«Пока горит свет»

Адель поднялась на второй этаж.

Её шаги постепенно стихли.

Через несколько секунд в доме снова воцарилась тишина.

Лида так и осталась сидеть за большим кухонным столом.

Перед ней стояла уже пустая тарелка.

Она машинально водила пальцем по краю кружки, о чём-то задумавшись.

Ей совсем не хотелось идти к себе.

Комната была красивой.

Уютной.

Но пока ещё не родной.

А кухня...

Почему-то именно здесь ей было спокойнее.

Может быть потому, что совсем недавно здесь сидела Адель.

Лида тихо вздохнула.

Она вспомнила, как боялась спуститься.

Как сидела наверху голодная, думая, что может помешать.

А оказалось...

Её ждали.

От этой мысли на душе стало немного теплее.

Она медленно поднялась.

Взяла тарелку и кружку.

Открыла кран.

Тёплая вода тихо зашумела.

Лида тщательно вымыла за собой посуду.

Вытерла её полотенцем.

И поставила на место.

Так её учила бабушка.

"Всегда оставляй после себя порядок."

Она невольно улыбнулась.

— Хорошо, бабуль...

Тихо прошептала Лида.

— Я помню.

Выключив свет на кухне, она уже хотела подняться наверх, но остановилась.

Её взгляд скользнул по большой гостиной.

По книжным полкам.

По дивану.

По фотографиям, которые стояли на полке.

Она медленно подошла ближе.

На фотографиях была только Адель.

Совсем маленькая.

Потом постарше.

Где-то рядом с родителями.

На одной фотографии она улыбалась.

Совсем искренне.

Лида удивлённо нахмурилась.

— Значит...

Тихо сказала она.

— Ты умеешь улыбаться...

Сейчас было трудно в это поверить.

Та Адель, которую Лида видела последние два дня, казалась человеком, который давно забыл, что такое улыбка.

Она ещё немного постояла возле фотографий.

Потом всё-таки поднялась на второй этаж.

Проходя мимо комнаты Адель, Лида невольно замедлила шаг.

Из-за закрытой двери не доносилось ни звука.

Наверное, она работала.

Или читала.

Или просто отдыхала.

Лида тихо прошла дальше.

Зайдя в свою комнату, она закрыла дверь.

Подошла к окну.

На улице уже начинало темнеть.

Она вспомнила, как они с девочками в это время обычно собирались на своей кровати и обсуждали всё подряд.

И снова почувствовала лёгкую тоску.

Но теперь к этой тоске добавилось ещё одно чувство.

Любопытство.

Ей очень хотелось понять одну вещь.

Кто такая Адель на самом деле?

Почему она почти никогда не улыбается?

Почему говорит так мало?

И... почему среди всех детей выбрала именно её?

Ответов пока не было.

Но Лида почему-то чувствовала...

Рано или поздно она их узнает.

Лида ещё долго стояла у окна.

Дом постепенно погружался в вечернюю тишину.

На улице уже совсем стемнело.

Она заметила стеклянную дверь, ведущую на небольшой балкон.

Осторожно нажала на ручку.

Прохладный вечерний воздух сразу коснулся её лица.

Лида вышла наружу.

Балкон оказался небольшим, но очень уютным.

Она подошла к перилам.

Перед домом тянулась аккуратная дорожка, вдоль которой горели маленькие фонари.

Их мягкий тёплый свет освещал двор, кусты и деревья.

Ветер едва заметно шевелил листья.

Где-то вдалеке стрекотали сверчки.

Лида невольно улыбнулась.

— Тут красиво...

Тихо сказала она сама себе.

Никто не ответил.

Она облокотилась на перила и ещё несколько минут просто смотрела вперёд.

Потом вдруг вспомнила.

В её сумке лежала почти новая пачка сигарет.

Когда-то, ещё в детском доме, она отобрала её у ребят пол младше , которые тайком курили за старым сараем.

Тогда Лида не хотела, чтобы они продолжали баловаться.

Но пачку почему-то так и не выбросила.

Она вернулась в комнату.

Открыла сумку.

На самом дне действительно лежала почти полная пачка.

Лида несколько секунд смотрела на неё.

Потом достала одну сигарету.

Снова вышла на балкон.

Щёлкнула зажигалкой.

Маленький огонёк на мгновение осветил её лицо.

Она прикурила.

Сделала медленную затяжку.

И так же медленно выдохнула дым в прохладный вечерний воздух.

Это не было чем-то новым для неё.

Она уже умела курить.

Хотя делала это очень редко.

Только в те моменты, когда внутри становилось слишком шумно.

Сегодня был именно такой вечер.

Лида молча смотрела на двор.

На аккуратные дорожки.

На деревья.

На маленькие огоньки фонарей, освещавшие всё вокруг.

Лида докурила сигарету почти до самого фильтра.

Несколько секунд она молча смотрела на тлеющий огонёк.

Потом аккуратно потушила сигарету в небольшой металлической баночке, стоявшей на балконе, и ещё раз посмотрела на ночной двор.

Фонари всё так же мягко освещали дорожки.

Дом казался удивительно спокойным.

Она уже собиралась вернуться в комнату, как вдруг услышала тихий звук открывающейся двери.

Лида вздрогнула.

Она быстро обернулась.

На соседнем балконе стояла Адель.

Несколько секунд они просто смотрели друг на друга.

Лида почувствовала, как внутри всё похолодело.

Она даже не заметила, что всё ещё держит в руке почти потухшую сигарету.

Адель перевела взгляд на неё.

Потом на сигарету.

Лицо осталось таким же спокойным.

Холодным.

Будто на нём вообще не существовало эмоций.

Она заговорила ровным, жёстким голосом:

— Чтобы я больше не видела сигареты у тебя в руках.

Это прозвучало не громко.

Но настолько твёрдо, что Лида невольно выпрямилась.

Она быстро опустила руку.

— Я...

Хотела что-то объяснить.

Что это не привычка.

Что сегодня просто был тяжёлый день.

Что ей было страшно.

Но слова так и не появились.

Адель продолжала смотреть на неё.

В её голосе не было злости.

Не было крика.

Только холодная уверенность.

— Это вредно.

Короткая пауза.

— И в моём доме ты курить не будешь.

Лида молча кивнула.

— Хорошо...

Она не спорила.

Не оправдывалась.

Просто смотрела в пол.

Пальцы сами собой начали нервно теребить край рукава.

Адель ещё несколько секунд молчала.

Потом спокойно добавила:

— Если увижу это ещё раз — пачки у тебя больше не будет.

После этих слов она развернулась.

Так же спокойно, как и вышла.

Дверь на её балкон тихо закрылась.

Лида осталась одна.

Она ещё долго смотрела на закрытую дверь.

Потом перевела взгляд на пачку сигарет, которую всё ещё держала в другой руке.

Тихо вздохнула.

— Понятно...

Прошептала она.

Вернувшись в комнату, Лида открыла ящик письменного стола.

Положила туда пачку.

Закрыла его.

Несколько секунд постояла неподвижно.

Лида легла спать почти сразу после того, как убрала пачку сигарет в ящик.

Она переоделась в новую пижаму, которую сегодня купила Адель, умылась и легла под одеяло.

Кровать была мягкой.

Одеяло тёплым.

Комната — красивой.

Но заснуть она не могла.

Она лежала на спине и смотрела в потолок.

В детском доме всё было иначе.

Там ночью всегда кто-то был рядом.

Кто-то шептался.

Кто-то смеялся.

Кто-то ворчал, что ему мешают спать.

А если становилось грустно — достаточно было просто повернуться и увидеть знакомые лица.

А здесь...

Тишина.

Большая комната.

Чужой дом.

Человек, которого она почти не знает.

Лида повернулась на бок и посмотрела на фотографию бабушки возле кровати.

— Как думаешь?..

Тихо спросила она.

— Я справлюсь?

Ответа, конечно, не было.

Только свет от фонаря за окном падал на пол.

Она закрыла глаза.

Попыталась уснуть.

Но мысли снова и снова возвращались.

К детскому дому.

К девочкам.

К тому моменту, когда они стояли у окна и махали ей.

К Адель.

К её холодному голосу.

К словам:

«Это теперь и твой дом».

Лида тихо вздохнула.

Ей хотелось поверить.

Но она пока не умела.

Слишком много всего изменилось за один день.

Ещё вчера она жила в комнате с тремя девочками.

А сегодня у неё была своя большая комната.

Новая одежда.

Телефон.

И человек, который теперь отвечал за неё.

Время шло.

За окном становилось всё темнее.

Потом совсем тихо.

Потом ночь начала постепенно сменяться утром.

Лида так и не заметила, когда перестала пытаться заснуть.

Она просто сидела полулёжа на кровати, прислонившись спиной к подушкам.

Одеяло лежало на её ногах.

Телефон был рядом.

Иногда она брала его в руки и смотрела на экран.

Хотела написать девочкам.

Но боялась разбудить.

Хотя знала, что они бы точно не рассердились.

Она просто сидела.

Думала.

Вспоминала.

О бабушке.

О родителях, которых почти не помнила.

О том, как её называли ведьмой.

О том, как она привыкла быть одна.

И о том, что теперь ей снова нужно привыкать к кому-то.

За окном небо начало светлеть.

Первые лучи солнца появились где-то между деревьями.

Лида посмотрела на часы.

06:00.

Она тихо удивилась.

— Я так и не уснула...

Голос был немного хриплым.

Она провела руками по лицу.

Усталость чувствовалась во всём теле.

Но внутри почему-то было спокойно.

Она пережила первую ночь.

Она осталась здесь.

Она не убежала.

Не сломалась.

Лида медленно поднялась с кровати.

Подошла к окну и открыла занавеску.

Утренний свет заполнил комнату.

Она посмотрела на двор.

Те же самые дорожки.

Те же самые маленькие фонари, которые теперь уже не горели

После бессонной ночи Лида поняла, что лежать дальше бессмысленно.

Она аккуратно встала с кровати, стараясь не шуметь.

Хотя в доме всё равно было тихо.

Слишком тихо.

Она накинула тёплый свитер, который купила вчера, и вышла из комнаты.

Коридор был пустым.

Лида медленно спустилась вниз.

Каждый её шаг отдавался лёгким эхом по лестнице.

Она старалась идти тихо.

А вдруг Адель ещё спит?

Хотя дом казался таким большим, что даже если бы кто-то разговаривал на первом этаже, наверху можно было бы ничего не услышать.

На кухне было прохладно.

Лида включила маленький свет и подошла к шкафчикам.

Она немного растерялась.

Всё здесь было новым.

Другая посуда.

Другие места.

Но вчера она уже видела, где лежат кружки.

Она достала одну.

Ту самую, из которой пила чай вечером.

Потом поставила чайник.

Пока вода нагревалась, Лида просто стояла возле окна и смотрела во двор.

Утром он выглядел совсем иначе.

Не было тех маленьких огоньков.

Не было тёмных силуэтов деревьев.

Только спокойный сад и первые лучи солнца.

Через несколько минут чайник закипел.

Лида выключила его и осторожно налила себе горячий чай.

Она села за стол.

Обеими руками обхватила кружку.

Тепло приятно согревало ладони.

В детском доме такие моменты были редкими.

Там всегда был шум.

Кто-то спешил.

Кто-то спорил.

Кто-то просил передать сахар.

А здесь...

Только она.

И тишина.

Лида медленно крутила кружку в руках.

Чай уже немного остыл, но она всё равно продолжала держать его в ладонях.

Взгляд был направлен куда-то в окно.

Она смотрела на двор, но на самом деле ничего вокруг не замечала.

В голове снова и снова появлялся один и тот же вопрос.

Почему?

Почему именно она?

Лида привыкла к тому, что люди редко обращали на неё внимание.

В детском доме чаще выбирали маленьких детей.

Малышей.

Тех, кто ещё совсем маленький и кому нужна семья с самого начала.

Это было понятно.

А она...

Ей уже почти восемнадцать.

Она была подростком со своим характером, своими воспоминаниями и своим прошлым.

Обычно такие дети оставались ждать.

Годами.

Она тихо вздохнула.

— Странно...

Прошептала Лида сама себе.

Она вспомнила тот день.

Как Адель вошла в зал.

Как спокойно разговаривала с директором.

Как потом её позвали.

Как Ксюша сказала:

«Она возьмёт тебя».

До сих пор это казалось каким-то нереальным.

Лида отпила немного чая.

Адель могла выбрать кого угодно.

Там были дети младше.

Более открытые.

Наверное, кто-то другой был бы счастливее от такого выбора.

А она...

Она была просто Лидой.

Девочкой с ярко-зелёными глазами, из-за которых её когда-то называли ведьмой.

Девочкой, которая слишком рано научилась не ждать помощи.

Она посмотрела на лестницу.

Туда, где находилась комната Адель.

— Почему ты меня выбрала?..

Тихо сказала Лида.

Конечно, ответа не было.

Она только сильнее сжала кружку.

Ей хотелось спросить.

Правда хотелось.

Но каждый раз, когда она представляла этот разговор, внутри появлялся страх.

А вдруг ответ ей не понравится?

А вдруг Адель скажет что-то простое:

«Так получилось».

И всё.

Без особого смысла.

Без причины.

Лида не знала, почему ей так важно это понять.

Наверное, потому что за всю жизнь ей редко давали понять, что её выбирают.

Родители ушли.

Бабушка была единственным человеком, который любил её всем сердцем.

А потом её тоже не стало.

И теперь вдруг появилась незнакомая девушка, которая сказала:

«Я беру тебя».

Просто так.

Лида снова посмотрела на фотографию бабушки, которую принесла с собой и поставила рядом с телефоном.

— Ты бы сказала, что всё не случайно...

Тихо улыбнулась она.

В этот момент сверху послышался едва слышный звук.

Будто кто-то открыл дверь.

Лида сразу выпрямилась.

Адель проснулась.