Озвучивание не поддерживается в этом браузере
Глава 25: Свет над столицей (Эпилог)
Прошел год.
Весенний ветер проносился над крышами Запретного Города, кружа в воздухе розовые лепестки цветущей вишни. Столица, еще недавно оправившаяся от потрясений и интриг Совета Семерых, вновь жила полной, шумной жизнью.
Усадьба рода Ли, стоявшая заброшенной десять лет, была полностью восстановлена. Высокие красные ворота снова украшала гербовая табличка с золотыми иероглифами, а в саду, где когда-то тренировался генерал Ли Мунин, теперь царили тишина и покой.
В глубине сада, на деревянном мостике над прудом с золотыми рыбками, стояла Сянь. На ней не было ни доспехов разведчицы, ни простого мужского платья писаря — лишь изысканный ханьфу небесно-голубого цвета с тонкой серебряной вышивкой. Рукав слегка развевался на ветру, пока она бросала в воду горсть крошек.
За спиной раздались знакомые, едва слышные шаги.
Фэн Вэй подошел бесшумно, обвив её талию сзади и уткнувшись подбородком в её плечо. Принц больше не носил тяжелые доспехи «Кровавого Принца» — после реформы Императора он сложил с себя обязанности главнокомандующего гвардией, передав их верному Наместнику Чжану, и оставил за собой лишь титул Советника.
— Опять кормишь карпов вместо того, чтобы собираться? — тихо, с мягкой усмешкой прошептал он ей на ухо. Его дыхание обжигало кожу.
— Императорский прием подождет еще полчаса, — Сянь чуть повернула голову, накрыв его ладони своими. — К тому же, я слишком долго жила в спешке, Фэн Вэй. Дай мне насладиться этим тихим моментом.
Принц развернул её к себе. Его тёмные eyes, в которых раньше читались лишь суровость и холод, теперь лучились безграничным теплом. Он провел большим пальцем по её гладкой щеке, останавливаясь у губ.
— «Белый Лис» совсем обленился, — с улыбкой заметил он. — Твои призрачные агенты до сих пор присылают доклады о торговых путях, а ты сидишь в саду.
— «Белый Лис» теперь защищает мир, а не ищет мести, — отвечила Сянь, подавшись вперед и прижавшись лбом к его груди. — И у этого «Лиса» теперь есть дом.
Фэн Вэй бережно приподнял её подбородок и поцеловал — долго, глубоко и нежно, наполняя этот поцелуй всем спокойствием и счастьем, за которые они заплатили столь высокую цену.
Когда они отстранились друг от друга, над Запретным Городом зазвучали вечерние колокола, знаменуя начало новой эпохи — эпохи, где больше не было места предательству, а их имена навсегда сплелись в легенду о стальном клинке и белом лисе.
Комментарии