Перевернуть его мир

POV: Чонгук

Пока она всё ещё сидит у меня на коленях, я запускаю пальцы в её волосы и нежно массирую кожу головы. Тем временем она пытается с максимальной осторожностью и нежностью обработать раны на моём лице.

- Почему вы расстались?

Спрашиваю я из любопытства.

Она смотрит на меня и усмехается, но продолжает сосредоточенно обрабатывать мои раны.

- Он ударил меня по лицу.

- СУКИН СЫН, УБЛЮДОК!!

Я закрываю глаза, глубоко вдыхаю, а затем снова открываю их.

Поднимаю её лицо, чтобы посмотреть ей в глаза. Она глубоко смотрит на меня, прекращая обрабатывать мои раны.

- Ты заявила на него?

Спрашиваю я таким тоном, будто предупреждаю её.

- Хм... нет. На самом деле в тюрьму попала я.

- Что?! ПОЧЕМУ?!

Она запрокидывает голову и начинает смеяться.

- К моему несчастью или, скорее, к его, в тот момент у меня в руках была большая ваза с цветами. Когда он ударил меня по лицу, я со всей силы врезала вазой ему прямо в лицо. Он упал без сознания, а ваза, к сожалению, разбилась.

Я начинаю смеяться, крепче обнимая её за талию, и она смеётся вместе со мной.

- А его мама как раз пришла в тот момент, когда он упал на пол, и вызвала полицию. Поэтому я провела одну ночь в участке, пока мои родители не приехали за мной.

Она начинает обрабатывать рану на моих губах, из-за чего я чувствую лёгкое жжение.

- Я заставила его купить мне новую вазу. Потом он пытался убедить меня вернуться к нему. Давал тысячу обещаний, говорил, что любит меня и что я особенная. Но я слишком хорошо знаю мужчин и никогда не позволяла делать из себя дуру. Я послала его к чёрту и стараюсь избегать его как можно больше. Но в этом году, кажется, это просто невозможно.

- Он втрескался в тебя.

Говорю я, закатывая глаза и скривившись от отвращения.

Она замирает, будто обдумывает подходящий ответ, а затем несколько раз качает головой.

- Нет, дело не в этом. Джексон вообще не умеет никого любить. Он привык делать со своими девушками всё, что хочет. Командовать ими, решать за них - всё всегда должно быть под его контролем. Но со мной всё иначе. Он не смог меня контролировать. В первый же раз, когда он испытал моё терпение, я послала его пастись. Поэтому для него я - своего рода вызов. Его цель - сделать меня покорной. Но этого никогда не произойдёт.

Я начинаю думать, не испытывает ли она всё ещё к нему каких-то чувств, как предположила её тётя. Стоит ли мне беспокоиться из-за этого придурка?

- Нет!

Она вырывает меня из мыслей и возвращает к своему прикосновению к моим губам.

- Нет?

Отвечаю я, озадаченно.

Она смотрит прямо мне в глаза.

- Я прекрасно знаю, о чём ты сейчас думаешь.

Она стучит ногтем по моему лбу.

- Я его не люблю. Я его терпеть не могу.

Я смотрю на неё с явным облегчением.

Она меняет выражение лица, становясь предельно серьёзной - такой Лису я ещё не видел.

- Я слышала, что сказала тебе моя тётя. Она знает лучше всех, что я ничего к нему не чувствую. Она несколько раз пыталась заставить меня пересмотреть всё и вернуться к нему, но мой ответ всегда был нет. Но я понимаю её реакцию. Это нормально.

Я смотрю на неё в замешательстве.

- Нормальная реакция?

- Слушай, когда ты хочешь выиграть войну, тебе нужно победить своих «врагов» с помощью оружия, которое у тебя есть, верно?

- Верно.

Я смотрю на неё ещё более непонимающе.

- Ты вызываешь у неё тот же эффект, что и у всех женщин. Даже несмотря на то, что она только что вышла замуж, она по уши в тебя втрескалась. И если она заподозрит, что я являюсь препятствием, она попытается убрать меня со своего пути самым хитрым способом.

- Это не так!

- Думаешь, я не знаю, что Джексон каким-то образом сделал это с тобой? Он дурак и не умеет думать головой.

- Мне плевать, что он хочет тебя. ТЫ СО МНОЙ!!

Она усмехается.

Несколько раз моргает и спрыгивает с моих коленей, помогая мне подняться, полностью меняя тему. Словно несколько секунд назад это была совершенно другая Лиса, которая так серьёзно разговаривала со мной.

- Пойдём в душ, вонючка!

Она корчит брезгливую гримасу.

- Вонючка здесь ты.

Я быстро поднимаюсь по лестнице, прекрасно зная, что она сейчас взбесится. Уже наверху показываю ей язык.

- ЧОНГУК!!

Она хватает меня за руку, затаскивает в ванную, и мы раздеваемся.

Я провожу рукой по её ягодице, и она не возражает.

- Морена...

Произношу я хриплым голосом, наполненным желанием.

- Что?

Она встаёт на носочки, чтобы поцеловать меня в губы.

Я притягиваю её за талию и, закрыв глаза, шепчу ей на ухо:

- Я хочу тебя сейчас.

Она открывает глаза и округляет их.

- Нет. Нет. Нет и ещё раз нет.

Она отстраняется и начинает намыливать себя.

Но...

Я возбуждён до предела.

- Тише!

Она прикладывает указательный палец к моим губам.

Она помогает мне помыться, а когда мы заканчиваем, оставляет меня в ванной.

- Я пойду делать попкорн. Жди меня здесь.

Я выхожу, надеваю спортивные штаны и остаюсь без футболки, прислоняясь к кровати и чувствуя лёгкую боль в рёбрах.

Она появляется в дверях, словно сон. На ней моя рубашка, в руках ведро попкорна и две банки газировки.

- Фильм?

Она улыбается мне так, что я готов сделать всё, лишь бы видеть эту улыбку всю оставшуюся жизнь.

- Ты прекрасно знаешь, что я предпочитаю.

Я провожу рукой по себе поверх спортивных штанов.

Она заливается приятным смехом и падает рядом со мной на кровать.

- Фильм!

- Этот!

Она указывает на фильм по телевизору.

- Нет! Только не романтический.

Это мой окончательный ответ.

- Тебе понравится. Это не какой-то банальный фильм.

Я читаю описание фильма.

- Серьёзно? Главный герой умирает? Какая чушь.

- Именно это и делает фильм необычным. Жизнь непредсказуема. Представь, если я сейчас умру. Что бы ты делал?

Моё сердце делает один длинный скачок, а затем начинает биться так медленно, будто вот-вот остановится. В голове появляется острая боль, словно мой разум отказывается даже представлять мир, в котором нас двоих не существует.

- Не говори глупости, Морена.

- Это не глупости. С тех пор как я тебя знаю, я не могу представить свою жизнь без какого-то невыносимого придурка, который постоянно действует мне на нервы. Иногда ты - лучшая часть моего дня.

На её лице появляется искренняя улыбка.

Все слова, которые она произнесла, отражаются в моих собственных чувствах. Словно это я говорю, просто из чужих уст.

Я нажимаю кнопку на пульте, и фильм начинается.

Она кладёт голову мне на грудь - подальше от повреждённых рёбер - и протягивает мне попкорн.

POV: Лиса

Уже больше часа ночи.

Он нежно перебирает мои волосы, пока мы едим попкорн и смотрим фильм - точнее, я смотрю, а он, кажется, больше наблюдает за мной. Когда главный герой умирает, по моим щекам начинают стекать слёзы.

Он поворачивает голову и смотрит на моё лицо.

- Что случилось? Тебе плохо? Что-нибудь болит?

Он приподнимает мою голову, чтобы посмотреть мне в глаза, и вытирает слезу рукой.

- Что?

Я убираю его руку от своего лица.

- Почему ты плачешь? Из-за фильма, что ли? Чёрт, ты действительно плачешь из-за фильма? Как нелепо!

Он начинает смеяться, а я серьёзно смотрю на него, прищурившись.

- Замолчи. Я не плачу. Просто мне в глаз попала огромная соринка, вот и всё.

Говорю я, потирая глаза, пока он безудержно смеётся надо мной.

- Я ожидал от тебя большего, Лиса. Плакать из-за фильма?

Он продолжает смеяться, а я показываю ему средний палец.

- Значит, если бы я умер в той больнице, ты бы сильно плакала, да?

Я смотрю на него и качаю головой.

- Конечно нет. Наконец-то избавилась бы от тебя.

Отвечаю с сарказмом, чтобы он понял, что я просто шучу.

- Врач перед тем, как дать мне лекарства для сна, сказала, что ты была в худшем состоянии, чем я, и что в любой момент у тебя мог случиться сердечный приступ от того, насколько сильно ты нервничала.

- Врач просто решила подколоть тебя. Мне вообще было всё равно.

Говорю я с усмешкой.

Он набивает рот попкорном и смотрит на меня с презрением.

В этот момент начинает звонить телефон.

- Ответь.

- Сама ответь, это же твой дом.

Я прислоняюсь к изголовью кровати и смотрю на него краем глаза.

Он закатывает глаза.

- Ты ближе. Давай уже.

(ЗВОНОК)

- Алло?

- Кажется, я ошиблась номером...

Я слышу голос Марии. Судя по всему, она разговаривает с кем-то, кто находится рядом с ней.

- Привет, Мария. Ты хотела поговорить с Чонгуком? Он здесь.

Он смотрит на меня, продолжая есть попкорн, и отрицательно качает головой.

Он отказывается разговаривать с ней?

- Какого чёрта ты там делаешь, девчонка?

- Я здесь с Чонгуком. Очевидно же.

- Немедленно уходи! Я не прошу, Я ПРИКАЗЫВАЮ!

- УЙДИ ОТ МОЕГО ЧОНГУКА!

Она кричит в телефон, заставляя меня поморщиться от боли в ухе.

Старая надоедливая женщина. Как же хочется дать ей пару пощёчин.

- Послушайте! Вы мне не командуете, ясно? Так что не смейте мне приказывать! Невыносимая старуха!

Я показываю язык телефону.

Чонгук смотрит на меня с улыбкой и тихо шепчет:

- Не разговаривай с ней так. Невоспитанная.

Я снова сосредотачиваюсь на словах Марии.

- Слушай, девчонка, я только что изменила свои планы. Завтра возвращаюсь. И когда приеду, даже видеть твоё лицо не хочу! Я ПРИВОЖУ ТОГО, КТО ВСЕГДА БЫЛ ЛЮБОВЬЮ ЖИЗНИ ЧОНГУКА - МАЙЮ! Ты ведь не думала, что мой мальчик останется с тобой?

- Любовью? Майю?

- Замолчи! Я ни с кем не хочу быть, отстань от меня!

Чонгук кладёт руку на грудь, изображая оскорблённого из-за моих слов «я ни с кем не хочу быть».

Я передаю ему телефон.

- Что, Мария? Ты решила устроить мне проблемы посреди ночи?

- Завтра? Уже? Почему ты так быстро возвращаешься? Можешь вообще остаться там.

- Пока, Мария. Я сейчас занят.

(КОНЕЦ ЗВОНКА)

Он возвращается и кладёт голову мне на грудь, целуя меня в подбородок.

- Чонгук! Кто такая Майя?

Он поднимается с меня, сглатывает и заметно нервничает, прислоняясь головой к изголовью кровати.

- Э-э... никто.

Я смотрю на него в полном недоумении. Он действительно мне врёт?

- Никто?

Он мгновенно включает своё суровое выражение начальника.

- Никто! Что такое? Откуда ты вообще взяла это имя?

Я серьёзно смотрю на него.

- Ниоткуда. Откуда мне взять имя «Никто»?

Он отворачивается от меня и ложится на другой бок.

- Я спать. Спокойной ночи.

Он выключает прикроватную лампу.

{...}

Я просыпаюсь от яркого солнечного света, бьющего прямо в лицо, и вижу, как Чонгук крадётся к выходу на цыпочках.

- И куда это вы собрались, сэр?

Говорю я, открывая и закрывая глаза, пытаясь привыкнуть к солнечному свету.

Он возвращается и садится на край кровати, начиная массировать мои ступни. И, надо признать, делает это невероятно приятно.

- Пойду приготовлю нам завтрак.

Он широко улыбается мне.

Я вытаскиваю ногу из его рук.

- Я сама.

Вскакиваю с кровати и оставляю его одного.

Я готовлю крепкий кофе и ставлю всё необходимое для завтрака на стол. Чонгук уже стоит, прислонившись к дверному проёму кухни, и смотрит на меня.

- Никогда меня не видел?

Серьёзно спрашиваю я.

- Никогда!

Он показывает свою фирменную улыбку, которая моментально разрушает все мои защитные стены.

- Скажешь, что и я тоже никто?

Улыбка исчезает с его лица. Он проводит руками по волосам и недовольно морщится.

- Я не хочу говорить об этом, Лалиса.

- Хорошо.

Я отворачиваюсь и начинаю разливать кофе.

Он подходит сзади и прижимается ко мне. Его руки поднимаются от моей шеи к лицу, и он шепчет мне на ухо:

- Хорошо. Нет ничего, чего я не сделал бы ради тебя.

Я глубоко вдыхаю, пытаясь сдержать все чувства, которые сейчас бушуют внутри меня.

- Что ты хочешь знать?

- Всё. Я хочу знать всё.

Я поворачиваюсь и сажусь на кухонную стойку. Он подтаскивает стул и садится напротив.

- Майя... Ну, она была моей бывшей невестой.

- Невестой? Чонгук когда-то действительно был близок к свадьбе?

- Я был без ума от неё. Я любил её. Конечно, по-своему, в пределах своих возможностей. Она не была моим приоритетом, но я научился любить её так, как никогда никого до неё не любил.

Я чувствую, как моё сердце на мгновение холодеет.

- Пока однажды я не застал её в постели с другим. И хуже всего - это произошло в моей постели. Поэтому я выставил её из дома и больше никогда не хотел пересекаться с ней. Я мог бы уничтожить её жизнь и жизнь всей её семьи. У меня достаточно власти для этого. Но что-то внутри меня отказывалось это делать. Что-то внутри меня просто хотело, чтобы она была как можно дальше от моих глаз.

- Спасибо, что рассказал мне.

Он встаёт и целует меня.

- Пойдём завтракать. А потом я заново обработаю твои раны на этом разбитом лице.

Мы молча завтракаем, после чего идём в гостиную. Я сажусь к нему на колени, как вчера.

Он притягивает меня к себе и целует в шею.

- Дай мне сосредоточиться?

Я приподнимаю бровь.

- В моей постели ты бы точно не смог сосредоточиться.

Он делает свою фирменную озорную гримасу.

- В другой раз.

Я слегка прикусываю его нижнюю губу.

И тут я замечаю, как Чонгук полностью меняется: его улыбка исчезает, лицо становится серьёзным, а сам он бледнеет, словно лист бумаги.