Маршрут №22

Хан даже задохнулся от возмущения. Как можно быть таким... невыносимым!? И как это ему теперь прятать?

Нацепив на голову капюшон, Сон вышел вслед за Минхо, да только его уже след простыл. Ну, омеге же и лучше.

И снова улица, которая уже не казалась такой холодной. Он пошел на трамвайную остановку. Поехал домой. Денег на такси не было. Трамвай мерзко скрипел. Джи казалось, что все смотрят на его шею. Смотрят презрительно. Смотрят с отвращением. С тихим перешептыванием.

И вот пересадка. На улице еще сильнее похолодало. Сон мерз. Но был упрям и терпелив, ожидая следующего трамвая.

В вагоне тоже не так тепло. Когда двери открывались, то холодный воздух заходил в вагон, словно был тут хозяином.

До дома Джисон добрался уставшим. Этот день, который в принципе еще и не начался, уже вымотал его. Заметил ботинки, которые стояли на коврике в прихожей. Папа и отец вернулись.

Вздохнув, Сон прошел на кухню. Ему срочно нужен был глоток воды, а может, и его любимого напитка. Папа удивлённо уставился на сына, мол, почему тот даже не здоровается.

— Привет, — тихо сказал Джи, заметив недовольный взгляд мужчины.

— Привет, Джисони. Ты почему дома? У тебя же школа.

— Мне плохо стало, — соврал парень.

— Да? Может, температуру померить? — заботливо спросил старший омега, подходя к младшему и кладя руку на лоб. Тогда он и заметил красное пятно на шее сына. — А это что..? Засос? — в открытую поинтересовался родитель, чуть улыбнувшись.

— Пап, забудь то, что увидел, я просто одного недалекого человека разозлил, ну и вот...

Спустя пару минут парнишка был наконец отпущен. Он прошел в свою комнату, бросил рюкзак в угол и, не переодевшись, рухнул на кровать. Постель показалась ему просто божественной.

До вечера он проспал. Слишком много приключений за день... А ночью он сидел на подоконнике. Смотрел на редко проезжающие машины, на идущих людей. В соседнем доме горел свет. На улице стояли высокие фонари. А Джи думал. Думал о Минхо. Об их отношениях. О его укусе. О ожоге на ладони, которая пропахла сигаретой.

~~~

Что думал по этому поводу Ли Минхо? Пф, ничего он по этому поводу не думал. Альфа вообще никогда особо не парился о результатах своих действий, он просто делал всё то, что хочет, когда понимал, что ответки не будет.

Хотя, всё-таки, было где-то глубоко странное чувство... Не вины, нет. Ему понравилось, как выглядела шея Хана. Особенно с засосом. С его засосом.

Когда он приблизился к омеге, чтобы укусить, в нос ударил сильный аромат вишни, так как именно там запах был сильнее всего. Хо ни за что бы не признался, что только усилием воли заставил себя остановиться только на одном укусе...

~~~

Утром, благополучно всё забыв, Минхо встал, собрался и пошел на остановку. Ха, как бы не так.

Проснулся он с тяжелой головой и... Ну, в таких случаях обычно шутят, что утром встал не только он... (Гмхм, простите.) А всё из-за шеи Джисона, сука, которая, походу, преследует его теперь ещё и во снах. Его организм и раньше реагировал на омег, но на это были весьма веские причины, а тут, блять, всего лишь из-за шеи и этого сладкого, с кислинкой, запаха вишни. В общем, на остановку Хо пришел злой, как черт. Трудно сказать, на кого он злился больше: на Хана или на себя.

На крохотном пятачке, отведенном под трамвайную остановку, вокруг Ли образовалось метра полтора свободного пространства. Догадайтесь, почему. Пха, маньяки отдыхают. Когда альфа вошел в трамвай, он инстинктивно начал принюхиваться, пытаясь отделить от толпы запах вишни. Когда знакомый аромат защекотал нос, Хо вытянул шею.

Джисон стоял всего в двух метрах от него и сонно клевал носом. При особенно сильных толчках транспорта легкие кудряшки подпрыгивали и открывали шею. Если не знать, то вроде шея как шея, но Хо знал, а потому, приглядевшись, заметил темное пятно, замазанное тоналкой, которая не особо походила по тону. Наверно, Джи одолжил у кого-то...

Вдруг Хан резко вскинул голову и уставился прямо на Минхо, будто он почувствовал его взгляд. Поверх чужих голов их глаза встретились, и Ли слегка приподнял бровь, как бы спрашивая: «Ну и как?»

Сон нахмурился и отвернулся. Разговаривать с Хо он точно сегодня не намерен. Он что-то типа... обиделся? Наверное, в последний раз он обижался еще в детстве.

Спустя минут 25 трамвай остановился на остановке, где надо было пересаживаться. Хан вышел и сел на лавочку, что стояла у остановки. Рассматривал свои шнурки на ботинках. Руки. Ногти. Рассматривал все, только чтобы игнорировать Минхо, который все ближе и ближе подходил к нему.

- Джисон? - приветствие? Пф, оно для слабаков. Но Хан промолчал. Ха, так значит? - Барашек, только не говори, что обиделся. Ты сам в этом виноват.

Хан проигнорировал, все также не поднимая взгляда. Он почувствовал, как пот проступил на шее и на лбу. Сон протянул руку и потер шею, а потом посмотрел на неё. Черт, на руке осталась тоналка. Ладно хоть волосы закрывают это недоразумение.

Етит твою, вот опять он играет в гордого! Может, Минхо надумал извиниться, а он тут игнорит... Хотя, если по чесноку, извиняться альфе не сильно хотелось.

Ещё более злой, чем был с утра, Хо ушёл на другой конец остановки. Скоро пришёл нужный трамвай, и макушка Джисона скрылась в толпе.

С остановки они шли по отдельности. Хан впереди, с гордо поднятой головой, и Ли позади, прожигая в его спине дырку. Когда оба уселись за парту, Минхо не удержался от едкого замечания:

- Ну как там погодка наверху? Нос не заморозил?

Джисон снова промолчал, испытывая терпение Хо. Делая вид, что он увлечённо слушает учителя, он записывает конспект в тетрадь, на полях которой были всякие мелкие рисунки. По-моему, там даже виднелся сам Минхо.

Внезапно ручка закончилась. Сон цыкнул и полез в пенал, откуда достал карандаш. Запасных чернил у него не было, поэтому пришлось писать карандашом, дабы делать вид, что он все ещё заинтересован...

Хо, который всё это время насмешливо следил за «старанием» Джисона, пытаясь не засмеяться, протянул ему ручку.

- На, горе-художник.

Омега замялся. Он же вроде как обижается на него? Ручку бы по-хорошему бы правда надо взять, ведь он собирался детализировать мелкие эскизы на полях... Поэтому, переборов свою гордость, Сон все таки взял ручку, пальцами едва касаясь ладони Хо.

Спустя 10 минут было все дорисовано. Смысла держать ручку Минхо у себя в пенале больше не было, из-за чего младший вернул предмет Мину, положив её прямо на тетрадь. Откинувшись на спинку стула и потянувшись, Хан стал опять качаться на стуле. Хах, интересно, в этот раз он упадёт?

Вскоре урок закончился. Слава богу, обошлось без падений. Только краем глаза он заметил, что Хо иногда кидал на него взгляд. Не сказать, что тревожный, но вопрос в голове крутился: он что, переживает?

В коридоре было душно. Джи как можно быстрее желал дойти до класса обратно. На перемене по расписанию была столовая, а омеге уж очень захотелось попить колы. А автоматы стояли только у столовой, так что пришлось спускать на 1 этаж и вновь драться с малолетними школьниками.

В кабинете тихо. Большинство одноклассников ушли куда-то. Остались лишь какой-то парень, вроде Феликсом зовут, и Минхо. Он сидел за партой, чуть опустив голову вниз, видимо, зависал в телефоне. Пройдя к стулу, Сон открыл металлическую баночку с характерным звуком, а после отпил. Сразу аж хорошо стало. Хах, странная реакция на напиток.

Интересно, конечно, что Хан любит колу, а Хо — вишню, но альфу этот вопрос тогда мало волновал. Он лишь раздражённо покосился на Джисона и снова уткнулся в телефон. Впрочем, что ему ещё было делать?...