Невидимые нити.

Декабрь. Два месяца пролетели незаметно. Все оставалось неизменным. Пенси все так же путалась с Забини, Малфой все больше пропадал в выручай комнате вместе с Кребом и Гойлом, да и вовсе отстранился от нас. Мы с Ноттом все так же стояли в парах на уроках. Да и я в целом я уже привыкла к нему. Он все чаще стал сидеть с нами в гостиной и мы часто пересекались в библиотеке. Мы не стали ближе, не стали общаться как друзья, он просто стал своим.

Идя по коридорам я заглянула в большое окно. Крупные хлопья белоснежного снега падали на холодную землю и тут же смешивались с пушистыми сугробами лежащими снизу. На улице было зябко и холодный ветер, дующий из окон, пробирался под мантию. Следующим уроком после трансфигурации у нас стояла травология. Мы с Пенси решили забежать в комнату и захватить шарфы. Все таки пока мы доберемся до дальних теплиц, заболеть не хотелось.

Завязав на шее вязаный черный шарф я под руку с подругой вышла из замка. На шее подруги покоился серо-зеленый шарф, в цветах нашего факультета. Снег путался под ногами, затрудняя ходьбу. Я поскальзывалась на заиндевевшей земле, но Пенси тут же меня подхватывала. Мы смеялись над моей неловкостью и продолжали путь к теплицам.

Зайдя в теплую теплицу, пахнущую землей и чем то кислым мы сняли теплые мантии, вешая их на крючки на стене. Надев бежевую защитную форму я прошла к деревянным столам. В воздухе царил приятный, теплый пар, который окутывал меня с ног до головы. Нотт уже ждал меня и занял мне место рядом с собой у края стола. Я привычно закатила глаза пристраиваясь рядом. Когда теплица наполнилась учениками Мадам Стебль встала у стола с деревянными ящиками, в которых шевелились толстые стебли Дьявольских силков.

— Шестой курс, внимание, — голос мадам Стебль звучал ровно. — Сегодня работаем с Дьявольскими силками в активной фазе. Ваша задача, аккуратно срезать зрелые побеги, не спровоцировав рефлекс удушения, и сразу поместить их в защитные контейнеры. Нотт, де Шантрель, — Профессор повернулась к нам. — Надеюсь, на этот раз обойдёмся без импровизаций.

Я едва заметно закатила глаза. Нотт рядом со мной хмыкнул, поправляя перчатки.

— Надеюсь, сегодня ты не будешь пытаться срезать всё заклинанием, — тихо бросил Тео, наклоняясь к ящику.

— А я надеюсь, ты не станешь делать вид, что знаешь, как с ними обращаться, пока я делаю всю работу, — гневно парировала я, проверяя остроту серебряного ножа.

— Имобилиус, — прошептал Нотт, направляя кончик палочки на самые активные побеги.

Стебли замерли, будто их сковало цепями.

Я тут же шагнула вперёд, не теряя ни секунды.

— Ты мог бы и покрепче их сцепить, — пробормотала я, аккуратно подрезая побег у основания.

— Я держу ровно столько, чтобы ты не оттяпала себе палец, — отозвался он, не сводя глаз с растения.

Я срезала побег одним плавным движением, и он мягко упал в подставленный контейнер.

— Осталось ещё три. И постарайся не шуметь, — Размеренно сказал Теодор, кивая в сторону силков.

Мадам Стебль, проходившая мимо, остановилась на пару секунд, наблюдая за нашими слаженными движениями. Она одобрительно хмыкнула и пробормотав что-то невнятное поспешно отошла.

Я прикусила губу, чтобы не рассмеяться, и снова склонилась над следующим побегом.

— Держи крепче, — прошептала я, когда стебель едва заметно дрогнул.

— Держу. Не паникуй.

— Я не паникую. Просто не хочу оказаться в Больничном крыле из-за того, что ты отвлёкся на какую-нибудь ерунду.

Спустя несколько минут все побеги оказались в контейнере. Я защелкнула крышку и победно хлопнула в ладоши, чуть расслабив плечи.

Тео опустил палочку, и напряжение, висевшее в воздухе, будто рассеялось.

— Готово, — сказала я победно, глядя на ровные, аккуратно срезанные побеги.

— Мы молодцы, — отозвался Нотт, снимая перчатки и бросая их на край стола. 

Мадам Стебль подошла ближе, взяла контейнер и внимательно осмотрела содержимое. Потом кивнула.

— Аккуратно. Без лишней суеты. Плюс пять баллов Слизерину. Но в следующий раз постарайтесь, чтобы я не слышала ваших разговоров.

Я чуть склонила голову, принимая похвалу, а Нотт только коротко кивнул. Когда профессор отошла, он тихо, так, чтобы слышала только я, добавил:

— Видишь? Мы лучшие.

— Мы хорошие напарники, — поправила я.

Нотт недовольно повел плечом, но, впрочем, я не придала этому значения.

Выходила из теплы я рядом с Ноттом. Пенси шла позади от меня под руку с Забини. Она хихикала и то и дело, пихала парня в бок. Повернувшись и заприметив эту картину я недовольно хмыкнула. Нотт поднял бровь вверх:

— Завидуешь собственной подруге? Нехорошо. — Покачал он головой, качая пальцем из стороны в сторону перед моим носом.

— Какая зависть, о чем ты……. ААААА!

Я не успела закончить как поскользнувшись на тонком льду, повалилась на землю, путаясь в подолах собственной мантии. Я больно стукнулась спиной о камень и серебряные волосы разметались по холодному снегу. Я кажется покраснела. Твою мать! Ну как же так..

Нотт стоящий рядом сначала всматривался в мою фигуру беспомощно ворочающуюся на полу, а затем рассмеялся. Громко и безостановочно. Рассмеялся, гаденыш! Первый раз он смеялся в моем присутствии да еще и по такому глупому поводу!

— Так и будешь ржать или поможешь, придурок! — Завопила я, пытаясь смахнуть мантию с лица.

Продолжая смеяться он убрал мантию с моего лица и протянул мне руку.

Неохотно схватившись за его холодную ладонь я поднялась. Неожиданно он резко дернул меня к себе, притягивая меня за руку к своему телу и как-то странно улыбаясь. Я уперлась ладонью ему в грудь, громко дыша. Что он делает… Я шумно выдохнула, сжимая мантию на его груди, под тонкими пальцами. Нотт приоткрыл рот, будто намереваясь что-то сказать, но в наши лица прилетел огромный снежный ком. Снег засыпался под ворот мантии, запутался в волосах и начал таять. Я тут же отпустила его мантию и повернулась.

Паркинсон. Она шаталась от смеха. Не долго думая я собрала снег, лежащий рядом с моими ботинками, в большой шар и запульнула в подругу. Та завизжала. Громко захохотав я понеслась ей на встречу, сбивая с ног. Мы обе упали в пушистый сугроб и громко смеясь начали бороться в снегу. Сверху повалился кто-то крупный и темнокожий. Забини, ну как же. Он засыпал нас снегом сверху, а мы пытались отвесить ему горсть на голову.

— Ну что вы как глупые дети, — Брезгливо поморщился Нотт.

Я запустила в него снежок. Хотела в лицо, но попала лишь в плечо. Он закатил глаза и помог нам встать.

Мокрые и веселые мы направились в замок, на обед, попутно подтрунивая над Ноттом.