Мое чудо

Так шли три дня, Антон проходя в общагу, захлебывался в истериках. Арсений игнорировал парня, общаясь с ним как с обычными учениками. Или даже похуже.

В один из дней с к паше пришли Серёжа и Дима.

— Павел Алексеевич. — позвал Дима пашу.

— Да Дим, что такое? — спросил мужчинам откладывая листы на стол, поворачивая головы уна парней.

— Нас нужна ваша помощь. — сказал Серёжа.

— Так как? Чё вы опять затеяли? — насторожится Паша.

— Нечего криминального, нам просто надо Арсения с антном померить. — сказал Дима, а а Паша понимающи посмотрел на ребят.

— Я в деле, мне самому не нравится недовольная хлебарезка Арсения. Ходит весь такой  важный. — говорил Паша, усаживаясь по удобнее. — С чем вам помочь? И вернее как.

— Надо с что бы вы позвали этих двух в один кабинет, а мы их закроем на некоторое время. Пускай поговорят, и обсудят. — рассказал план Серёжа.

— Я могу их позвать после пар, в 205 кабинет, там бумаг дохера, типо помочь разобрать их. — сказал Паша, постукивая ручкой по столу.

— А это даже лучше. Тогда ждем окончания пар, и встречаемся у вас в кабинете. — кинул Дима, и ребята выбежали. Паша рассмеялся и продолжил работать.

Пары закончились, ребята пришли к паше в кабинет.

— Сейчас я сначала Антону позвоню, что бы он не ушёл. — сказал Паша. Ребята кивнули. Павел набрал Антона.

***
— Тошка привет, ты в колледже ещё? — спросил Паша, смотря на ребят.

— Привет, да в колледже, только с аудиторией вышел. А что? — спросил Антон, голос был понижен, хриплый от криков истерики. У паши пошли муражки по тело, от одной только мысли,  какие там должны были быть истерики.

— Можешь подойти в 205 кабинет? Там надо помочь документы разобрать. — поправил Павел, садясь на стул.

— Да, конечно, через минуту 10 там буду. — сказал Антон.

— А что так долго? — спросил Паша.

— Покурить хочу, или прям срочно нужно? — спросил Антон.

— Время есть, дуй Кури, и возвращайся. — сказал Паша, а на том конце послышалось что то вроде угуканья, и звонок оторвался.

***
— Тоха будет через 10 минут. — Сказал Паша, и набрал Арсения. Попов тоже согласился и сказал что скоро подойдет. — Пошлите к кабинету. — сказал Паша, беря от него ключи. Ребята кивнув пошли в сторону кабинета, спускаясь на второй этажа прячась рядом с кабинетом, что их не видели.

Первым пришёл конечно Арсений и зашел в кабинет, не увидев Пашу, Арсений подумал что тот просто куда то отлучился, и все в на стол стал ждать друга.

Но место Паши, в кабинет тихо зашел Антон,  закрыв за собой дверь. Только он повернулся, как сразу дернулся, сжимаясь в дверь. Арсений который сидел на столе изменился в лице, лицо стало непонимающим, в глазах так и читался это непонимание. А в глазах Антона читался животный страх, его пальцы начали дрожать, на глазах начали виднеться слезы.
По тихой аудитории, раздался металический щелчок, закрывшегося замка.

Глаза Антона расширились, и он обхватив ручку, начал дергать её, пытаясь открыть дверь. Но та не как не поддавалась. Арсений смотрел на парня, он видел его животный страх, и какую то неловкость, в движениях. Руки тряслись, на глазах стояли слезы.

Все на столько плохо? — пронеслось в голове Арсения, он уже давно понял что перегнул палку  с игнором в сторону Антона, но он все еще зол на него, ведь буквально вчера, Антон пришёл в колледж, практически пьяный, после пьянки, видно было что он даже не спал, от него похло перегаром, спиртом. Но Арсений игнорировал состояние парня и просто выставил его из аудитории, со словами " в таком состояние надо сидеть дома, а не ходить и вонять на весь колледж. " — вроде да правильно, но это было сказанно слишком грубо, и не культурно. Антон в тот день просто ушёл в общагу, не оставаясь не на какие пары, не отвечал не начьи звонки, он вновь провалился в истерику, срывая весь голос.

— Плохие попытки, дверь закрыта. — подал голос Арсений, а Антон дернулся, и не поворачивался, он боялся сделать лишние движение, лишний звук, он просто замер, не как не шевелясь, стоял все так же, полу оборотом. Арсений осматривал парня, сегодня он был без колец, и браслетом, запястья были немного открыты, открывая вид, на... На его победы, шрамы от порезов. И недавно новые...

Арсений медленно составил со стола, и подошёл к Антону, Антон удался в дверь, переставая дышать, Арсений взял руку Антона, но той что были порезы, и начал закатывать руков кофты. Антон раскрыл глаза, и стал пытаться вырвать руку, или же как то прикрыть. Но Арсений схватив вторую руку Антона, завёл её за его спину, держа одной рукой, а второй своей, он держал левую руку Антона, и рассматривал старые и новые порезы. Антон снова взялся за это.

Арсений внимательно осматривал порезы, не как не прикасаясь к ним, было видно что некоторые порезы сделаны буквально не давно, день назад. Значит вчера. После того как он ушёл в общагу? Или до утром? Арсений этого уже не знал, но он видел, что Антон колесит себя и физически, не только голодовками, сигаретами, алкоголем. А еще и порезами. Порезы были не сильно глубокими.

— Зачем? — одними губами спросил Арсений, подняв голову на Антона, тот сглотнув, и начал дышать, но взгляд Антон не поднимал, голова была отвергнута в другу сторону, шею и уши были красными, от неловкости и от мысли что его поймали на его секрете.... — Тош? — это слово, висело в плотном молчание, сердце Антона сжалось, от этого слова. Давно он не слышал это.

— Н.надо было. — тихо сказал Антон, все-таки вырвав свою руку, и скрыл порезы за руковом кофты.

Арсений отпустил вторую руку Антона, но не отошёл. Он внимательно смотрел на его лицо, на его тело, которое замерло ожидая чего угодно, от объятий до удара, или убийства.

Арсений подошёл к Антону в плотную, прижимая его между стоной и собой, ставя руки по обоим сторонам, не давая не как уйти. И подняв одну ногу, Арсений протолкнул своё колено между ног Антона, фиксируя теперь намертво. Антон мог только круть головой и все, все что было сейчас свободным. Арсений стоял слишком близко, его грудь касалась груди Антона, которая в бешенной ритма вздымалась и отпускалась. Сердце колотится слишком быстро.

Антон боялся поднять взгляд на Арсения, потому что он понимал и чувствуя, что тот стоит слишком близко, так близко, что Антон чувствует его до боли, и возбуждения обжигающие, тёплое дыхание Арсения.

— И давно ты эти занимаешься? — спросил Арсений, его голос в этой прочной тишине, прозвучал слишком громко и резко, Антон чутка вздрогнул, но не сопротивлялся вообще не как, он стоял как какая то кукла, с которой просто играли и останавли в такой позе.

— С.с.с 14. — голос Антона дрожал, он был хриплым, отдавая небольшой болью в сорванное горло от криков. Арсений, нагнал голову в сторону, и посмотрнл Антону в глаза, Антон отвёл взгляд, смотря вниз, на их почти соединенные тела, на коленку Арсения, которая на метровой встала между ног Антона, не позволяя не как пошевелится. Да Антон и не собирался.

— Два года. — фактом сказал Арсений, и оторвав одну руку от стены, взял Антона за подбородок, поднимая его голову, заставляя Антона посмотреть тому в глаза. Антон смотрел на голубые напротив глаза. В них н еюыло той темной вьюги, которая была в тот день, в них была капля нежности, и беспокойства. А в глазках Антона была некая Надежда, и небольшой страх, но уже не такой который был в первые минуты.

Взгляд Арсения метался с глаз на губы Антона, задерживая взгляд на сжатых и пухленьких, покусаных губах.

В голове Антона пролетла мысль " Поцелует или нет...? ". Антон уже не мог нормально думать, он просто стоял и чего то ждал. А чего он ждал он сам не знал, но он готов на все, на удар, на поцелуй, на какую то резкую грубость Арсения, на его крики, на его бешенное в злости лицо. Но пока не чего из этого не было. Была только давящая тишина, тишина чего то недоговоренного, и не решительности.

— Я люблю тебя. — тихо вдруг сказал Антон, отведя взгляд, вдыхая полные легкие воздуха самого и запаха духов и геля для душа Арсения. — Это не какая то там подростковая влюбленность, или какие то заигрывая. — начал говорить Антон, он перестал бояться, он готов к тому что будет. Оталкивание, Оры, крики, может даже будет и удары, Антон уже пропитан все мысли, он просто выговориться, получит точ то будет. — Я люблю тебя, больше чем свою жизнь. — говорил Антон, подняв свой взгляд на Арсения, в нём было все смещенно, от правды, до готовности на все. — Я не кого так не люблю, как тебя, я с начало думал что это просто симпатия, но нет, я полюбил тебя, я привязался к тебе, я не могу без тебя. — говорил Антон, голос дрожал, руки которые до этого лежали в доль тела, схватили край рубаки Арсения, сжимая ткань.

Арсений молчал, но не перебивал, не отсранялся. С последними словам, Арсений просто стоял и смотрел на Антона, он не шевелился, не отталкивал, не орал. Он просто стоял, и смотрел тому в глаза. А после произошло то чего мозг Антона не хотел воспринимать за правду....