Между прошлым и нами

وَالَّذِينَ جَاهَدُوا فِينَا لَنَهْدِيَنَّهُمْ سُبُلَنَا ۚ وَإِنَّ اللَّهَ لَمَعَ الْمُحْسِنِينَ

«А тех, которые усердствуют ради Нас, Мы непременно поведём Нашими путями. Поистине, Аллах - с творящими добро.»
(Сура «Аль-Анкабут», аят 69)
----------------------------------------------

Прошло уже почти две недели.

Жизнь постепенно снова вошла в привычное русло.

Школа.
Подготовка к экзаменам.
Уроки.
Дом.
Малика.
Али.

Редкие прогулки после занятий с горячим стаканчиком кофе в руках.
Всё стало таким же, каким было раньше.

Словно тех двух дней вовсе не существовало.
Но для меня они остались чем-то особенным.
Те два дня...
Два коротких дня, наполненных смехом, шумом, запахом домашней пиццы, мукой по всей кухне, глупыми шутками Хасана, вечными перепалками с Юсуфом и каким-то необъяснимым теплом.
Они стали лучиками солнца среди бесконечной грозы моей жизни.
Я до сих пор иногда улыбалась, вспоминая, как со всей силы ударила Юсуфа битой по голове...
И сразу же мысленно просила у Аллаха прощения за эту мысль.
Альхамдулиллях...
За эти воспоминания.
За то, что они появились в моей жизни.

С Юсуфом мы иногда переписывались.
Ничего особенного.
Он почти каждый день спрашивал:
"Как ты себя чувствуешь, diken?"
А я неизменно отвечала:
"Альхамдулиллях, всё хорошо."
Хотя мы оба понимали...
Что это далеко не так.
За эти две недели мы виделись всего один раз.
И то случайно.
У него началась сессия в университете.
У меня - подготовка к итоговым экзаменам.
Каждый был погружён в свои заботы.
Но почему-то...
Стоило телефону завибрировать и увидеть его имя, как на душе становилось немного спокойнее.
Будто кто-то незаметно спрашивал:
"Ты ещё держишься?"
...
Самочувствие почти не менялось.
Головные боли никуда не исчезли.
Перед глазами всё так же темнело.

Иногда шум в ушах становился настолько сильным, что хотелось закрыть их ладонями и просто исчезнуть.

Недавно мы снова были у врача.

Осмотр.

Анализы.

Те же вопросы.

Те же таблетки.

Тот же ответ.

- Изменений пока нет. Продолжайте лечение.
Вот и всё.
Иногда мне казалось, что эти слова я уже выучила наизусть.
Но...
Ин ша Аллах...
Когда-нибудь всё закончится.
Я очень хотела в это верить.
Сегодня была суббота.
Последний день марта.
Измир уже полностью проснулся после зимы.
Солнце стало ярче.
Воздух - теплее.
Весна постепенно переходила в настоящее лето.

А сегодня вечером тётя Амира снова собирала всех на семейный ужин.
Такие вечера она устраивала довольно часто.
И, честно говоря...
Мне они нравились.
Несмотря на шум.
Несмотря на большое количество людей.
Там всегда было уютно.

После утреннего намаза, домашних дел и лекарств я поднялась в свою комнату собираться.

Открыла шкаф.
Немного подумав, достала широкие серо-голубые джинсы, лёгкую бежевую кофту и свой любимый коричневый шарф-хиджаб.
Перед зеркалом я задержалась чуть дольше обычного.
Лицо снова было слишком бледным.
Под глазами лежали знакомые тёмные круги.
Я тяжело вздохнула.
- Ну что ж...
Попробуем хотя бы немного их скрыть.
Несколько движений консилером.
Лёгкая тушь.
Коричневый карандаш.
Немного блеска для губ.
Никакого яркого макияжа.
Я никогда его не любила.
Просто хотелось выглядеть чуть живее.
Надев боне, я аккуратно уложила шарф.
Полностью закрыла шею.
Расправила складки.
В последний раз посмотрела на своё отражение.
- Сойдёт...
Я взяла телефон, небольшую сумочку, выключила свет и спустилась вниз.

У входной двери уже стояли Малика со своей мамой.
Они раскладывали сладости и домашнюю выпечку, которые собирались взять с собой.
- Адия!
Малика сразу подошла ко мне и крепко обняла.
- Ты сегодня такая красивая!
Я невольно улыбнулась.
- Спасибо...
Ты тоже.
- А ещё...
Она хитро улыбнулась и достала из пакета бумажный стаканчик.
- Держи.
Твоё любимое кофе.
Я удивлённо посмотрела на неё.
- Ты серьёзно?
- Конечно.
Я же знаю, что без него ты сегодня не выживешь.
Я тихо рассмеялась.
- Спасибо...
Правда.
- Не благодари.
Она гордо подняла подбородок.
- Я лучшая подруга.
- Кто бы спорил...

В этот момент из кухни вышла мама.
- Ну что, девочки?
Все готовы?
- Да!
- Тогда идём.
Во дворе уже ждал папа.
Мы быстро разместились в машине.
Я села у окна.
Любила смотреть на вечерний Измир.
Мимо проносились улицы, магазины, люди, шумные кафе...
Город жил своей жизнью.
Из-за пробок дорога заняла почти сорок минут.
Когда мы наконец подъехали к дому тёти Амиры, солнце уже почти полностью скрылось за горизонтом.
На улице постепенно сгущались сумерки.
Дом светился тёплыми жёлтыми окнами.
Как всегда...
Уютно.
Стоило нам войти внутрь, как тётя Амира сразу распахнула объятия.
- Мои девочки!
Ну наконец-то!
Она по очереди обняла каждую из нас.
- Адия...
Ты с каждым разом становишься всё красивее, машаллах.
Я смущённо опустила глаза.
- Спасибо...
- Проходите скорее.
Все уже собрались.
Мы сняли обувь и вошли в большую гостиную.
Посреди комнаты стоял длинный праздничный стол.
Он буквально ломился от угощений.
Домашняя долма.
Плов.
Запечённое мясо.
Разнообразные салаты.
Свежая выпечка.
Фрукты.
Сладости.
Запахи смешивались так, что желудок невольно напоминал о себе.
И тут...
- ООО! Девочки пришли!
Раздался знакомый голос.
Я подняла голову.
Конечно.
Хасан.
Он уже сидел за столом рядом с Юсуфом.
Юсуф сразу поднялся на ноги.
На его лице появилась та самая спокойная улыбка.
- Ассаляму алейкум, diken.
- Ва алейкум ассалям...
Он подошёл ближе.
И неожиданно молча отодвинул для меня стул.
Я удивлённо посмотрела на него.
Потом усмехнулась.
- Юсуф...
Когда это ты успел стать таким джентльменом?
Он театрально приложил руку к груди.
- Ради тебя стараюсь.
- Ой, ладно тебе...
Я закатила глаза.
- Не переигрывай.
Он тихо рассмеялся.
- Даже не собирался.
Мы сели за стол.
И этот вечер только начинался...

За столом было шумно.
Именно по-доброму шумно.
Тётя Амира рассказывала какую-то смешную историю из детства мамы, взрослые смеялись, папы обсуждали работу, Малика постоянно перебивала Хасана, а тот, как обычно, делал вид, что смертельно обижен.
Я сидела рядом с Юсуфом.
Наверное, впервые за долгое время мне было настолько спокойно.
Я поймала себя на мысли, что уже давно не ощущала такого домашнего уюта.
Будто всё было именно так, как должно быть.
Словно так было всегда.

- Ну что, дети? - улыбнулась тётя Амира, разливая чай. - Рассказывайте, как каникулы прошли?
- Альхамдулиллях, хорошо, - ответила я.
- Хорошо? - усмехнулась она, посмотрев сначала на меня, потом на Юсуфа. - Настолько хорошо, что одному кое-кто шишку на лбу оставил?
За столом воцарилась секунда тишины.
Я моментально почувствовала, как начинают гореть щёки.
- Тётя...
- Ну что? Разве неправда?
Я опустила голову, тихо смеясь.
- Я же думала, что это вор...
- Самооборона, - добавила я уже громче. - Между прочим, законная.
Юсуф сделал очень серьёзное лицо.
- Честно говоря...
Он задумчиво потер подбородок.
- Самооборона у тебя действительно профессиональная.
Я подняла на него взгляд.
- Издеваешься?
- Нет.
Он улыбнулся.
- Просто теперь знаю...
Если когда-нибудь решу неожиданно зайти к тебе домой...
Лучше сначала предупредить.
За столом снова раздался дружный смех.
- А то опять битой получишь! - добавил Хасан.
- Спасибо за поддержку, брат, - тяжело вздохнул Юсуф.
- Всегда пожалуйста.
- Предатель.
- Зато живой.
- Почти.
Все снова засмеялись.
Я тоже.
Настолько искренне, что даже сама удивилась.
Юсуф посмотрел на меня.
Совсем незаметно.
И тоже улыбнулся.
Наверное...
Ради этой улыбки он сейчас был готов терпеть любые шутки.

Вечер продолжался.
Все ели.
Разговаривали.
Смеялись.
Малика уже спорила с Хасаном о том, какая пицца вкуснее.
- С грибами!
- Без грибов!
- С грибами!
- Без!
- Хасан!
- Что?
- Ты ничего не понимаешь.
- Конечно.
Я же мужчина.
Мне лишь бы поесть.
- Видите? - победно сказала Малика, обращаясь ко всем. - Он сам признался.
- Я вообще-то не это имел в виду...
- Уже поздно.
Все снова рассмеялись.
Я смотрела на них.
И чувствовала странное тепло.
Настоящее.
Такое...
Домашнее.

Но прошло ещё минут двадцать.
И постепенно...
Я начала понимать.
Что становится плохо.
Сначала появился едва заметный звон в ушах.
Потом голоса вокруг стали казаться слишком громкими.
Будто кто-то выкрутил звук до предела.
Я моргнула.
Свет люстры неожиданно стал слишком ярким.
Резким.
Даже болезненным.
Перед глазами начали плавать светлые пятна.
Нет...
Только не сейчас.
Пожалуйста...
Только не здесь.
Я незаметно сжала край своей кофты.
Сделала глубокий вдох.
Не помогло.
Сердце стало биться быстрее.
Каждый звук словно бил прямо по голове.
Я понимала...
Если останусь ещё хотя бы минуту...
Мне станет совсем плохо.
А этого я не хотела.
Не хотела портить всем вечер.
Не хотела снова видеть испуганные лица.
Поэтому медленно поднялась из-за стола.
- Извините...
Я ненадолго выйду...
Подышу свежим воздухом...
Скоро вернусь.
Я постаралась улыбнуться.
Но сама почувствовала...
Улыбка получилась слишком натянутой.
- Всё хорошо, гызым? - обеспокоенно спросила мама.
- Да...
Просто немного душно.
- Хорошо.
Только далеко не уходи.
- Конечно.
Я быстро вышла из комнаты.
Потом из дома.
Закрыла за собой дверь.
И только оказавшись на улице...
Позволила себе тяжело выдохнуть.
Холодный вечерний воздух коснулся лица.
Но легче не стало.
Совсем.
Я сделала ещё несколько шагов.
Опёрлась рукой о стену дома.
Всё вокруг продолжало кружиться.
«Только не падай...»
«Только не сейчас...»
Я медленно сползла вниз по стене и села на корточки.
Голова раскалывалась.
Каждый вдох давался с трудом.
Воздуха будто становилось всё меньше.
Я закрыла глаза.
Пытаясь заставить себя дышать ровно.
Но паника уже подбиралась всё ближе...
И именно в этот момент...
За моей спиной тихо открылась входная дверь...
Я даже не обернулась.
Не было сил.
Шаги.
Спокойные.
Неторопливые.
Я уже знала, кто это.
- Адия...
Его голос прозвучал совсем рядом.
Спокойный.
Тихий.
Такой, каким он всегда становился, когда обращался ко мне.
Я медленно подняла голову.
Передо мной уже сидел на корточках Юсуф.
Он внимательно смотрел мне в глаза.
Без паники.
Без лишних вопросов.
Будто уже всё понял.
- Diken... ты слышишь меня?
Я едва заметно кивнула.
Перед глазами всё ещё плыло.
Он быстро открутил крышку бутылки воды, которую держал в руках, и осторожно протянул её мне.
- Выпей.
Я дрожащими пальцами взяла бутылку.
Сделала несколько жадных глотков.
Холодная вода немного привела меня в чувство.
- Хорошо...
Теперь вдох...
Он медленно показал рукой.
- И... выдох.
Я послушалась.
- Ещё раз.
Вдох...
Выдох...
- Молодец.
Не спеши.
Я рядом.
Его голос звучал спокойно.
Настолько спокойно, что постепенно моё собственное дыхание начало выравниваться.
Он не торопил меня.
Не задавал десятки вопросов.
Не суетился.
Он просто был рядом.
И почему-то именно этого сейчас было достаточно.
Прошло несколько минут.
Шум в ушах постепенно начал стихать.
Картинка перестала расплываться.
Я медленно подняла глаза.
Он всё ещё сидел напротив.
Не сводя с меня взгляда.
- Лучше? - тихо спросил он.
Я кивнула.
- Да...
Спасибо...
Он лишь улыбнулся уголками губ.
- Не благодари.
Между нами ненадолго повисла тишина.
Такая спокойная...
Что даже ветер казался её частью.
Я всё ещё держала бутылку в руках.
Потом вдруг вспомнила...
- Подожди...
Откуда ты вообще понял, что мне стало плохо?
Он слегка усмехнулся.
Будто этот вопрос показался ему очевидным.
- Потому что я наблюдал за тобой.
Я удивлённо посмотрела на него.
- Когда?
- Всё время.
Он пожал плечами.
- С самого начала вечера.
Я молчала.
- Сначала ты стала реже разговаривать.
Потом перестала улыбаться.
Потом почти перестала есть.
А потом...
Ты начала постоянно смотреть в одну точку.
Я опустила глаза.
Он действительно заметил...
Всё это?
- А когда ты сказала, что хочешь выйти подышать...
Я понял окончательно.
- Почему?
Он посмотрел прямо мне в глаза.
- Потому что ты улыбнулась.
Я удивлённо нахмурилась.
- И?
- Потому что эта улыбка была ненастоящей.
...
У меня перехватило дыхание.
- Ты улыбалась только губами.
Но не глазами.
А твои глаза...
Они давно научились говорить раньше тебя.
Я смотрела на него молча.
Не зная, что ответить.
Он...
Правда всё это замечал?
- Ты думаешь, я не вижу?
Он тихо усмехнулся.
- Diken...
Я замечаю гораздо больше, чем ты думаешь.
Когда тебе больно...
Когда ты устаёшь...
Когда пытаешься сделать вид, что всё хорошо...
Когда специально меняешь тему...
Когда отвечаешь своё привычное: «Альхамдулиллях, всё нормально».
Он ненадолго замолчал.
Потом сказал совсем тихо:
- Только...
Я уже знаю...
Когда это неправда.
...
Я почувствовала, как внутри снова становится тяжело.
Не от болезни.
От его слов.
Потому что...
За всё это время...
Никто.
Никто не замечал.
Все верили моей улыбке.
Все принимали мои слова.
Кроме него.
Он видел...
Гораздо глубже.
Я невольно отвела взгляд.
- Прости...
- За что?
- Что заставила тебя переживать.
Он сразу покачал головой.
- Никогда больше так не говори.
Я снова посмотрела на него.
- Слышишь?
Не проси прощения за то, что тебе плохо.
Это не твоя вина.
Не твоя.
Его голос был таким уверенным...
Что у меня защипало глаза.
Он осторожно забрал у меня пустую бутылку.
Поднялся.
Потом протянул мне руку.
- Ну что...
Попробуем встать?
Я посмотрела сначала на его ладонь.
Потом на него.
И впервые за долгое время...
Без страха вложила свою руку в его.
Он аккуратно помог мне подняться.
Не торопя.
Не отпуская сразу.
Будто боялся, что я снова потеряю равновесие.
- Голова ещё кружится?
- Уже меньше.
- Хорошо.
Мы немного постояли молча.
Ветер слегка качал ветви деревьев.
На улице почти совсем стемнело.
И вдруг Юсуф неожиданно спросил:
- Хочешь обратно?
Я посмотрела на светящиеся окна дома.
Оттуда доносился смех.
Разговоры.
Звон посуды.
И почему-то...
Возвращаться совсем не хотелось.
Я медленно покачала головой.
- Нет...
Он улыбнулся.
- Тогда...
Может...
Немного прогуляемся?
Я подняла глаза на вечернее небо.
Свежий воздух действительно становился легче.
И почему-то...
Именно сейчас мне хотелось только одного.
Чтобы этот разговор...
Ещё немного не заканчивался.
- Давай...
- Тогда идём.

И они медленно пошли по тихой вечерней улице...
Не зная, что впереди их ждёт разговор, который изменит всё.