Растопи моё сердце

Утро. Зимний Стокгольм. День короткой программы наступил слишком быстро. И вот я уже еду в затонированном внедорожнике, в тени от посторонних глаз, с человеком, который спасал меня не раз и не два, который готов порвать любого, кто сделает мне больно. Мы подъехали к заднему входу Глобен-Арены. Как только мы вышли из машины, нас окружила толпа журналистов:

- Встаем коридором, никого не пускаем! - кричал охранник.

Я шла не обращая внимание на вопли журналистов и вопросы которые сыпались со всех сторон:

- Микаэлла, как вы считаете..

- Микаэлла, что вы можете сказать по поводу...

- Микаэлла, по вашему мнению..

Справа от меня шла моя тренер, которая несла чехол с моими платьями. Даймон шел сзади и полностью контролировал всю ситуацию.

Зайдя в арену, я ощутила на себе кучу взглядов. Кто-то смотрел на меня с сочувствием, кто-то с удивление от того, что как я вообще нашла в себе силы приехать сюда после всего произошедшего. Сейчас все СМИ обсуждают дело Лукаса.

Подходя к раздевалке, я увидела эмму, но она заметила меня раньше и сразу подбежала ко мне все своем элегантном черно-белом платье.

- Микаа, ты приехала! Мы с девочками.. просто в шоке.. я никогда не считала Лукаса нормальным, но..

- Эмма, давай не сейчас... - я честно ей ответила, мне нужно настраиватся на прокат, а здесь каждый второй напоминает мне про этот кошмар.

- А.. да, хорошо, удачи на прокате!

- Тебе тоже удачи!

_____________________________________

- Mikaela Lawrence, is invited to the ice. - обьявили по громкоговорителю.

- Ты все можешь, все умеешь. Чистый прокат. Как было на тренировках. - давала наставления мне Агата.

Я лишь молча кивала, я уже полностью была погружена в прокат.

- Ты лучшая. У тебя все получится, если что, я у бортика. - сказал Даймон.

Я ступила на лед. Трибуны зашумели. Но как только я приняла начальную позу, трибуны затихли.

- Я фаворит, и никто, никто не помешает мне выиграть. Никто. - сказала я сама себе. Начались первые ноты моей музыки. Каждый поворот, крюк, дуга, прыжок были отточены до миллиметра. Первый элемент - каскад тройной лутц - тройной тулуп. Высокий, чистый. Конец программы. Один из моих любимейших прыжков - тройной аксель. Три с половиной оборота и чистейший выезд! Последние секунды мелодии и финальная поза. Секундная тишина и зал срывается аплодисментами! На лед полетели игрушки и цветы. Это был лучший прокат в моей жизни.

Поклонившись сюдьям, я начала скользить в сторону Агаты и Даймона. Но вдруг я услышала жесткий скрежет лезвия. Меня сильно занесло вправо, так, что я чуть не упала на спину, но я смогла удержать равновесие. Посмотрев на свой правый конек, я увидела что лезвие держится на 3 болтах из пяти возможных! 2 болта отсутсвовали вообще, а три оставшиеся были слегка откручены. Если бы это лезвие сорвалось несколько секунд назад, то я бы с огромной высоты упала на лед и не факт что могла бы встать.

Даймон, почувствовав что, что-то не так, игнорируя возгласы судей, перепрыгнул через бортик и подхватил меня на руки.

- я держу, держу.... - говорил Даймон, все крепче прижимая к себе.

Даймон донес меня до зоны "Kiss and cry" начал осматривать мою лодышку, не поранилась ли я.

- Ничего не болит!? Сгибать не больно?!

- нет.. нет..

- оценка Милаэллы Лоренс, 89,73 сотых балла.

Требуны ревели от восторга, а на моем лице не было ни намека на улыбку.

Все уже давно покинули Арену, а я сидела в раздевалке, обняв руками колени и сквозь слезы смотрела на свои коньки. Моментами я то и вздрагивала от криков Даймона, которые доносились из коридора:

- Какого черта у вас тут происходит!? Почему любой с улицы может просто зайти в раздевалку и испортить коньки? Вас ничего не смущает, что коньки испорчены именно у фаворитки соревнований!? Не международный турнир, а проходной двор какой-то! Вам повезло, что лезвие отлетело после окончания программы, а не на тройном акселе! Упав с такой высоты и инвалидом можно остаться!

Охранники пытались что-то ответить, что-то невнятное, непонятное, я ничего не смогда разобрать.

- Так, к вам у меня вопросов нет, вы работаете не на меня.

Даймон явно обращался к охранникам этой Арены, которых специально наняли для турнира.

- А о вас я доложу своему отцу, как о некомпететных сотрудниках.

Через секунду распахнулась металлическая дверь раздевалки, зашел Даймон. Он сел на корточки передо мной:

- Ты как? - спросил он. - точно ничего не болит?

- коньки.. произвольная через четыре дня.. на этих коньках нельзя кататься... все это конец.. Миссис Агата, можно.. можно я снимусь с турнира?..

Я сама не ожидала от себя такого вопроса. Золото было практически у меня в руках, а тут я чуть не стала инвалидом.

- Микочка, микочка! Все будет хорошо! Мы что-нибудь придумаем! - еле сдерживая слезы говорила Агата.

- Ты выступишь, - твердо сказал Даймон. Сегодня вечером новые коньки будут здесь.

- Ты серьезно!? Новые коньки!? Ты вообще в курсе сколько раскатываются коньки!? Две недели! И это минимум! А ты хочешь..

Мои нервы уже были на пределе. Это был явный байкот против меня. Кто-то очень хотел чтобы я покалечилась и меня заменили.

- Для других - это невозможно. Для тебя - задача со звездочкой. Слушай, Лоренс, ты за 3 минуты прыгаешь пять четверных, и ты говоришь что раскатать коньки за 4 дня, для тебя это невыполнимо?

- Коньки стоят очень... - начала я, но Даймон не дал мне закончить.

- по поводу коньков не переживай, деньги - не проблема.

Даймон достал телефон из кармана своей темно-синий куртки и начал набирать чей-то номер.

- Ало? Да, здорова, Лу. Мне нужны фигурные коньки фирмы Edea 37 размера и лезвия Axel.

Срочно. .... Ага, спасибо, я в долгу.

- Коньки прибудут сегодня ночью. От тебя, Мика, требуется только желание и упорство. Докажешь им что тебя нельзя сломать?

- Во сколько завтра лед? - лишь это спросила я.