Озвучивание не поддерживается в этом браузере
Глава 31
Арсений ещё раз вздохнул, будто сбрасывая с плеч липкий шлейф чужого смеха, и пошёл в столовую. Там пахло тёплым молоком, корицей и чем-то привычно-домашним — и от этого сразу становилось чуть легче.
Он сел за дальний столик, у самого окна, где солнечные полосы ложились на клеёнку, и взял тарелку. Манная каша с комочками — его любимая. Кто-то морщился, говорил, что комочки — это провал повара, а
Арсений как раз их и любил: они были плотными, тёплыми, будто маленькими островками уюта посреди обычного дня. Он зачерпнул ложку, подул, чтобы не обжечься, и отправил её в рот.
Комочек мягко расслоился на языке, сладкий, чуть вязкий, и Арсений наконец выдохнул по-настоящему — не тот короткий, напряжённый выдох, а такой, когда внутри что-то отпускает. Он опустил плечи, придвинул к себе стакан с какао и на секунду просто замер, прислушиваясь к тишине за своим столом. Здесь никто не смеялся над ним. Здесь была просто каша, тепло и свет из окна.
И тут рядом скрипнул стул. Арсений чуть вздрогнул, но тут же расслабился — это был Антон. Он плюхнулся напротив, шумно выдохнул, будто только что пробежал полкоридора, и тут же потянулся к ложке Арсения.
— Эй, не трогай, — тихо, но твёрдо сказал Арсений, прикрывая тарелку рукой.
Антон ухмыльнулся, но руку отдёрнул.
— Да ладно тебе, я просто посмотреть хотел. У тебя там комочки идеальные, я по ним скучаю. Мне вечно какую-то однородную жижу дают, будто специально всё перетирают.
Арсений фыркнул, но в глазах мелькнула улыбка. Он пододвинул к Антону стакан с какао.
— На, лучше это. А кашу я не отдам.
Антон взял стакан, сделал глоток, зажмурился от удовольствия и выдохнул:
— Вот это да. Сразу жить хочется. Рассказывай, что там было? Эти подростки опять что-то устроили?
Арсений помешал кашу ложкой, будто разгоняя мысли, и пожал плечами:
— Да ничего особенного. Просто бежали, смеялись… неважно. Главное, что теперь тут. И каша есть.
Антон кивнул, серьёзно, без насмешки, будто это и правда самое важное в мире — чтобы у друга была его любимая каша.
— Ну вот и отлично. Значит, день уже не зря прошёл. Хочешь, я тебе про то, как в детстве пытался манку в формочки для кексов залить, расскажу? Получилось что-то среднее между камнем и облаком.
Арсений тихо рассмеялся, и этот смех был совсем не похож на тот, что звенел в коридоре. Он был тёплый, свой, и будто сам по себе стёр остатки неприятного чувства.
Комментарии