Его невеста по контракту

Знакомая боль грохотала у меня в голове, глаза становились тяжёлыми, а плечи и шея болели. Я посмотрел в окно на надвигающуюся грозу, думая, успею ли добраться домой до того, как она начнётся и головная боль станет невыносимой. Три стука, которыми секретарша обычно давала о себе знать, прозвучали в моей больной голове как выстрелы. Я откинулся на холодную кожаную спинку кресла и закрыл глаза.

- Войдите, - позвал я настолько громко, насколько мог.

- Вам что-нибудь нужно, Чонгук?

Я даже не стал поднимать голову.

- Можешь отменить встречу с техническим советом.

- Уже отменила.

- Отлично. И можешь освободить меня от работы на остаток дня. Сегодня от меня всё равно никакого толку.

- Я могу сделать ещё что-нибудь?

Я вздохнул, продолжая держать глаза закрытыми.

- Если тебя не затруднит, чашка кофе и несколько таблеток от боли были бы кстати. И если можешь позвонить моей жене, было бы замечательно.

Она тихо рассмеялась.

- Думаю, я могу это сделать, Чонгук.

- Спасибо.

Она вышла, а я принялся массировать виски. Я знал: как только поговорю с Лисой, она скажет оставить машину в офисе и взять такси домой. И я также знал, что дома она будет ждать меня с холодным компрессом, гораздо более сильными обезболивающими и своим успокаивающим прикосновением, которое поможет избавиться от этой мигрени.

Мне просто нужно было добраться до неё. Кофе и обезболивающее, которые принесёт секретарша, помогут продержаться до этого момента.

Я услышал шаги, почувствовал, как таблетки положили мне в ладонь, и уловил запах кофе. Но голос, который я услышал, принадлежал не секретарше.

- Выпей.

Я благодарно проглотил таблетки и вслепую стал искать руку жены.

- Что ты здесь делаешь? Ты ведь сегодня не должна была приезжать в офис.

- Сюда позвонили и сказали, что сегодня утром ты совсем отключился. Она подумала, что у тебя один из сильных приступов головной боли, поэтому я приехала отвезти тебя домой. Я как раз проходила мимо, когда возвращалась из зоны отдыха у входа.

Со стоном я наклонился вперёд и уткнулся головой ей в живот. Ледяная температура компресса, который она принесла, принесла мгновенное облегчение, когда она провела им по моей шее и запустила пальцы в мои волосы.

- Подождём, пока таблетки немного подействуют, а потом я отвезу тебя домой.

- Хорошо.

- Тебе стоило позвонить раньше, - мягко отчитала она меня. - Ты же знаешь, как эти головные боли на тебя влияют.

- Мне нужно было работать, - возразил я, обхватывая руками её талию и притягивая ближе.

- И много же ты сегодня поработал?

- Не особо.

- Ну да, отличная идея, - саркастично протянула она.

- Иди к чёрту, Манобан, - пробормотал я, используя её любимую фразу.

Она задрожала от сдерживаемого смеха, продолжая гладить меня по голове.

- Спасибо, что приехала ко мне.

Я почувствовал её губы на затылке.

- Не за что.

- Наш мальчик плохо себя чувствует, Лиса? - голос Сокджина прозвучал негромко среди шума в коридоре офиса. - Сильная головная боль?

- Я так и подумал. На сегодняшнем утреннем собрании он выглядел совсем не так, как обычно.

- Все меня здесь слишком хорошо знают, - перебил я их разговор, даже не поднимая головы с колен Лисы. - Мужчина не может просто заболеть головой, чтобы из этого не сделали государственную проблему.

Они оба демонстративно проигнорировали меня, словно я вообще ничего не сказал.

- Ты отвезёшь его домой?

- Как только он сможет встать.

Я махнул рукой в воздухе.

- Я вообще-то прямо здесь, вы знали?

Лиса погладила меня по голове, смеясь.

- Он всегда становится ужасно раздражительным, когда ему плохо.

- Я заметила.

Голос Джису внезапно присоединился к разговору в офисе.

- О нет, снова головная боль? Бедный Чонгук.

Я пробормотал что-то невнятное. Всё это уже совершенно выходило из-под контроля.

- Я в порядке, - пробормотал я в ткань одежды Лисы.

- Он настоящий зверь, - объявил Сокджин.

- И ещё как огрызается.

- Он всегда такой, когда ему больно, - задумчиво заметила Джису. - Хорошо, что ты здесь, Лиса. Тебе нужна помощь?

- Может, нам донести его до машины или что-нибудь в этом роде.

Хватит. Никто не собирался никуда меня нести. Всем нужно было отойти назад. Я медленно поднял голову, пытаясь открыть глаза, твёрдо намереваясь сказать всем, чтобы они вышли и оставили меня в покое.

Я посмотрел на Лису. Она ласково улыбнулась, взяла моё лицо обеими руками и приподняла бровь, успокаивая меня.

Я перевёл взгляд на людей за её спиной и увидел только искреннее беспокойство и заботу. Сокджин прислонился к стене, явно забавляясь моим видом, потому что прекрасно знал, как сильно я ненавижу, когда обо мне начинают чрезмерно заботиться.

Всё моё раздражение исчезло, когда я понял, что окружающие меня люди находятся здесь лишь по одной причине: им действительно не всё равно.

- Мне не нужно, чтобы меня куда-то несли, - пробормотал я, снова опуская голову в уютное тепло Лисы. - Мы с Лисой сами справимся.

- Обязательно дождись, пока лекарство подействует полностью, чтобы его не вырвало в твоей машине, Лиса, - посоветовала Дженни со своей привычной прямотой.

Её непосредственность заставила меня слабо рассмеяться.

- Хорошая идея.

- Позвони, если вам что-нибудь понадобится, Лиса.

- Позвоню. Спасибо, Сокджин.

- Думаю, на йогу сегодня вечером ты уже не пойдёшь? - спросила Дженни Лису.

- Я напишу тебе позже.

Послышался звук удаляющихся шагов, после чего дверь моего кабинета осторожно закрыли.

- Они ушли, - тихо сказала Лиса, приподнимая мой подбородок и убирая волосы с моего лба.

- Да. - Она наклонилась и поцеловала мою горячую кожу.

- Они переживают за тебя, дорогой. Только и всего.

Я улыбнулся от её ласки.

- Я знаю. Я всё ещё привыкаю к такому вниманию.

- Ты уже исправляешься. Сегодня ты даже никого не послал к чёрту.

Я улыбнулся, глядя на неё.

- Потому что ты здесь.

Теперь уже она широко улыбнулась.

- Можешь пойти на йогу позже, если хочешь.

- Скорее всего, я просплю остаток дня.

- Решу позже. Думаешь, сможешь дойти до машины, чтобы мы поехали домой?

Я приоткрыл один глаз и кивнул.

- Таблетки уже начинают действовать.

- Хорошо. Давай отвезу тебя домой.

Я медленно поднялся и не удивился, увидев, что она уже держит мой рабочий портфель. Она всегда была на шаг впереди меня.

Мы направились к лифту. Коридор был пуст. Я крепко обнял её за талию - не только из-за физической поддержки, которую она мне оказывала, но и потому, что просто любил держать её рядом с собой.

В машине я откинул голову на спинку пассажирского сиденья, снова закрыл глаза и позволил прохладе компресса, который она положила мне на шею, проникнуть в кожу. Я положил руку поверх её руки на центральной консоли.

- Спасибо.

Её губы слегка коснулись моих на остановке.

- Всегда.

Я глубоко и медленно вдохнул. Я обожал жить так близко к морю.

Лиса ушла на занятия йогой с Дженни, а после того, как я проснулся от глубокого сна, вышел во двор нашего нового дома, радуясь тому, что гроза быстро закончилась и унесла с собой худшую часть моей мигрени.

Я оглядел просторный сад, думая обо всех замечательных переменах, произошедших за те месяцы, что мы здесь жили.

Бассейн был первым, что я решил построить. Теперь он находился с одной стороны участка, сверкая и спокойно отражая мягкий свет раннего вечера.

Рядом стоял домик у бассейна - он стал любимым местом Лисы во всём дворе. На самом деле это была точная копия загородного домика, где она раньше проводила каникулы с Пенни.

Светло-голубой, с белыми ставнями и всеми дорогими сердцу воспоминаниями. Я тайно договорился с прежними владельцами, чтобы выкупить оригинальную конструкцию и перевезти её сюда для неё.

Внутри домик полностью отреставрировали, чтобы сделать его удобным и функциональным, но снаружи он сохранил тот же деревенский и уютный вид.

Её реакция, когда она впервые его увидела, стала одним из самых эмоциональных и глубоких моментов в нашей жизни.

- Пойдём со мной, Лиса. - Несколько недель назад я взял её за руку и потянул через двор. - Я хочу кое-что тебе показать.

Она улыбнулась с любопытством.

- Бассейн уже готов?

- Почти.

Я повёл её к деревянной террасе, внезапно почувствовав нервозность. Я никогда в жизни не делал ничего настолько сентиментального. Поднял руку и указал на лужайку.

- Я купил и привёз для тебя твой домик.

Она застыла на месте, глядя на установленный рядом с бассейном домик. Веранда была идеальной, свежая краска сочеталась со всем остальным, но это был её домик.

- Чонгук... - выдохнула она, глаза наполнились слезами. - Что... как?

- Он был важен для тебя. Я хотел, чтобы ты принесла свой маленький кусочек рая в наш дом.

Она бросилась мне на шею, заливаясь слезами и прижимаясь лицом к моей коже.

- Скажи мне, что это слёзы счастья, - тихо попросил я, потому что всё ещё ненавидел видеть, как она плачет, и никогда не знал, что именно делать, чтобы её утешить.

- От огромного счастья! - всхлипнула она у меня на груди.

- Я всё равно не люблю, когда ты плачешь. Пожалуйста, перестань.

- Спасибо, Чонгук. Я даже не могу выразить словами, что это для меня значит. - Она заглянула мне прямо в глаза, и в них светилась чистая любовь. - Я так сильно тебя люблю.

Я быстро моргнул, чувствуя, как мои собственные глаза защипало от эмоций.

- Я тоже тебя люблю.

Стоило мне вспомнить её реакцию в тот день, как на моём лице появилась непроизвольная улыбка, а грудь наполнилась теплом. Тем самым теплом, которое могла вызвать во мне только она.

Стеклянная дверь позади меня открылась, и знакомый аромат Лисы окутал меня, когда она подошла сзади и нежно поцеловала меня в макушку.

- Тебе уже лучше?

- Намного. Особенно теперь, когда ты дома.

- Хорошо, - улыбнулась она, прислоняясь к перилам рядом со мной.

- Как прошла йога? Сегодня кого-нибудь сбила своей неуклюжестью?

Она громко рассмеялась и слегка ударила меня по руке.

- Нет, теперь люди на занятии уже знают, что от меня нужно держаться на безопасном расстоянии. Я всегда думала, что йога поможет мне с координацией, но, похоже, я совершенно невосприимчива к этому преимуществу.

Я посмотрел на неё, когда она двигалась передо мной в мягком свете заката. Её тело было прекрасным, сильным и заметно подтянутым благодаря занятиям.

- Не знаю, милая. Думаю, мне вполне нравятся результаты, которые даёт тебе йога.

Я слегка похлопал себя по колену.

- Можешь сесть сюда, и я покажу тебе, насколько они мне нравятся, если хочешь.

Она лукаво улыбнулась и устроилась у меня на коленях, обвив руками мою шею.

- В последнее время ты довольно часто демонстрируешь, насколько тебе нравятся эти результаты, Чон Чонгук.

Я провёл рукой по её ноге, слегка придерживая за лодыжку.

- Просто показываю, насколько сильно ценю тебя во всех отношениях.

Она начала играть с кончиками моих волос, но внезапно на её лице появилось тревожное выражение. Я сразу нахмурился. Это выражение напомнило мне о том, какой застенчивой и неуверенной она была в начале нашей фиктивной истории.

- Что случилось, Лиса?

- Ничего не случилось... Но мне нужно сказать тебе кое-что очень важное. И я не знаю, как именно ты отреагируешь.

- Просто скажи мне.

Она глубоко вдохнула, задержала дыхание на секунду, а затем выдохнула:

- Я беременна, Чонгук.

Воздух вокруг меня словно остановился. Дыхание застряло в горле, мышцы напряглись. Её слова громом отдавались у меня в голове. Несколько недель назад мы говорили о том, что ей стоит на время перестать принимать таблетки, чтобы организм восстановил естественный цикл, и решили использовать защиту, пока не будем готовы на сто процентов. А потом, когда почувствуем, что действительно готовы, мы начнём нашу семью.

Оказалось, что мы уже были готовы.

- Когда?.. - выдохнул я, и голос едва прозвучал.

Она взяла моё лицо обеими руками, заставляя меня посмотреть на неё.

- Всё произошло быстро. Очень быстро, если честно. Думаю, это случилось сразу после того корпоративного ужина с награждением, когда мы не смогли дождаться возвращения домой и отпраздновали прямо в машине, помнишь? В ту ночь мы не использовали защиту, милый. Это был всего один раз, но, похоже, судьбе большего и не понадобилось.

Я наконец смог кивнуть. Воспоминания об той ночи отчётливо всплыли в памяти. Моя рекламная кампания для мирового бренда получила главную награду года в Корее. Сокджин был невероятно счастлив и безумно гордился мной - как и я сам. И я очень бурно отпраздновал это со своей женой. Видимо, максимально бурно.

- Чонгук... - прошептала она, и в её глазах появилась неуверенность. - Поговори со мной, пожалуйста.

Я застыл на секунду, ожидая, что меня накроет паника или сильная тревога. Но, заглянув прямо в карие глаза своей жены, я не увидел там места для страха. В моей груди было только одно всепоглощающее чувство.

Чистая гордость.

Я положил ладонь ей на живот, который всё ещё был совершенно плоским, и на моём лице появилась огромная улыбка.

- Я сделал тебя беременной.

- Сделал, - с облегчением улыбнулась она в ответ.

- И всего с одного раза, да? Мои мальчики невероятно целеустремлённые.

Она приподняла бровь, забавляясь моей самоуверенностью.

- Значит, я стану отцом... - пробормотал я, наконец осознавая происходящее.

- Ты станешь отцом. И будешь лучшим папой в мире.

Я обдумал её слова. Не просто каким-то отцом, а папой. Я никогда не буду отсутствовать в жизни своего ребёнка, как это так часто случалось с людьми, которых я видел в деловом мире. Я категорически отказывался допустить такое.

- С тобой рядом, чтобы направлять меня, я им стану.

- Я не позволю тебе потерпеть неудачу, Чонгук.

- Я знаю.

Обхватив её за шею, я нежно притянул её лицо к своему и накрыл её губы поцелуем, наполненным нежностью, обещанием и глубокой любовью.

- Ты хорошо себя чувствуешь? Физически?

Она кивнула, её глаза сияли.

- Я отлично себя чувствую. Через несколько недель пойду к врачу на первые плановые обследования.

- Я буду ходить с тобой на все приёмы.

- Хорошо.

- И, возможно, тебе пока стоит сделать перерыв в занятиях йогой, - пошутил я. - Беременная ты можешь стать ещё более опасной в плане равновесия.

Она закатила глаза, рассмеялась и со всей силы толкнула меня в плечо.

- Иди к чёрту, Чон Чонгук!

Я расхохотался, крепко притягивая её к себе в объятиях. Вот она - моя жена.

- Я люблю тебя всей душой, моя Лиса, - прошептал я ей на ухо.

- Я тоже тебя люблю. Очень сильно.

Она полностью прижалась к моей груди, а я крепко обнял её, не убирая руку с её живота. Глядя вниз в тот момент, стоя на террасе нашего дома, я с абсолютной ясностью осознал, что держу в своих руках весь свой мир и всю свою семью.

Всё - абсолютно каждая моя ошибка, каждое правильное решение и каждая секунда моей прошлой жизни - привели меня именно к этому моменту. Прошлое, наполненное ловушками и болью, окончательно осталось позади; вся тьма, которая когда-то жила внутри меня, была полностью изгнана благодаря женщине, которую я сейчас обнимал, и тому божественному подарку, которым она только что меня одарила.

Будущее перед нами было светлым, и благодаря ей жизнь была переполнена обещаниями, надеждой и светом. Это был, как говорят во многих историях, один из по-настоящему великих моментов человеческой жизни.

На самом деле для меня это был самый великий и самый прекрасный момент из всех.