Никнейм для сталкера

Пока в квартире Сынмина воцарился относительный покой, в спальне Минхо эмоциональный накал и не думал спадать.
Минхо сидел на краю кровати, обняв себя руками за плечи. Его слегка трясло - то ли от остаточного адреналина, то ли от накипевших за все эти дни эмоций. Хёнджин устроился напротив него прямо на низком кресле. Он молча, с безграничным терпением и нечитаемым выражением лица слушал всё, что Ли пытался до него донести.
- Ты хоть понимаешь, насколько это ненормально?! - выговаривал Минхо, прямо глядя Хёнджину в глаза и не скрывая своего возмущения. - Ты просто ворвался в мою жизнь! Слежка, жучки, твои люди, которые шагу не дают ступить моим друзьям... Ты ведёшь себя как сумасшедший собственник! Я для тебя что, очередная трофейная игрушка, которую можно запереть в клетке?!
Минхо говорил и говорил, выплескивая всю накопившуюся злость, страх и запутанные чувства, которые вызывал в нём этот опасный мафиози. Он ждал жестокой реакции, холодного приказа или новой вспышки силы.
Но Хёнджин лишь тихо вздохнул. Когда Минхо наконец выдохся и замолчал, тяжело дыша и опустив взгляд на свои сжатые кулаки, Хёнджин медленно поднялся с кресла.
Он подошел ближе, опустился на одно колено прямо перед Минхо и аккуратно, кончиками пальцев, коснулся его подбородка, заставляя снова посмотреть на себя. В тёмных глазах Хёнджина больше не было ледяного превосходства - только гипнотическая, обжигающая искренность.
- Я закончил слушать, милый, - тихо, но чертовски уверенно произнес Хёнджин, не разрывая визуального контакта. - Ты прав во всём. Я безумен, когда дело касается тебя. Но игрушкой ты никогда не был.
Хёнджин на секунду замолчал, проглаживая подушечкой большого пальца скулу Минхо, и внезапно огорошил его простыми словами:
- Давай встречаться.
Минхо от такой смены тона и прямолинейного предложения буквально потерял дар речи, шокированно замерши с приоткрытым ртом.