Он моя судьба

От лица Томаса

Вот же чёрт! Эта девчонка сводит меня с ума! Да, я не отрицаю, что хочу её до безумства, но... Нужен ли ей парень с проблемами выше крыши, да ещё и впридачу дилер, у которого врагов — полмира?

Я стоял в её комнате минуты две и раздумывал. В голове крутились противоречивые мысли: с одной стороны — непреодолимое влечение, с другой — трезвый расчёт. Я не мог позволить себе подставить её под удар. Мои враги не остановятся ни перед чем, а Лекси... Она слишком яркая, слишком живая, чтобы оказаться втянутой в эту грязь, несмотря на то, что она киллер.

Потом пошёл назад. Парни уже вовсю разбирали папки, а Лекси и Лика о чём‑то общались на кухне. За один день — да какой день, за пару часов! — они сдружились так, будто знали друг друга годами.

— Парни, давайте закругляться, завтра тяжёлый день, — сказал я, стараясь говорить твёрдо.

— Согласен, — поддержал меня Лиам, откладывая в сторону очередную стопку распечаток.

С кухни вышли девочки.

— Хотите, оставайтесь у меня, места хватит, — предложила Лекси, обводя нас взглядом. — Всё равно завтра все вместе выдвигаемся.

— Хорошая идея, — кивнул Ник. — Так будет удобнее.

— Вот и отлично, — Лекси улыбнулась. — Тогда я вас разведу по комнатам.

Она распределила всех: Лику устроила в гостевой спальне, Ника и Джеки — в комнате для гостей, Лиама отправила на диван в гостиной. Я принял душ, надел спортивные штаны, которые успел перетащить из своей квартиры, и улёгся на кровать в выделенной мне комнате. Но сон не шёл. Мысли снова и снова возвращались к Лекси.

---

От лица Лекси

Блять, вот какого чёрта мне не спится? Я всё думаю о Томасе... Меня тянет к нему с какой‑то невероятной силой — будто магнитом. Встав с кровати, я пошла попить воды и в коридоре встретила Томаса.

— Чего не спишь? — спросил он, прислонившись к стене.

— Уснуть не могу, а ты? — я остановилась напротив.

— Тоже.

— Можно тебя попросить?

— Конечно, всё, что угодно, — ответил он, глядя мне в глаза.

— Останься со мной.

Он замер на мгновение, потом тихо спросил:

— Уверена? Я буду приставать.

— А когда я была против твоих приставаний? — с улыбкой сказала я.

— Тогда пошли.

Мы зашли ко мне в спальню и легли на кровать. Я сразу решила понаглеть, но, учитывая, что моё плечо ещё не до конца зажило, многого позволить себе не могла. Поэтому просто положила голову ему на плечо, обняла одной рукой и закинула на него ногу.

— Так удобнее, — сказала я.

— Не сомневаюсь, — ответил он и обнял меня крепче. — Вот что мне с тобой делать, а?

— Смотря в каком смысле, — я чуть приподняла голову.

— Во всех, — сказал он.

Я встала и села на него верхом.

— Для начала можешь поцеловать, — прошептала я прямо в губы Томасу.

Тот, ничуть не колеблясь, нежно начал меня целовать. Его губы были тёплыми и настойчивыми, а руки плавно скользили по моей талии, слегка сжимая ягодицы. Поцелуй становился глубже, страстнее — я почувствовала, как по телу разливается волна жара.

— Ты представить себе не можешь, насколько сильно я хочу тебя, — прошептал он, на мгновение оторвавшись от моих губ.

— Тогда в чём проблема, Томас? — я провела пальцами по его щеке.

— В том, что я не хочу, чтобы ты связала свою жизнь с криминальным авторитетом, — его голос звучал серьёзно, почти жёстко. — У меня за спиной столько грязи, столько врагов... Я не могу подставить тебя под удар.

— Раз так, то целуй меня до тех пор, пока не захочешь, чтобы я связала с тобой свою жизнь, — сказала я и снова поцеловала его.

На этот раз поцелуй был другим — более медленным, глубоким, полным невысказанных чувств. Томас отвечал мне с той же страстью, но в его прикосновениях появилась какая‑то новая нежность.

Мы целовались долго, забывая обо всём на свете. Потом начали разговаривать — обо всём на свете: о детстве, о мечтах, о страхах. Томас рассказал, как впервые попал в криминальный мир, как пытался вырваться, но оказался втянут ещё глубже. Я поделилась своими переживаниями о том, как сложно доверять людям.

Время летело незаметно. Мы смеялись над глупыми шутками, спорили о музыке, делились секретами, которые никогда никому не рассказывали. Постепенно разговор становился всё тише, голоса — мягче.

Ближе к утру мы уснули — всё так же в объятиях друг друга. Я лежала, прижавшись к его груди, слушая ровное биение его сердца. Последнее, что я запомнила перед тем, как провалиться в сон, — это его шёпот:

— Лисёнок, ты — самое светлое, что случилось со мной за последние годы...

Я улыбнулась в полудрёме и крепче прижалась к нему. Впервые за долгое время я чувствовала себя в безопасности.

От лица Томаса

В 8 утра я тихо встал, поцеловал спящую лису в лоб и вышел из комнаты. Лекси что‑то пробормотала во сне и повернулась на другой бок. На губах невольно появилась улыбка — впервые за долгое время я чувствовал себя... почти счастливым.

Я быстро собрался, тихо спустился вниз. Парни уже ждали меня на кухне — Лиам доедал бутерброд, Ник проверял снаряжение, а Джеки пытался открыть банку с кофе без открывалки.

— Ну что, господа авантюристы, — я хлопнул в ладоши, — выдвигаемся через десять минут. Все готовы?

— Готов, как никогда, — Джеки наконец справился с банкой и торжествующе потряс ею. — Кстати, кто‑нибудь видел мою любимую отмычку? Ту, с розовой ручкой?

— Ты серьёзно? — Ник поднял бровь. — Мы идём на потенциально опасную разведку, а ты переживаешь из‑за розовой отмычки?

— Это не просто отмычка, это мой талисман! — возмутился Джеки.

— Ладно, талисман так талисман, — я усмехнулся. — Главное, чтобы он не подвёл нас сегодня.

Мы выехали на двух машинах — я с Ником в первой, Лиам с Джеки во второй. Дорога до порта заняла около получаса. По пути обсуждали план действий:

— Значит, так: Сокол и Птаха — наблюдение и прикрытие. Воробей — отвлекающий манёвр, если что‑то пойдёт не так. Я зайду внутрь и осмотрюсь, — я кратко обрисовал схему.

— А если там засада? — спросил Ник.

— Тогда уходим, но сначала попробуем взять кого‑нибудь «тёпленьким», — я пожал плечами. — Нам нужна информация.

Здание возле порта выглядело заброшенным: разбитые окна, облупившаяся краска, ржавые ворота. Но что‑то подсказывало — оно не так пусто, как кажется.

Мы припарковались за пару кварталов и дальше пошли пешком. Джеки, как всегда, пытался разрядить обстановку:

— Ребята, а давайте представим, что это просто квест? Вот мы — герои, ищем сокровища, а Аче — главный босс!

— Только вот «сокровища» у нас — информация, а «босс» — психопат с кучей связей, — фыркнул Лиам.

— Да ладно вам, — подмигнул Джеки. — Зато потом можно будет сказать: «Мы прошли этот уровень!»

Ник тихо рассмеялся:

— Воробей, ты неисправим.

Мы разделились. Сокол и Птаха заняли позиции на крыше соседнего здания, Воробей остался у входа — на случай, если придётся срочно отвлекать охрану. Я же пробрался внутрь через разбитое окно на первом этаже.

Внутри здание оказалось более ухоженным, чем снаружи. Коридоры, несколько комнат, в одной из них — стол с картами, рациями и кучей бумаг. Я начал быстро просматривать документы — и тут услышал шаги.

Притаился за углом. Шаги приближались. И вот он — Аче собственной персоной. Выглядел он потрепанно: небритый, с тёмными кругами под глазами, но взгляд всё такой же холодный и расчётливый.

— А, Ворон, — он заметил меня почти сразу. — Я ждал тебя.

— Взаимно, — я вышел из укрытия, держа пистолет наготове. — У нас много вопросов.

После короткого, но жёсткого разговора мы с парнями доставили Аче в заброшенный дом на окраине города — место, которое использовали для подобных «бесед».

Допрос шёл несколько часов. Аче сначала упирался, но когда понял, что выхода нет, начал говорить. Он выдал схемы поставок, имена связных, места тайников.

— Ты всё равно ничего не изменишь, — хрипло сказал он в конце. — Я не последний. За мной стоят люди, которые тебя раздавят, как букашку.

Я посмотрел ему в глаза. В них не было ни страха, ни раскаяния — только злоба и вызов.

— Знаю, — коротко ответил я. — Но начинать надо с кого‑то.

Выстрел прозвучал резко и неожиданно. Аче обмяк, а я опустил пистолет. В тот же миг откуда‑то сбоку грянул ещё один выстрел — пуля вошла в бок, чуть ниже ребра. Боль пронзила тело, я резко обернулся, пытаясь понять, откуда стреляли.

— Ворон! — донёсся крик Ника.

Парни ворвались в помещение. Джеки бросился ко мне, Лиам бросился к окнам, выискивая стрелка.

— Ранен? — Ник схватил меня за плечи.

— Бок... пуля, — выдохнул я, чувствуя, как кровь пропитывает рубашку.

— Держись, ворон,— Джеки уже рвал свою футболку на полосы. — Сейчас перевяжем, и в больницу!