Сын Уизли

Время - удивительно милосердная магия. Оно бережно затягивает даже самые глубокие раны, превращая жгучую боль прошлого в тихую, светлую память.

После победы в Хогвартсе встал вопрос о будущем дома. Маленький коттедж «Ракушка», простоявший на высоком корнуоллском обрыве сквозь самые темные месяцы войны, стал слишком тесен для растущей семьи.

Но разрушить его или изменить до неузнаваемости Билл и Лития не смогли: эти стены из дикого камня и перламутровых ракушек помнили слишком много - шум ночного шторма, шепот защитных чар, первое дыхание маленького Мэттью и веру в то, что Свет обязательно выстоит.

Решение нашлось на стыке двух архитектурных традиций. Билл, с его глубоким пониманием древних заклятий построения, и Лития, применившая строгие чертежи скандинавских замков, возвели вокруг старой «Ракушки» просторное семейное поместье.

Новый дом получился удивительным:
Витражная галерея: Высокие стрельчатые окна из цветного стекла выходили прямо на запад, открывая вид на бесконечную Антлантику. Когда солнце садилось, вся гостиная озарялась мягким янтарным и рубиновым светом.

Сердце дома:В центре новой гостиной возвели огромный камин из серого гранита, над которым Билл лично высек гербы родов Уизли и Фогель

Первозданный уголок:Сам исторический коттедж «Ракушка» остался внутри архитектурного ансамбля как отдельное, полностью изолированное крыло. Его сохранили в неизменном виде - с низкой деревянной мебелью, старым камином и запахом сушеных морских трав. Это место Билл и Лития припасли для тихих каникулярных дней. Когда из школ приезжали дети, а дом наполнялся шумом родственников, супруги могли уединиться в «Ракушке» под пение прибоя, сбросив с плеч груз директорских и министерских забот.

За прошедшие годы Лития окончательно закрепила за собой статус одного из самых выдающихся и уважаемых руководителей в истории Дурмстранга.

Под её руководством полярная цитадель пережила настоящий золотой век. Лития провела масштабную реформу образования:
1. Заградительная ритуалистика: Были открыты новые кафедры щитовой и пространственной магии, куда приглашали лучших специалистов со всей Европы.

2. Открытость и равенство: Были навсегда отменены устаревшие ограничения для маглорожденных волшебников. Дурмстранг стал домом для всех, в ком горит искренний дар.

3. Автономный Купол: Лития лично усовершенствовала Купол Хранителя, перевязав его с природными магия-токами полярных фьордов, сделав замок абсолютно неприступным.

Студенты искренне обожали своего Директора. В ней гармонично сочетались стальная северная дисциплина и глубокая, почти материнская чуткость. Однако среди преподавательского состава сохранялась старая, теплой традиция: седые профессора и опытные инструкторы по фехтованию до сих пор по привычке обращались к ней «Директор Фогель» или «Декан Фогель». Лития лишь мягко улыбалась на это, не пытаясь переучивать старых коллег.

Когда пришло время выбирать школу для детей, Билл и Лития собрали семейный совет. Они дали сыновьям полную свободу: Хогвартс с его гриффиндорской славой или Дурмстранг.

Но все трое братьев единогласно выбрали Север:
Доминик (Ник): Старший сын закончил Дурмстранг с высшими отметами, стал капитаном и лучшим ловцом дурмстранговской сборной по квиддичу, а также виртуозно овладел боевой ритуалистикой.
Мэттью : Средний сын, родившийся в День рождения матери, пошел по её стопам в изучении ментальной защиты и древних рун.

Даниэль: Младший из троих, озорной и смышленый мальчик, поступил на факультет Гаммель, завоевав любовь всех инструкторов своими успехами в дуэльном фехтовании.

- Наш дом - это Север, папа. Но сердце наше всегда здесь, с вами, - ответил Доминик, когда Билл вручал ему первый взрослый набоp артефактов.

Так же, они переделали дом который находится в трёх милях от Дурмстанга. Там, где Доминик сделал первые шаги, сказал первое слово, выпал первый зуб. Теперь там трехэтажный деревянный просторный дом. Который внутри согревает всех своим теплом. На время обучения, все жили там, а на лето перебирались в «ракушку»

Особой деталью семейного счастья стало проявление уникальных магических даров у младшего поколения.
Единственный сын Римуса и Тонкс, Тедди Люпин, вырос удивительно светлым, искренним и открытым юношей. Он поступил в Хогвартс на факультет Пуффендуй, где мгновенно стал старостой и душой компании.
Но самым удивительным стало то, что редчайший дар метаморфомагии от Нимфадоры Тонкс и Литии проявился только у двоих детей во всей семье: у самого Тедди и у среднего сына Литии - Мэттью!

Между мальчиками возникла особая, неразрывная связь. С самого детства они любили экспериментировать с внешностью, но их главной "фишкой" стали волосы:

Тедди Люпин носил ярко-бирюзовые, почти неоновые волосы - точную копию любимого оттенка своей матери Доры.

Мэттью Уизли отдавал предпочтение глубокому, благородному темно-синему цвету - точь-в-точь как у Литии.

Спустя три года после рождения Тедди в семье Люпинов произошло еще одно чудо. На свет появилась девочка - Вивьен Хоуп Люпин

Судьба проявила милосердие: Вивьен не унаследовала ни метаморфоз, ни родительское проклятие ликантропии. Она родилась абсолютно здоровым ребенком с мягкими русыми кудрями и ясными, добрыми глазами. Тедди и Мэттью опекали маленькую Вивьен с трогательной братишкой заботой, не позволяя никому ее обидеть.

Жизнь всей большой семьи Уизли кипела и бурлила.
Магазин «Всевозможные волшебные вредилки» Фреда и Джорджа стал настоящей империей смеха и радости. Они открыли филиалы не только в Хогсмиде, но и в волшебном квартале Стокгольма.

Теперь братьев-близнецов можно было легко отличить, хотя их дуэт остался таким же неразлучным:
У Джорджа отсутствовало левое ухо после битвы в небе над Лондоном.
У Фреда на подбородке остался длинный, ровный шрам - след от обрушившейся стены в Хогвартсе, когда защитный щит Литии принял на себя основной удар. Фред шутя называл этот шрам «знаком качества северной магии».

Связь между Литией и Фредом после тех событий стала невероятно глубокой и доверительной. Когда у Фреда и его жены родится первенец, они без колебаний попросили Литию стать крёстной матерью для их сына, которого назвали Адриан.

Лития отдавала маленькому Адриану всю нерастраченную нежность: она часто брала его к себе в «Ракушку», привозила из Дурмстранга редкие волшебные движущиеся игрушки и лично учила его первым детским защитным заклинаниям. Адриан обожал свою крёстную и гордо рассказывал всем друзьям, что его крёстная - «самый сильный Директор на свете».

Молли и Артур Уизли обрели долгожданный покой и безграничное счастье. В их глазах больше не было тени войны. Молли с утра до вечера пекла пироги для целой армады внуков, а Артур вместе с младшими мальчишками разбирал очередные магловские изобретения в своем сарае.

Чарли Уизли стабильно раз в шесть месяцев прилетал из Румынии. Каждое его появление превращалось в праздник: он привозил драконью чешую для защитных амулетов Литии, организовывал для племянников показательные полеты и неизменно оставался на семейные ужины, где шумно делился историями о жизни в заповеднике.

Август 2006 года озарил побережье коттеджа золотым теплом.
На просторной деревянной веранде поместья разносился многоголосый гвалт. Фред и Джордж демонстрировали пятилетнему Адриану и маленькой Вивьен новую партию самозаводящихся фейерверков. Рядом Тедди Люпин с ярко-бирюзовыми волосами и Мэттью с синими прядями спорили о правилах квиддича, а Доминик и Даниэль помогали дяде Чарли натягивать маскировочные чары над садом.

Билл и Лития стояли в стороне, на самом краю обрыва, у подножия старого камня-вехи коттеджа «Ракушка».

Билл бережно обнимал жену со спины, укрывая ее от прохладного океанского бриза полами своего широкого дорожного плаща. Его сильные ладони с серебристыми шрамами от когтей Сивого покоились на ее животе: Лития носила под сердцем их четвертого ребенка.

- Как ты себя чувствуешь, моя красивая миссис Уизли? - тихо шепнул Билл, касаясь губами её виска и вдыхая знакомый аромат северного можжевельника и морской соли.

- Замечательно, Билл, - тепло улыбнулась Лития, накрывая его ладони своими пальцами. - Этот малыш очень спокойный. Намного спокойнее, чем были Ник или Мэттью.

Билл тихо усмехнулся, уткнувшись носом в её волнистые синие волосы:
- Мы с мальчишками все-таки надеемся, что это будет девочка, Лити. Три парня у нас уже есть... Нам просто необходима маленькая принцесса, которая разбавит эту мужскую компанию.

Лития обернулась в его руках, посмотрела в его родные, синие глаза, полные любви и уверенности, и тихо произнесла:
- Если родится девочка, мы назовем ее Ингрид - как настоящую северную львицу с открытым сердцем. А если судьба подарит нам четвертого сына... что ж, тогда у нас появится маленький Теодор
- Ингрид Уизли... - просмаковал Билл, и его лицо озарилось глубоким, неописуемым счастьем. - Это звучание идеальное, Лити. По-настоящему королевское.

Со стороны веранды донесся громкий смех Молли, окликавшей всех к обеденному столу.

В этом доме, построенном на руинах прошлых сражений, все безумно любили свою маму - храброго Директора Дурмстранга, спасшую не одну жизнь и ставшую настоящим сердцем большого рода.

Океан шумел у подножия скал, солнце медленно погружалось в лазурные волны, а старый каменный коттедж «Ракушка» стоял рядом - как вечный символ того, что ни одна тьма во Вселенной не способна погасить истинный Свет.