Секретарша|pharaoh

Они провели день в дороге.

Глеб вёл машину по извилистым дорогам, останавливаясь у каждого водопада, у каждого озера, у каждой скалы. Кристина сидела рядом, смотрела в окно и иногда фотографировала. Она почти не разговаривала — ей не хотелось нарушать эту тишину.

К вечеру они добрались до маленького домика. Он стоял в долине, окружённый горами и снегом. Вокруг не было ни души — только ветер и звёзды.

— Мы будем жить здесь? — спросила Кристина, выходя из машины.

— Да, — ответил Глеб. — На две ночи.

Домик был маленький, но уютный. Внутри — камин, большая кровать с тёплым одеялом, крошечная кухня и панорамное окно, выходящее на горы. Кристина остановилась у окна и смотрела на закат — оранжевый, розовый, фиолетовый, всё смешалось.

— Я никогда не видела такого заката, — сказала она.

— Ты увидишь много такого, — ответил Глеб.

Он разжёг камин, поставил чайник и сел на диван. Кристина подошла и села рядом, поджав ноги. На ней был его свитер, который она стащила у него из чемодана.

Они сидели молча, глядя на огонь.

— Что мы будем делать завтра? — спросила она.

— Я хочу показать тебе ледник, — сказал он. — И пещеру. И гейзеры. Но главное — я хочу, чтобы ты увидела северное сияние.

— Оно бывает здесь?

— Сегодня ночью обещали. Если не будет облаков.

Кристина посмотрела в окно. Небо было чистым.

— Тогда мы увидим, — сказала она.

Через час они поели (он готовил, она помогала), и Глеб включил свет. А через полтора часа он сказал:

— Иди сюда.

Она вышла на крыльцо. На ней была его куртка, она закуталась в шарф. Глеб стоял рядом, указывая на небо.

Над ними разливалось зелёное, синее, фиолетовое свечение. Оно двигалось, переливалось, как живое. Как будто кто-то рисовал им светом.

Кристина замерла.

— Это... это оно? — спросила она.

— Да, — ответил Глеб.

Она смотрела на небо и не могла отвести взгляд. Слёзы не текли, но внутри что-то разливалось. Тёплое, чистое.

— Ты плачешь? — спросил Глеб.

— Нет, — ответила она. — Просто... это слишком красиво.

Он обнял её за плечи, и они стояли вместе, глядя на северное сияние.

Потом она повернулась к нему и сказала:

— Спасибо, что привёз меня сюда.

— Не за что, — ответил он.

— Это не «не за что», Глеб. Это всё.

Он посмотрел на неё. Свет северного сияния отражался в её глазах.

— Я хочу, чтобы ты запомнила это. Чтобы у тебя была хорошая память. Чтобы ты знала — есть места, где ты можешь быть просто собой.

Она смотрела на него. Потом взяла его руку и поцеловала его пальцы, не отрывая взгляда от его глаз.

— Идём в дом, — сказала она.

— Холодно?

— Нет. Просто я хочу быть с тобой.

Они вернулись в дом. Глеб закрыл дверь, запер её. Кристина стояла у окна, смотрела на северное сияние. Он подошёл к ней сзади и обнял.

— Ты самая красивая, — сказал он.

— Врёшь.

— Никогда не вру.

Она повернулась, и они поцеловались.

В домике горел камин, за окном — северное сияние, и этот момент остался у них в памяти навсегда.