Невесомость|| Дезире Дуэ

---

«Парк де Пренс» дышал. Десятки тысяч людей, шум фанатских секторов, ярко-синие огни стадиона — для Адрианы это было похоже на оживший шторм. Она никогда не любила толпу. В Саратове толпа означала перешёпоты за спиной и насмешливые взгляды. В Париже она боялась просто раствориться в этом человеческом океане.

Но на её плечах была тяжёлая, пахнущая свежестью и чем-то спортивным футболка «ПСЖ». Игровой номер 14. Для Ады она была огромной, почти до колен, скрывая её хрупкость и заставляя чувствовать себя под защитой, словно в доспехах.

Дезире настоял, чтобы она была в VIP-ложе, где тише и спокойнее.
— Просто смотри на поле, Ада. В какой-то момент я посмотрю на тебя. Пообещай, что не отвернёшься, — сказал он ей перед игрой.

И вот, матч начался.

Адриана, затаив дыхание, наблюдала за игрой. Она мало что понимала в футбольной тактике, но она видела его. Дезире на поле был другим. Исчезла та мягкая расслабленность, которую она видела в парке. Сейчас это был сгусток чистой энергии, скорости и силы. Он проносился мимо защитников, его движения были резкими и выверенными.

«Он такой живой», — подумала Ада, прижимая ладони к груди. На фоне этого атлетичного, мощного парня она казалась себе ещё более призрачной. Но когда мяч оказывался у него, он словно танцевал с ним.

На шестидесятой минуте стадион взорвался. Дезире ворвался в штрафную, обыграл двоих и точным ударом отправил мяч в нижний угол ворот.

Гул был такой силы, что Ада невольно зажала уши, но тут же опустила руки. Весь стадион скандировал его имя: «ДЕ-ЗИ-РЕ! ДЕ-ЗИ-РЕ!»

Он не побежал к трибуне ультрас. Он остановился, тяжело дыша, и поднял голову вверх, отыскивая глазами сектор, где сидела она. Найдя её взглядом — маленькую светлую точку в его огромной футболке — Дезире улыбнулся. Той самой улыбкой, которую знала только она. Он сложил руки в форме сердца и коротко кивнул.

Это длилось секунду, но для Ады время остановилось. Её застенчивость, страх перед толпой, мысли о своей «неправильности» — всё это на мгновение исчезло. Она была здесь. Она была живой. И этот невероятный парень посвятил свой триумф ей.

*

После матча, в тихом коридоре стадиона, пахло травой и победой. Ада стояла у двери раздевалки, нерешительно переминаясь с ноги на ногу. Когда дверь открылась, Дезире вышел первым. Он уже успел принять душ, на нём был спортивный костюм, но в глазах всё ещё горел азарт игры.

Увидев её, он мгновенно смягчился.
— Ты пришла, — он подошёл к ней, сокращая расстояние.

Разница в росте была колоссальной. При своих 181 сантиметрах он возвышался над ней, как скала над цветком. Адриана со своими 155 сантиметрами едва доставала ему до плеча.

— Ты был... невероятным, Дезире, — прошептала она на русском, а потом быстро повторила на французском. — Весь стадион кричал твоё имя.

— Мне было важно, чтобы его слышала только ты, — он протянул руку и аккуратно коснулся кончика её носа. — Ты не испугалась? Не ушла?

— Нет. Я... я чувствовала себя в безопасности. В твоей футболке.

Дезире внимательно посмотрел на неё. Он заметил, что её лицо стало чуть менее бледным, а в глазах появилось что-то, кроме боли.
— Ада, я так горд тобой. Ты справилась. Ты была в центре Парижа, на глазах у тысяч людей, и ты не сломалась.

Он мягко взял её за плечи и притянул к себе. Это не был поцелуй — он просто прижал её голову к своей груди. Ада закрыла глаза, слушая, как часто и сильно бьётся сердце лучшего молодого игрока Франции. Она чувствовала себя такой маленькой, такой защищённой.

— Я заказал ужин, — прошептал он ей в макушку. — Твой любимый русский суп. Мой повар нашёл рецепт борща. Мы съедим совсем немного, хорошо? Столько, сколько захочешь ты. Никаких весов, никаких калорий. Только ты, я и победа.

Слёзы — на этот раз тёплые и облегчающие — покатились по её щекам. Адриана Ангельская, девочка из Саратова, которая когда-то хотела исчезнуть, впервые захотела остаться. Остаться здесь, в этих сильных руках, в этом городе, где даже ангелы могут начать всё с начала.

— Хорошо, — ответила она, сжимая край его куртки своими тонкими пальцами. — Пойдём есть борщ, Дезире.

---