их к своей голове, показывая рога, а также высовывая язык. Когда мужчина поднялся и злобно смотрел прямо в глаза кудрявой, та не стесняясь плюнула в лицо незнакомцу. А постоянная клиентка просто стояла у барной стойки, выпивая из бокала бордовый напиток.

Когда нарушителя увели, а Адель стала свободна от чужих рук, взгляды девушек встретились. Брюнетка даже не улыбалась, холодным взглядом прожигая на сквозь пьяную идиотку. По телу кучерявой словно прошел ток, а в животе словно пролетели бабочки. Впервые не те, что с лезвием. Она оттянула от себя черную майку, чтобы охладиться, все также смотря на постоянную клиентку, почти по-сумасшедшему улыбаясь. Тогда брюнетка подошла к кучерявой, и накинула на нее свою черную кожанку. Все молча, словно они знакомы уже давно. И также загадочно дама ушла от Адель.

По телу пробежали те же мурашки, когда оголенные плечи покрыла кожаная ткань. После такого жеста, таинственная незнакомка словно испарилась, исчезла сквозь стены.
Шайбакова встретила знакомую фигуру только под конец своего присутствия в клубе, когда уже хотела выйти на улицу, но встретила взгляд зеленых глаз. И тогда, Адель сделала первый шаг, подойдя к брюнетке ближе, протягивая ей кожанку.

- Вас? - Заговорила кучерявая, изучая своими карими глазами чужие зеленые.

- Зовут? Виктория. - На ее голове красовались черные очки, но видя как кудрявая пристально смотрит, решила играть с ней в гляделки, даже не стесняясь смотреть в ответ. - Вас? - Повторила манеру речи Шайбаковой дама, после чего на первой появился румянец.

- Адель. - Она протянула руку Вике, для рукопожатия, и девушка ответила тем же. - Вы всегда такая спокойная и серьезная? - Ей, конечно, хотелось добавить слово «сексуальная», но тогда кудрявая вылетела из бара следующей, после домогателя.

- Да, - Виктория сделала глоток напитка в руках и добавила. - А вы всегда лезете туда, куда не надо? Или просто хотите чтобы в один момент вас убили?

- М, - мечтательно промычала Адель. - Да, точно в цель. Так и есть.

- Я вам понравилась, да? Или только мои глаза? - Виктория хитро улыбнулась.

- Бинго! Вы экстрасенс? Который раз вы угадываете. - Шайбакова была явно под алкоголем, но так даже казалась интеллигентнее. 

- Ну тогда перейдем на «ты»? Если уж на то пошло? - Не успела Виктория и договорить, как на нее упала Адель, потеряв сознание от выпитого ею алкоголя.

Брюнетке ничего не оставалось, как взять кудрявую на собственные руки и донести до своей машины. Открыв дверь на задние сидения, Николаева заботливо положила пьяное создание. Закрыв дверь, дама сама присела на переднее и поехала к дому, естественно своему. Оставив машину в большом красивом гараже, Виктория снова взяла на руки кудрявую и отнесла ее внутрь.

Сложив Адель на диване, девушка сняла с нее брюки, чтобы надеть домашние шорты. Майку Вика решила не снимать с Шайбаковой, а уложить ее спать в гостевой прямо так.

На утро кучерявая и не ожидала проснуться в просторной комнате, с явно дорогим ремонтом. Она осторожно осмотрела все пространство, и заметив стакан с водой и графин, выпила почти половину. И только потом прочла записку: «Доброе утро, Адель. Не думаю, что вы помните нашу встречу, но если и помните, я - Виктория, из бара. К огромному сожалению, вам видимо стало плохо, что вы решили потерять осознание прямо на мне. Сейчас вы в моем доме, я либо в рабочем кабинете, либо на кухне. Кухня на первом этаже, рабочий кабинет по коридору и налево. Чистая одежда в шкафу, еда на столе в кухне. Когда почувствуете себя лучше, я отвезу вас до вашего дома, если, конечно, захотите.»

Почерк был очень красивым, как будто писали чернилами и пером. Шайбакова даже ахнула, словно написал ей сам президент. Она поднялась на ноги, осторожно открыла белый шкаф, вытаскивая оттуда чистую одежду. Адель осторожно переоделась и решила искать спасительницу по дому. Запомнив информацию из письма, кудрявая прошла до кабинета, постучала и зашла. А не увидев никого в кабинете, спустилась на первый этаж, прямо к кухне. В ней уже сидела девушка, завтракая.

- Доброе утро! - Произнесла брюнетка, осматривая гостью. - Да, одежда вам немного большевата. Вчера я не получила ответа, по понятным причинам, вы не против обращения на «ты»?

- Не против. Спасибо огромное за такую помощь и извини что потревожила. - Кудрявая присела рядом и хозяйка дома подвинула тарелку с сырниками к Адель.

- Приятного аппетита. - Обе улыбнулись, гостья неловко, а Виктория как и вчера, по хитрому. - Сколько тебе лет? - Задала вопрос Николаева, когда Шайбакова приступила к еде.

-Девятнадцать, - кучерявая почти полностью отошла от вчерашнего. -  а тебе?

-Двадцать один. - Хоть разница и небольшая, Вика почувствовала ее. - Учишься?

-Нет. А ты?

-Работаю уже. - Виктория взяла свои тарелку и приборы, относя их в посудомойку.

-Можно вопрос? - Младшей кивнули. - Почему ты меня вчера забрала к себе?

-Ты сказала, что я тебе понравилась. Вот и спасла, не бросать же тебя там. - Она повернулась лицом к кудрявой и слегка оперлась об стол.- А еще, ты за меня вчера заступилась.

-Правда? Видимо много выпила, не помню все. - Ей стало немного стыдно. - Надеюсь, я ничего плохого не сделала.

-Максимум, ты плюнула мужчине в лицо. - На удивленный взгляд Адель, та продолжила. - Ну и ударила его, за то что он меня лапал.

-Раз так, то это хорошо.