Осторожно, фанаты Калленов!

Хёнджин резко скинул руку Феликса со своего лица и отступил на шаг. Эмоции окончательно перевесили здравый смысл, а задетое за живое эго требовало хоть какой-то ясности, а не очередного ледяного побега.
- Да пусть слышат! - практически на весь балкон рявкнул Хёнджин, даже не думая понижать тон. - Пусть все слышат, что ты меня поцеловал!
Слова эхом отскочили от стеклянной двери и улетели прямо в открытую гостиную.
В этот самый момент в гостиной Минхо пытался сделать глоток колы, а Джисон вовсю уплетал чипсы, затаив дыхание и прислушиваясь к доносящемуся с улицы бубнению.
Громкий, отчаянный крик Хёнджина прорезал ночную тишину дома подобно разряду молнии.
*«КХА-КХМ-КХМ!»*
Минхо мгновенно поперхнулся газировкой, выплюнув её прямо на журнальный столик, и зашелся судорожным, диким кашлем, схватившись за горло. Это был уже третий раз за вечер, когда его дыхательные пути подвергались жесткой проверке на прочность.
Джисон же от неожиданности подавился чипсиной, застыл с открытым ртом, а затем выпучил глаза до размера блюдец. Пачка чипсов с треском вывалилась из его слабеющих рук прямо на ковер.
- Он... че... СКАЗАЛ?! - шепотом, теряя голос от полного шока, выдавил Джисон, поворачиваясь к кашляющему Минхо.
Минхо с трудом вытер губы рукавом, всё еще пытаясь отдышаться, и уставился на закрытую стеклянную дверь балкона, за которой разворачивалась драма года.
- Я... я же говорил... что туалет был не просто так... - прохрипел Минхо, судорожно лихорадочно хватая воздух.