Маршрут №22

Боже, кто-нибудь объяснит, почему в трамвае пиздец пахнет вишней? В сентябре?! Ещё и этот барашек скулит под боком, на месте ему не сидится...

Вишня... Она была везде. Весь салон трамвая начал поворачиваться в его сторону, а альфы смотрели так, будто готовы сожрать заживо... Что? Минхо втянул носом воздух. Аромат щекотал нос и заполнял лёгкие, но самое необычное это то, что он бил в мозг. Как алкоголь.

Блять. Обычно же быстро соображает. Согнутый пополам Хан Джисон и убойный запах вишни. Элементарно, Ватсон. Хо тяжело вздохнул. Пропитанный густым запахом воздух растекся по грудной клетке и с новой силой ударил в мозг. Твою мать.

Как назло, Джисон рядом ещё сильнее заёрзал.

Раздался звонкий сигнал трамвая. Понимая, что сейчас будет, Минхо инстинктивно схватился за поручень. Через полсекунды трамвай с громким скрежетом затормозил, и все люди посыпались друг на друга, увлекаемые инерцией.

Джисон, который в силу личных обстоятельств не смог ни за что уцепиться для устойчивости своей пятой точки, с писком полетел прямо на Минхо. Тот автоматически схватил его одной рукой за запястье, а другой придержал за плечо.

Из кабины доносилась неприглушенная ругань водителя и сигнал чуть было не превратившейся в груду металлолома неосторожной машины.

Пассажиры тихо матерились и становились прямо, одергивая смятую одежду. Хо резко отпустил Хана, усаживая его прямо, и сам сел, максимально развернувшись в противоположную сторону.

Когда течный Джисон прижался к нему, мозг включил внутреннюю сирену и отдал сигнал в определённые части тела.

Мысленно сматерившись, он краем глаза взглянул на омегу: тот сидел, свернувшись в три погибели. Несмотря ему в лицо, Минхо протянул бутылку воды.

Джисон взглянул на это действие. Хоть он и был сейчас крайне слабым, чтобы спорить, бутылку взял, но одну фразу все же обронил:

— Думаешь, вода чем-то поможет мне?

Взяв бутылку в руки, слегка дрожащими руками открутил крышку и поднес горлышко к губам. Некоторые капли воды стекали по подбородку, после чего текли на тонкую шею.

Закрутив бутылку после пары глотков, омега всучил бутылку в руки альфы.

Лучше Хану, конечно, не сделалось. Парень сел в ту же позу, только взгляд его был направлен в окно. Был самый разгар дня. В трамвае душно. Альфы смотрят голодными взглядами. Бабки недовольно косятся. А Джисон просто сидит. Сидит и думает, как бы дойти ему до дома.

Вашу за ногу, а откуда Минхо знать, что там может помочь при течке?! Блять, он так пьет... ВАШУ ЗА НОГУ.

- Ты далеко живёшь?

— Зачем интересуешься? — Джи скосил взгляд. — Сам дойду, если что.

Даже во время течки характер парня проявлялся. Да и еще хлеще, чем в обычном состоянии.

Издав еще что-то между болезненным стоном и шипением, Джисон достал телефон, не в желании разговаривать с Минхо. И так херово.

- Как знаешь. Расскажи завтра, сколько раз покусились на твою задницу.

— Сам разберусь. И вообще, завтра я в школе не появлюсь, дурень, — даже не повернув голову в сторону одноклассника, проговорил Сон.

- Как знаешь, - повторил Минхо.

Голова горела. Он, блядь, доброе дело почти совершил, а этот из себя гордость строит.

Он уже встал со своего места и направился к дверям, когда краем глаза уловил, как какой-то крупный альфа подсаживается к Джисону.

Так, а вот это уже интересно. Минхо застыл, наблюдая, что же произойдёт. Впрочем, он был готов кинуться на помощь. Хотя сам бы себе в этом не признался.

Тот альфа завел нежеланный разговор для Джисона. Но пришлось терпеть. А когда он начал лапать его, то, собрав все свои оставшиеся силы, омега влепил ему по морде, причем нехило так. Кстати, Джисону крупно повезло. Следующая остановка была его. Стоп, а почему тогда Минхо все еще здесь? Он ведь живет на остановку ближе. Странно...

Выйдя из душного трамвая, тот вдохнул свежий воздух. Сон медленно пошел к дому, а когда силы окончательно иссякли, то оперся плечом на какое-то первое попавшееся дерево.

Минхо и сам не знал, почему остался. Просто вот надо было поступить так. Так было правильно.

Он невидимой тенью следовал с Джисоном до его дома, и когда тот зашел в подъезд, развернулся и медленно побрел обратно. Садиться на трамвай не было смысла, идти-то всего одну остановку.

Сам себя он уговаривал, что это все равно что помочь бабушке с пакетами. Но слишком четко осознавал, что это самообман.