Ключ к сердцу

Чонгук сидел в гостиной своей квартиры и читал сценарий боевика, который один его друг-режиссёр предложил снять студии GHShow. Ему удалось убедить Намджуна, что нет необходимости проводить всю ночь в особняке, где снималось его шоу, и теперь он наслаждался привычным одиночеством, которого совсем скоро должен был лишиться.

Часть его была этому даже рада. В конце концов, именно поэтому он и создал это шоу - он больше не был счастлив жить совершенно один. Ему хотелось, чтобы дома его кто-то ждал, чтобы было с кем разделить жизнь, чтобы огромный дом был наполнен голосами, а не только тишиной и присутствием прислуги.

Но другая часть сомневалась. Стоило ли начинать жизнь с женщиной, которая будет ждать его вечерами, рассказывать о своём дне и слушать его рассказы, если в глубине души он мечтал делать всё это совсем с другой женщиной? С той, которой хотел доверять свои радости, страхи, мечты и переживания. С той, о каждом дне которой он хотел знать абсолютно всё.

Отогнав эти мысли, Чонгук снова сосредоточился на сценарии, делая пометки. Фильм отлично подходил одному из новых телеканалов, которые он собирался открыть. Нужно было лишь немного доработать сюжет и тщательно подобрать актёров.

Он настолько увлёкся чтением, что не сразу услышал голос своей экономки.

- Чонгук...

Он не отреагировал.

- Чонгук!

Только со второго раза он поднял голову.

- У тебя посетитель, - сказала миссис Палмер. - Консьерж сказал, что это девушка по имени Лиса.

- Лиса?

Он удивлённо поднялся.

- Д-да... Всё хорошо. Я сам открою. Спасибо, можете идти отдыхать.

В этот момент раздался звонок в дверь.

Как только он открыл её, Лиса бросилась ему на шею.

- Чонгук...

Она крепко обняла его и разрыдалась.

Он даже не успел ничего сказать.

Лишь заметил, насколько она изменилась.

На ней было простое платье. Волосы были ещё влажными после душа и слегка растрёпанными. На лице не было ни капли макияжа, а глаза покраснели и опухли от долгих слёз.

Даже привычные туфли на каблуках она сменила на простые балетки.

Из-за этого её объятия ощущались иначе - теперь её руки обнимали его за талию, а лицо было крепко прижато к его груди.

- Лиса... Лис, что случилось?

Он осторожно отстранил её, поглаживая по волосам.

- Что-то случилось с мамой? С папой? С Джиюном? С Чимином?

При имени Чимина он особенно испугался.

- Нет...

Она с трудом смогла остановить всхлипывания.

- С ними всё хорошо... Наверное...

- Тогда что произошло?

Он почувствовал такой страх, какого не испытывал уже много лет.

- Ты... ты ведь не больна?

- Нет...

Она заплакала ещё сильнее.

- Со мной всё хорошо... Физически...

Чонгук крепко обнял её, гладя по спине.

Только сейчас он понял, насколько испугался.

Если дело было не в болезни и не в смерти, значит, любую проблему можно было решить.

Если неприятности на работе - он найдёт ей новую работу.

Если она поссорилась с друзьями - со временем боль пройдёт.

Если дело в деньгах - он поможет.

На мгновение ему пришла в голову мысль, что Лиса могла влюбиться в кого-то, а тот разбил ей сердце.

Но здравый смысл сразу подсказал: если бы это было так, она никогда не пришла бы именно к нему.

И тогда он понял...

Что бы ни случилось, Лиса пришла именно к нему.

А значит, причина каким-то образом связана с ним.

Он не понимал, хорошо это или плохо.

- Лис...

Он усадил её на диван.

- Я очень рад, что с твоей семьёй всё в порядке... и что ты здорова. Я всегда готов тебя поддержать. Но я ничего не понимаю. Почему ты пришла ко мне? Почему не к брату? Не к друзьям?

Лиса глубоко вдохнула.

- Мне нужно было увидеть тебя...

Она снова заплакала.

- Мне нужно столько всего тебе сказать... Мне нужно, чтобы ты знал...

Она не смогла договорить.

Чонгук поднялся.

- Куда ты?

Лиса испуганно схватила его за руку.

- Не уходи... Побудь рядом... Пожалуйста...

Он снова сел рядом.

Нежно вытер её слёзы большими пальцами.

- Я здесь.

Он улыбнулся.

- Я никуда не уйду.

Она слабо улыбнулась в ответ.

- Просто мне кажется, тебе нужно немного успокоиться...

Он крепче сжал её ладонь.

- Потому что я сам уже начинаю нервничать.

Он снова поднялся.

- Я даже не знаю, с чего начать...

- Давай сначала выпьем немного вина.

Лиса покачала головой.

- Чонгук... Это очень важно. Я пришла не для того, чтобы пить с тобой вино. То, что я должна сказать... очень серьёзно.

Он замолчал.

Лиса глубоко вдохнула.

- Ты должен знать...

Её голос дрожал.

- Я всегда любила тебя больше всего на свете, Чонгу...

Слёзы снова наполнили глаза.

- Я бы никогда... никогда не оставила тебя ради Европы... ради университета... ради карьеры...

Чонгук смотрел на неё в полном недоумении.

- Мне нравится журналистика. Мне понравилось учиться в Лондоне. Но всё это никогда не было для меня важнее тебя.

Она уже плакала навзрыд.

- Всё, чего я хотела... - быть твоей женой.

Чонгук тяжело вздохнул.

- Прости... но я ничего не понимаю, Лис. Ведь именно это ты и сделала.

Он подошёл к бару, налил два стакана виски и один протянул ей.

Лиса сделала большой глоток.

- Нет...

Она покачала головой.

- Именно в это моя мать заставила тебя поверить.

Чонгук молчал.

- Нас обоих обманули.

Она снова отпила виски.

- Нас заманили в ловушку... Всё было заранее спланировано. И я никогда бы не узнала правду, если бы мой кузен однажды не напился и не рассказал всё Чимину.

Чонгук всё ещё ничего не понимал.

- Помнишь, как мама была против нашей свадьбы?

- Конечно.

- Она поняла, что никогда не сможет убедить меня отказаться от тебя. Поэтому сделала вид, будто смирилась.

Лиса стиснула руки.

- Но она никогда не собиралась сдаваться.

Чонгук нахмурился.

- Что она сделала? Насильно посадила тебя в самолёт?

Лиса опустила взгляд.

- Нет...

Она почти прошептала:

- Она заставила меня поверить, что ты изменил мне.

- Что?

Чонгук нервно рассмеялся.

- И ты поверила только потому, что она так сказала?

Лиса снова разрыдалась.

- Всё было не так просто...

Она закрыла лицо руками.

- Я сама это увидела.

Чонгук застыл.

- Что?..

- За день до нашей свадьбы...

Её голос дрожал.

- Я увидела тебя... совершенно голого... в одной постели с моей кузиной...

Чонгук молча смотрел на неё.

- Теперь я знаю... что ты ничего не сделал. Мои кузены подсыпали тебе наркотик. Всё было подстроено.

Она снова закрыла лицо руками.

- Но тогда... я ведь своими глазами это видела...

Чонгук медленно поднялся.

Он налил себе ещё виски.

Несколько минут он молча ходил по комнате.

Все эти годы...

Вся его боль...

Все страдания...

Оказались результатом одной чудовищной интриги.

Лиса была уверена, что он её предал.

А он был уверен, что она бросила его ради другой жизни.

Оба стали жертвами одной и той же лжи.

И виновницей всего была Сойон.

Но постепенно сквозь ярость пробилось другое чувство.

Лиса вовсе не бросала его ради карьеры.

Она не была эгоисткой.

Она всё это время любила его.

Так же сильно, как и раньше.

- Я знаю...

Голос Лисы вывел его из размышлений.

- Я должна была довериться тебе...

Она смотрела на него сквозь слёзы.

- Я была глупой... наивной... Я пойму, если ты никогда меня не простишь. Но мне было необходимо сказать тебе...

Она снова заплакала.

- Я любила тебя. Я никогда не меняла тебя ни на что. И никогда бы не поменяла.

Чонгук подошёл к ней.

Взял её ладони в свои.

- Лис...

Он нежно вытер её слёзы.

- Тебе было восемнадцать.

Он тепло улыбнулся.

- И ты действительно всё это увидела. Если бы я оказался на твоём месте... если бы увидел тебя в постели с другим мужчиной... наверное, я тоже не стал бы слушать никаких объяснений.

Он покачал головой.

- Мне нечего тебе прощать.

Лиса снова расплакалась и крепко обняла его.

- Моя мать - чудовище...

Она посмотрела ему в глаза.

- Но... наверное... во мне тоже есть что-то от неё...

Она смущённо опустила взгляд.

- Это нормально... что мне сейчас немного... легче? Потому что предала меня она... а не ты?

Чонгук тихо улыбнулся.

Он снова обнял её.

Она прижалась к его груди, вдыхая его запах.

Постепенно успокоилась.

И незаметно уснула.

Он осторожно поднял её на руки, отнёс в свою спальню и уложил на кровать.

Когда он уже собирался выйти, Лиса тихо остановила его.

- Останься...

Она попросила его лечь рядом.

Чонгук молча лёг рядом с ней.

Они крепко обняли друг друга.

Так крепко, будто снова стали одним целым.

Они лежали в полной тишине, позволяя своим сердцам успокоиться.

Никто из них ещё не знал, что будет дальше.

Но теперь они наконец знали правду.

И именно она должна была решить их будущее.

---

- Я всё ещё люблю тебя, Чонгу... - нарушила тишину Лиса.

Она лежала, положив голову ему на плечо, и пальцами водила по вышитому логотипу Ralph Lauren на его поло.

- И всегда буду любить. Что бы ни случилось.

- Я знаю, - тихо ответил Чонгук.

Он задумчиво накручивал на палец прядь её волос.

Лиса приподнялась и посмотрела на него с насмешливой улыбкой.

- Ого... Это прозвучало слишком самоуверенно.

Чонгук неловко усмехнулся.

- Возможно. Но это правда. Я знаю... потому что ты смотришь на меня так же, как раньше. Ты говоришь со мной так же. Улыбаешься так же. И той ночью в Париже ты отдалась мне так же искренне и страстно, как когда-то... с самого первого раза, когда ты была ещё совсем юной.

Лиса мечтательно улыбнулась.

- Я никогда не забуду ту ночь... И никогда не забуду, что это тоже был твой первый раз. Что ты ждал именно меня.

- Поверь, мне пришлось выслушать кучу насмешек от друзей, - рассмеялся Чонгук. - Но ожидание того стоило. Я хотел, чтобы мой первый раз был только с тобой. Да и если честно... все остальные девушки казались мне пустыми, скучными и слишком самоуверенными. Некоторые даже опасными.

Он смешно поморщился.

- Например, твоя кузина... Как оказалось, я был совершенно прав насчёт неё.

Лиса раздражённо фыркнула.

- «Опасная» - это ещё слишком мягко сказано.

- Согласен.

- Она настоящая змея... ведьма... гадюка... дьяво...

- Тш-ш... - Чонгук нежно погладил её по щеке. - Не думай о ней. Она не стоит ни секунды твоего времени. Я вообще зря её вспомнил.

Лиса тяжело вздохнула.

- Дебби забыть легко. Я не видела её уже много лет. Но моя мать... Это совсем другое. Она должна была желать мне счастья, а вместо этого причинила самую сильную боль в моей жизни.

Она на мгновение замолчала.

- И ещё Чимин... Как он мог знать всё это целый год и ничего мне не сказать? Если бы мы с тобой снова не встретились, он, наверное, вообще никогда бы мне не признался. Неужели он не понимал, что я хотя бы заслуживаю знать правду?

Чонгук покачал головой.

- Лис... Я понимаю, как тебе больно. Мне тоже неприятно. Но не сравнивай Чимина со своей матерью. Твоя мать поступила так из эгоизма. А Чимин... Я уверен, что он просто хотел защитить тебя. Он искренне думал, что так будет лучше.

Неожиданно лицо Лисы озарила улыбка.

Чонгук удивлённо посмотрел на неё.

- Что?

Она смущённо рассмеялась.

- Ты сейчас назвал меня «любимая».

Чонгук улыбнулся.

- Потому что ты и есть моя любимая.

Он пожал плечами.

- Я тоже люблю тебя, Лис. И никогда не переставал любить. Просто долго скрывал это... даже от самого себя. Да, какое-то время во мне жила злость. Но любовь никуда не исчезла. И что бы ни случилось дальше... я всегда буду любить только тебя.

Они обменялись той самой улыбкой, которая существовала только между ними.

После того как Чонгук узнал правду, ему больше всего на свете хотелось поцеловать Лису, прикоснуться к ней, любить её всю ночь до самого рассвета.

Но он решил не торопиться.

Да, теперь всё стало ясно, однако это не отменяло того, что Лиса только что пережила страшное потрясение. Она узнала, что собственная мать разрушила её жизнь, и эта боль была ещё слишком свежей.

Поэтому Чонгук просто оставался рядом.

Обнимал её.

Позволял ей плакать или молчать столько, сколько ей было нужно.

Но после её признания, после того взгляда, которым она смотрела на него, после её влюблённой улыбки, её тела, тесно прижавшегося к нему, и того, как она крепко держалась за его рубашку, он понял, что она тоже этого хочет.

Он осторожно запустил пальцы в её волосы на затылке и медленно приблизил своё лицо к её лицу.

Их носы едва коснулись друг друга.

Они одновременно закрыли глаза, наслаждаясь этим простым, но бесконечно нежным прикосновением.

Теперь между ними больше не было места обидам, боли и недоверию.

Любовь снова стала главным чувством.

Она вновь стала такой же чистой и искренней, какой была когда-то.

И теперь они могли полностью довериться друг другу.

Их губы медленно нашли друг друга.

Сначала они лишь слегка касались друг друга, словно заново вспоминали вкус любимого человека.

Потом их поцелуи стали глубже.

Языки наконец встретились после стольких лет разлуки.

Чонгук притянул Лису ближе, пока она полностью не оказалась на нём.

Одной рукой он держал её за затылок, а другой медленно гладил её обнажённую спину там, где заканчивалось платье.

Лиса ласково перебирала его волосы, проводила пальцами по затылку и шее, всё сильнее желая ощущать его рядом.

Постепенно спокойные поцелуи превратились в жадные.

Их руки больше не могли оставаться на одном месте, скользя по телам друг друга, сжимая, лаская и заново изучая каждую знакомую черту.

Неожиданно Лиса отстранилась.

Опустившись между его ног на колени, она медленно сняла с себя платье, оставшись только в маленьких трусиках.

Чонгук, не отрывая от неё восхищённого взгляда, быстро снял свою рубашку.

Лиса снова толкнула его на кровать.

Она покрывала поцелуями его подбородок, шею, грудь и живот, а он лишь наслаждался каждым её прикосновением.

Когда её пальцы коснулись ремня его брюк, расстегнули его, а затем потянулись дальше, Чонгук мягко остановил её.

Он перевернул Лису на спину и оказался сверху.

Теперь уже он покрывал поцелуями её тело, словно поклоняясь ей.

Ласкал её с такой нежностью, будто боялся причинить боль.

Лишь когда она полностью избавилась от одежды, он тоже снял оставшуюся одежду.

Он осторожно лёг сверху, удерживая свой вес на локтях.

Несколько раз поцеловал её в губы.

Их лбы соприкоснулись.

Они смотрели друг другу в глаза, словно заново убеждаясь, что всё происходящее - реальность.

В ту ночь они любили друг друга медленно, без спешки, наслаждаясь каждым мгновением после долгих лет разлуки.

Когда всё закончилось, они ещё долго лежали рядом, тяжело дыша и глядя в потолок.

Им казалось, что ничего прекраснее этого чувства они никогда не испытывали.

Через некоторое время Чонгук предложил принять душ.

Там они снова не смогли удержаться друг от друга, словно пытались наверстать все потерянные годы.

После душа Лиса надела одну из его рубашек.

Они открыли бутылку вина, которую он хотел предложить ей раньше.

Сидя на кухне, они вместе выпили почти половину бутылки, закусывая сыром, мясной нарезкой и свежим хлебом.

Лиса вдруг поняла, что из-за всех событий даже не прикоснулась к ужину, который готовила для себя и Чимина.

Теперь же она наконец почувствовала сильный голод.

Они долго разговаривали.

Вспоминали друзей юности.

Говорили о семьях.

О прошлом.

И Чонгук сумел убедить её поговорить с Чимином до его отъезда из Лос-Анджелеса.

Он не хотел, чтобы их братско-сестринские отношения разрушились из-за одной тяжёлой ошибки.

Позже они снова вернулись в спальню.

Легли рядом, крепко держась за руки.

Казалось, они уже собирались уснуть.

Но стоило им встретиться взглядами, как они снова улыбнулись друг другу.

Улыбки сменились нежными прикосновениями.

Прикосновения - поцелуями.

Поцелуи - признаниями в любви.

А признания снова пробудили желание быть ближе друг к другу.

И ни один из них уже не хотел этому сопротивляться.

- Любимая... - тихо прошептал Чонгук, глядя ей прямо в глаза. - Моя Лиса... Моя женщина...

Он словно повторял эти слова не только для неё, но и для самого себя, чтобы наконец поверить, что после стольких лет она снова рядом с ним.

- Чонгу... - с нежной улыбкой ответила Лиса. - Мой Чонгу...

Они вновь растворились друг в друге, наслаждаясь тем, что наконец смогли вернуть то, что когда-то потеряли.

На этот раз вместе со счастьем пришла и усталость.

Когда Лиса снова открыла глаза, она почувствовала лёгкие поцелуи на своей обнажённой спине.

Уже наступило утро.

Она повернулась и увидела Чонгука - он уже принял душ, был одет в тёмные джинсы и белую рубашку, а его слегка растрёпанные волосы были именно такими, какими она их всегда любила.

Лиса улыбнулась.

Он ответил своей фирменной кривоватой улыбкой, от которой у неё каждый раз замирало сердце.

- К сожалению, мне уже пора, любимая, - ласково сказал он, погладив её по щеке. - Уилл и Намджун уже раз шесть мне звонили. Да и помощники засыпали сообщениями. Я уже сильно опаздываю на первую встречу.

- Правда? - Лиса недовольно надула губы.

- К сожалению, да.

Он тяжело вздохнул.

- Но ты можешь ещё поспать. Оставайся здесь столько, сколько захочешь. Горничные уже знают, что ты здесь, и знают, что ты любишь на завтрак. Когда проснёшься - просто спустись на кухню...

Не дав ему договорить, Лиса притянула его к себе и поцеловала.

Он с улыбкой ответил на поцелуй.

Когда они снова отстранились друг от друга, оба рассмеялись.

- Мне правда уже нужно идти...

Он ещё несколько раз коротко поцеловал её и поспешил выйти.

Лиса счастливо упала обратно на кровать.

Уснуть снова уже не получилось.

Она приняла душ, снова надела простое платье, в котором пришла вечером, а затем накрасилась косметикой из своей сумочки.

Оставалось лишь заехать домой и переодеться во что-нибудь более подходящее для работы.

На кухне её уже ждали две приветливые женщины, приготовившие роскошный завтрак.

Лиса была голодна, поэтому с удовольствием согласилась на всё, что они ей предложили.

Пока одна из женщин раскладывала на тарелке блинчики, а другая готовила свежий сок, Лиса медленно осматривала кухню.

И вдруг её взгляд остановился на календаре, прикреплённом к холодильнику.

В тот же вечер должен был состояться финал шоу «Ключ к сердцу».

Её счастье мгновенно померкло.

Конечно, прошлой ночью Чонгук много раз говорил, что любит её.

Она верила каждому его слову.

Но Лиса была взрослой женщиной.

Она прекрасно понимала, что одной любви не всегда достаточно.

Было бы несправедливо требовать от него отказаться от всех своих планов только потому, что правда наконец открылась.

Она спокойно позавтракала, заехала домой, затем отправилась на работу и весь день старалась вести себя так, словно ничего необычного не произошло.

Чтобы не ждать звонка Чонгука каждую минуту, она даже убрала телефон в ящик стола.

Если по работе она кому-то понадобится - позвонят в редакцию.

Позже ей доставили огромный букет цветов.

На открытке было написано всего несколько слов:

«Я буду любить тебя вечно.»

Но даже они не успокоили её.

Эти слова могли означать не только признание.

Они могли быть и красивым прощанием.

Тем временем Чонгук почти весь день безуспешно пытался дозвониться до неё.

Он не хотел звонить прямо в редакцию журнала, опасаясь вмешиваться в её рабочую жизнь.

Но никак не мог понять, почему после прошлой ночи Лиса не отвечает.

Лишь после обеда он позвонил домой и спросил миссис Палмер, всё ли прошло хорошо утром.

Наблюдательная экономка рассказала, что мисс Манобан долго стояла перед холодильником, внимательно глядя на календарь, после чего заметно погрустнела.

И Чонгук сразу всё понял.

Она переживала из-за финала шоу, где он должен был выбрать будущую госпожу Чон.

Он ещё несколько раз пытался ей дозвониться.

Безрезультатно.

Тогда он решил заняться другой частью своего плана.

Попросил Хармони отправить главному редактору TVZoom цветы с запиской, написанной собственноручно.

После этого позвонил Уиллу и Намджуну.

Именно они должны были первыми узнать о его решении.

Вечером, закончив все важные встречи, Чонгук отправился в особняк, где снимался финальный выпуск реалити-шоу.

Он был уверен, что всё закончится именно так, как должно.

Хотя прекрасно понимал, что в любой истории кто-то неизбежно испытывает боль.

Несколько часов спустя Лиса вернулась домой.

Она сняла обувь и устало опустилась на диван.

Перед уходом с работы она наконец достала телефон из ящика и увидела множество пропущенных звонков от Чонгука.

Она сразу же попыталась перезвонить.

Но было уже поздно.

Его телефон оказался выключен.

Это было неудивительно - до начала прямого эфира оставалось совсем немного.

И всё же ей стало больно.

Ей очень хотелось услышать его голос.

И она горько пожалела, что весь день держала телефон выключенным.

В этот момент её мобильный снова зазвонил.

Сердце забилось быстрее.

На секунду ей показалось, что это Чонгук.

Но на экране появилась фотография Соми.

Сначала Лиса не хотела отвечать.

Но когда подруга позвонила уже в седьмой раз подряд, она встревожилась и всё-таки приняла вызов.

- Лалиса Манобан! - почти закричала Соми, не дав ей даже сказать «алло». - Ты должна! Нет, ты просто ОБЯЗАНА прямо сейчас включить GHShow! Это уже не просто чрезвычайная ситуация... это настоящий фейерверк!

Лиса ещё не знала, что её ждёт.

Но позже она ни на секунду не пожалеет, что в тот тёплый звёздный вечер четверга включила телевизор и переключила его на 39-й канал.