Осторожно, фанаты Калленов!

Поцелуй был горячим и отчаянным, но в какой-то момент Хёнджин настойчивее коснулся губ Феликса - и случайно задел языком слишком острые, неприродно длинные грани.
На мгновение время в кабинке просто остановилось.
Хёнджин замёрз. В его голове мгновенно сложился весь пазл: эта ледяная кожа, ночные исчезновения, постоянная бледность, отказ от еды, та самая заброшенная машина и даже его собственная глупая шутка на дороге, из-за которой Феликс так дико вспылил. Это была не чушь. Это была правда, от которой Ликс все эти месяцы отчаянно пытался его защитить.
Феликс затаил дыхание, в ужасе смотря на Хёнджина широко раскрытыми глазами. On ждал крика, страха, отвращения - чего угодно.
Но Хёнджин медленно прервал поцелуй и сделал шаг назад. На его лице отразился глубокий шок, смешанный с полнейшей растерянностью. Он опустил взгляд на губы Ликса, затем снова посмотрел ему прямо в глаза.
- Феликс... - тихим, совсем чужим голосом выдохнул Хёнджин, едва проталкивая воздух через сжатое горло. - Я... я пойду.
Он резко дёрнул задвижку кабинки и выскочил наружу, быстро шагая к выходу из туалета. Тяжелая дверь за хлопаньем закрылась за ним, оставив Феликса стоять в полной одинокой тишине.

Хлопок тяжелой двери туалета эхом отозвался в ушах Феликса.
Силы моментально покинули его. Ноги стали ватными, и Феликс бессильно сполз по холодной кафельной стене, опускаясь прямо на грязно-белый пол тесной кабинки. Он обхватил голову руками и уткнулся лбом в колени, отчаянно и рвано дыша. Контроль полностью рухнул. То, чего он боится и избегает больше всего на свете - момент, когда его ужасный секрет раскроется перед Хёнджином, - только что произошло. И не где-то в сказке, а в самом банальном туалетном боксе университета. Клыки медленно убирались назад, но грудную клетку разрывала глухая, удушающая паника.
А в это время Хёнджин на пределе сил выскочил из здания университета на морозный уличный воздух.
Он бежал, не разбирая дороги, путаясь в собственном шарфе и хватая ртом ледяной ветер. В голове стоял оглушительный шум, а перед глазами непрерывно крутилась одна и та же сцена - ощущение острых, нечеловеческих клыков на губах Феликса.
Хёнджин выбежал в сквер неподалеку, тяжело оперся руками о заснеженную скамейку и замер, пытаясь перевести дыхание. Сердце сумасшедше колотилось о рёбра.
- Сумерки... - вслух, дрожащим от шока шепотом выдохнул Хёнджин, нервно и горько усмехнувшись. - Сумерки, блин, реально существуют...
Он вспомнил всё: и бледность Ликса, и его ледяные пальцы, и то, как он избегал еды, и ту глупую шутку в машине, из-за которой Феликс чуть не сошел с ума от страха. Все эти «странности» и «загоны», которые Хван считал просто сложным характером, разом сложились в один безумный, фантастический пазл.
Феликс был не просто парнем с кучей тайн. On был настоящим монстром из древних легенд. И прямо сейчас этот монстр сидел на полу туалета, панически боясь, что Хёнджин больше никогда к нему не вернется.

Феликс просидел на холодном кафельном полу туалета еще какое-то время, пока панический гул в ушах окончательно не стих. Медленно поднявшись, он привел себя в порядок, оправил одежду и вышел из кабинки. В коридорах университета уже было пусто.
Забрав свои вещи и захватив из гардероба сложенный зонт, Феликс вышел на крыльцо. За время, пока он сидел внутри, небо затянуло темно-свинцовыми тучами, и на город обрушился плотный, холодный осенний дождь. Вода стекала по ступеням, превращая сухой асфальт в темные зеркала.
Феликс раскрыл большой черный зонт и сделал несколько шагов по заснеженно-грязной аллее, тяжело смотря себе под ноги. Капли ритмично стучали по натянутой ткани.
Вдруг стук капель над его головой глухо изменился - кто-то шагнул под его зонт, заблокировав путь.
Феликс поднял взгляд. Перед ним, промокнув практически насквозь, стоял Хёнджин. Его волосы слиплись от воды, капли стекали по подбородку и капали на мокрую куртку, но в глазах больше не было прежней паники - лишь глубокое, сложнейшее осознание и какая-то тихая, тяжелая решимость.
Они стояли под одним зонтом в полной тишине, окруженные шумом проливного дождя.
- И давно ты вампир? - тихо, без тени издевки или страха спросил Хёнджин, смотря Феликсу прямо в глаза.

Феликс замер, крепче сжав ручку зонта. Дождь барабанил по натянутой ткани, словно отсчитывая секунды их затянувшегося молчания. On всматривался в лицо Хёнджина, пытаясь разглядеть хоть капли страха или отвращения, но видел лишь глухую, тяжёлую усталость и затаённую боль.
- Давно, - тихо, но твёрдо ответил Феликс.
Его голос потонул в шуме стекающей по асфальту воды. Ликс чуть опустил зонт, чтобы надежнее укрыть Хёнджина от холодного ливня, хотя сам Хван, казалось, вовсе не замечал, что промок до ниточки.
- Насколько давно? - не отступал Хёнджин. Он сделал шаг ближе, стирая капли воды со своего лба, но не сводя с Феликса упорного, прямого взгляда. - Год? Пять? Десять?
Феликс горько усмехнулся и отвёл взгляд в сторону потемневшей аллеи.
- Намного дольше, Хёнджин. Дольше, чем существует всё, что ты видишь вокруг.
Повисла пауза. Хван молча переваривал услышанное, пока до него окончательно не дошел смысл этих слов.
- И поэтому ты убегал? - тихо выдохнул Хёнджин, и в его голосе проскользнула досада. - Из-за этого ты бросил всё, сменил номер, уехал в другой конец города и делал вид, что мы незнакомы? Потому что испугался, что я назову тебя монстром?
- Я испугался, что причиню тебе вред! - рявкнул Феликс, резко переведя на него темнеющий взгляд. - Ты хоть понимаешь, кто я такой?! Я не романтичный персонаж из твоих фильмов, Хван! Я опасен. И всё это время я пытался защитить тебя... от самого себя.
Хёнджин шагнуть ещё ближе, практически уткнувшись грудью в мокрую куртку Феликса, и накрыл его пальцы на ручке зонта своей горячей ладонью.
- А я не просил меня защищать, - с нажимом прошептал Хёнджин. - Особенно ценой тебя.

- Ты идиот... - с тяжелым выдохом прошептал Феликс, но в его голосе больше не было прежней злости - только бесконечная, истощающая усталость.
- Я знаю, - безапелляционно отозвался Хёнджин, даже не пытаясь спорить. Он мягко, но уверенно перехватил руку Феликса, сжимающую зонт, и слегка потянул на себя. - Пойдём ко мне домой. Ты мокрый, я мокрый, и нам обоим точно нужно выпить... хотя бы чаю. Или чего ты там пьёшь.
Феликс лишь молча качнул головой, понимая, что сопротивляться этому упрямому человеку бессмысленно.
Спустя полчаса они уже были в новой квартире Хёнджина. В комнате царил приятный полумрак, а за окном всё так же монотонно шумел дождь. Хван бросил на диван сухую толстовку для Ликса и ушёл на кухню, чтобы дать им обоим прийти в себя.
Когда Хёнджин вернулся в гостиную с большой пачкой чипсов, он на секунду замер у двери.
Феликс сидел на краю дивана, скрестив ноги. На столе перед ним стоял простой стеклянный стакан, до половины наполненный густой, тёмно-алой жидкостью. Больше никаких пряток, никакой судорожной чистки курток в лесу и влажных салфеток. Ликс спокойно поднял стакан, сделал небольшой глоток и опустил взгляд на Хёнджина, словно проверяя его реакцию.
Хван молча прошёл в комнату, плюхнулся на другой конец дивана и зашуршал фольгой, доставая чипсину.
- Ну и как на вкус? - абсолютно обыденным тоном спросил Хёнджин, отправив хрустящий ломтик в рот. - Как вишневый сок или скорее как железо?
Феликс едва не поперхнулся глотком от такой невозмутимости. Он посмотрел на Хёнджина, который спокойно хрустел чипсами прямо рядом с ним, и впервые за последние три месяца на его губах появилась настоящая, тёплая и слегка растерянная улыбка.
- Как вишневый сок с металлом, - тихо ответил Феликс, усаживаясь поудобнее. - Ужасное сочетание, если честно.
- М-да, мои соболезнования, - ухмыльнулся Хван, протягивая ему пачку. - Ветчину и сыр, я так понимаю, предлагать бессмысленно?
Стена, которую они строили между собой всё это время, наконец-то дала трещину.