Озвучивание не поддерживается в этом браузере
Глава 50. Капитуляция морока и железобетонный сон
— Так нечестно! — обиженно выкрикнул Ксандер уже из самого коридора, когда дверь зала Преисподней окончательно закрылась перед носом наказанных младших братьев. — Старшим, значит, мафиозное сватовство и благословение, а нам — домашний арест на век и пешие прогулки до завода?! Дискриминация!
Но его вопли потонули в глухом эхе закрывшихся теневых врат. Родители Стражей Смерти лишь снисходительно переглянулись, а Тэхён, Чимин, Чонгук и Хосок синхронно чокнулись бокалами, празднуя свою полную тактическую победу на семейном фронте.
Тем временем на другом конце Сеула, в тихом загородном коттедже Минов, ночная прохлада плавно опустилась на заснеженные ели. Кассандра, изрядно уставшая за этот безумный, насыщенный день, вернулась в свою просторную спальню с обсидиановым глянцевым полом. Она скинула винный оверсайз-пиджак, аккуратно повесила его в шкаф и распустила свои новые, пахнущие озоном винно-чёрные локоны до самого копчика.
Надев легкую шёлковую сорочку, ламия скользнула под прохладное одеяло и закрыла глаза, погружаясь в желанный анабиоз.
Естественно, четыре Альфы Преисподней, раззадоренные вечерним благословением родителей и фотографией из бассейна, не могли оставить её в покое просто так. Четырёхглавый Цервер внутри их общего подсознания требовал реванша за утреннего леща Чимину. Объединив свои ментальные силы Мрака, парни синхронно направили в её сознание мощнейший, невероятно горячий и детализированный морок.
В ту же секунду в сон Кассандры попытались бесшумно ворваться четыре опасных призрака. Тэхён со своим багровым, собственническим пламенем; Чимин, утягивающий её обратно в туманную негу; Чонгук, транслирующий дикую ярость и жажду прижать её к капоту гиперкара; и Хосок, чья новая золотая аура Мрака пыталась опутать её сознание теневыми цепями. Фантазии парней были запредельно реалистичными, жаркими и требующими немедленной капитуляции её змеиного контроля.
Но они крупно просчитались. Мин Кассандра не зря была чистокровной ламией из королевского выводка с самым чутким обонянием на чужие эмоции и железным самоконтролем. На своей территории, внутри собственного разума, она была абсолютным богом.
Кассандра даже бровью во сне не повела. Столкнувшись с этим бушующим Церберовским ураганом похоти и гнева, она не стала выставлять стены или яростно отбиваться, тратя драгоценную ману. С поистине царственным, змеиным хладнокровием она просто... свернула все их четыре горячие фантазии в один аккуратный ментальный комок. Тонким движением воли ламия превратила их яростные подкатки, Мрак и цепи в мягкий, едва заметный фоновый шум — что-то вроде успокаивающего треска камина или белого шума на заднем плане её сновидений.
И совершенно спокойно, с умиротворённой ухмылкой на бледных губах, Кассандра уснула самым крепким и сладким сном до самого утра, оставив четырёх Стражей Смерти на другом конце города всю ночь судорожно держать ментальный канал и до хрипоты спорить, почему их ядерный морок работает для неё как обычное снотворное.
Комментарии