Тень луны. Секреты и союз.

- Где Самира?! - с криком во двор вошла Марьям.

Бегая на каблуках она еле поднялась по лестнице и пропустив приветствие Аббаса мимо ушей указала пальцем на Али.

- Смотри сюда, - отчеканила она настолько злым голосом, что голос охрип, - что ты с ней сделал?! Если с ней хоть что-нибудь случиться, я тебе одного спокойного дня не дам, понял?! Каждый божий день будешь страдать от чувства вины и совести! Я тебя опозорю по всем СМИ! Поверь мне на слово - я покажу тебя им не в лучшем свете!

- Подож...

- Нет. Я. Не буду. Ждать. Кто ты вообще такой, чтобы саму Ханирову на руках поднимать, йа?! Если понадобится, я тебе эти руки сейчас отрублю, понял?!

Марьям стояла против тапчана вне себя и буквально рычала, а тот просто молча сидел опустив взгляд. Аббас даже слова вставить не мог. Попробовал один раз встать на сторону правды, но получил твёрдой сумочкой в грудь, этого хватило, чтобы отступить.

- Что? Совесть грызёт, да?!

- Марьям, что это такое?! Разве подобает девушке так себя вести?

Бабушка пришла. С чаем в руках.

"Опаньки-и, сестра Марьям хорошенько влипла..." - подумал Аббас.

Бабушка,конечно, хорошенько отчитала свою внучку и в конце добавила:
- Вместо того, чтобы так себя вести, ещё не зная ни о чем, зашла бы ты лучше внутрь и проверила, как там твоя сестра.

Марьям круто повернулась назад на цыпочках и со своей силой распахнула дверь, да так, что та грохотом чуть ли не выбила стену.

- О Аллах, дай мне терпения! - поставив чай и пиалки бабушка обратно спустилась на кухню.

Аббаса позвал Халид, так что он нехотя спустился в нижний дом. На самом деле, нижний дом был двухэтажным и самым большим по размеру, но из-за того, что он находился на одном уровне с садом, а три верхних дома были построены на одном уровне с тапчанами (под которыми простиралась дорожка), принято было называть его "нижним".

Пользуясь моментом, Али набрал Амира.

- Алло?

- Алло? Ваше Высочество, как там ваша миссия по спасению принцессы?

- Амир, не испытываю судьбу и дай себе шанс пожить нормально.

- Ну так что там? - выпросился он, было заметно, что его так и щекочет любопытство.

- За ней следит бабушка Айсима. И ещё, все мужчины здесь, дома, не в ресторане. Так что возьми документ и бегом сюда.

- Ноги в руки и бегу!

- И побыстрее, - кинул Али уже одновременно с гудком выключения звонка.

Тем временем Марьям зашла к Самире и раздумывала, что же теперь будет с репутацией сестры? Увидел ли кто-то, как какой-то парень несёт её на руках, да ещё и без сознания? Дядя Халид почувствовал себя виноватым, или же наоборот хочет отругать свою дочь, за то, что та не осталась дома? И что вообще творится с этими взрослыми?

Пока она задавала себе мысленно кучу похожих вопросов, Самира медленно открыла глаза.

Оглянулась. И схватилась за голову.

- Моя голова... - заныла она, - раскалывается...
________

С первого лица*

Я медленно открыла глаза. Рядом сидела Марьям, опираясь локтями о колени и подпирая подбородок ладонью. На мне был накрыт зеленый пушистый плед. Не смотря на то, что сейчас лето, дома было совсем не жарко из-за того, что дом был постороен из глины.

"Как я оказалась дома?"

"А папа знает, что я упала в обморок?"

"Бабушка, наверное, сильно волновалась..."

- ТЫ ПРОСНУУЛАСЬ! - она крепко обняла меня, что чуть не задушила, - ДУРА, ТЫ ВООБЩЕ ЗНАЕШЬ, СКОЛЬКО ПРОЛЕЖАЛА?!

- А сколько? - тихо спросила я.

- ЦЕЛЫЙ ЧАС! Ты вообще понимаешь, как я волновалась? О Аллах...

- А кто меня домой привёз? - мой голос был тихим, медленным, словно я проспала десять и часов и разговаривать совсем не хотелось.

- Парень какой-то.

- А?! Парень?! - после короткой паузы я продолжила, - И... Каким, боюсь спросить образом... Он меня меня привёз?...

Марьям тихо хмыкнула, и на её лице медленно поплыла тихая улыбка.

- Как как, на руках конечно...

Я от стыда закрыла лицо руками.

О Аллах...

На руках...

Меня...

Да ещё если папа об этом знает...

- И... Сколько человек знают об этом?

- Все, кроме наших мам. Да и то, думаю дядя Халид в ярости уже позвонил тёте Мунире.

Я досадно откинулась на кровать и перевернулась другим боком спиной к сестре.

- Иииийййй, Йа Робб, ну за что мне такая участь? И как я теперь папе в лицо смотреть будуууу?

- А ещё, этот парень сидит на тапчане, у нас во дворе, - добавила Марьям с таким же равнодушием, будто сообщала, что сейчас сидит передо мной.

- Чего?! - я обратно резко села, отчего моментально закружилась голова и в глазах немного потемнело.

- На тапчане сидит, говорю.

- Я сейчас плакать будуууу...

- Не советую, лучше посиди, приди в себя. Я пойду и заварю тебе малиновый чай с лимоном.

Она встала и вышла в прихожую.

Дверь щелчком открылась, но не пройдя и секунды резко захлопнулась. Марьям вернулась обратно.

- Что случилось?

- Я совсем забыла, что у нас в гостях жених. Открываю дверь, а он там напротив прямо сидит, на меня смотрит.

- Какой ещё жених?

- Ну, тот, который тебя привёз.

- Марьям!

Одновременно с моим восклицанием в неё полетела подушка.

- Ай! Что я такого сказала?

- Нет, ничего такого вы не говорили, госпожа, - спокойно ответила я.

Тем временем во дворе послышались голоса.

Я аккуратно встала на ноги и направилась к окну в прихожей. Было, конечно, любопытно, кто пришёл, и что вообще творится дома. Да и лежать и волноваться, что теперь будет дальше было тоже скучно. За моим примером последовала и подруга.

Картина, виднеющаяся через окно и полупрозрачные шторы была такова:
Со стороны ворот пришёл высокий парень с темно-коричневыми волосами, мягкие черты лица и круглые глаза. Он был одет в голубую рубашку, заправленную в синие брюки. На руках блестели серые часы, и держал он какую-то черную папку.

- Черная папка используется для важных договоров... - задумчиво потянула я.

- Какой красивый!

- Марьям! Я о чем, ты о чем! Вообще не умеешь быть серьёзной.

С дорожки, простирающейся под тачанами вышел дядя Мурат и отец. С таким серьезным видом, будто готовились к встрече с президентом.

Они начали вежливо здороваться с пришетшим новоиспеченным гостем. Но не так близко. Было заметно, что это формальности лишь из вежливости. Или же только я это заметила...

- Серьезные такие... - подала голос Мари.

- Угу.

Мы резко отстранилась от окна. Мужчины начали подниматься по лестнице и вполне могли заметить нас, если кто-то из них хоть чуть-чуть повернет голову.

Только сейчас переведя взгляд на тапчан, я заметила там ещё одного парня. Он был в белоснежной рубашке, черных брюках. На левой руке важным образом были одеты чёрные классические часы. Резкие черты лица, чёрные волосы и стеклянный взгляд то ли ореховых, то ли голубых глаз.

Если бы я была, например, как Аделя, или же Марьям, я бы воскликнула: "Какой красавчик!".
Но увы, (или же к большому счастью) благодаря иману и из-за учёбы я совсем потеряла интерес к парням.

"Если предписан какой-нибудь парень моим мужем, то он по воле Аллаха сам придёт. Зачем мне забивать голову ненужным мыслями."

После этой мысли я и сделала такие выводы.

Все уже уселись за столом на тапчане.

Голоса до нас доносились отрывисто и глухо, так что даже слово разобрать невозможно.

Ну хотя-бы окно расположено так, что можно за ними " шпионить".

- Вон, видишь, который в белой рубашке сидит - это он тебя на РУКАХ привёз, - шепнула сестра.

- Марьям, не напоминай! Только представлю, как по коже мурашки бегут.
________

В это время на тапчане*

- Aslida, biz, Sherzod bilan qaychi quda bulmoqchi edik. Lekin... Abbos hali yosh bulganligidan, Hanorovlar sizlarga ikta qizini beradi, - самым серьёзным голосом заявил Халид, - ular sizlarga omonat. Hayotinglatdan ham avzal saqlanglar.

Перевод*
"На самом деле, мы с Шерзотом хотели стать двухсторонними сватами. Но... Так как Аббас ещё молод, решили, что Ханировы отдадут вам двух дочерей. Вы должны беречь их больше своей жизни."

После этих слов оба стали невыносимо ответственными и серьезными. Даже Амир, который еле сдерживал смех от курьезности и двуличности взрослых.

С этого момента жизнь парней брала резкий поворот. Теперь каждая секунда была наполнена некой атмосферой взрослости. После этих слов Халида, они теперь не юноши,не холостяки. Они теперь такие же взрослые как и их родители.

От этой мысли плакать можно было. Всю жизнь они пытались не быть такими занудными, скучными и вечно серьёзными как их родители. А Амир даже планировал влюбиться... Но не получится. За них уже все решили, и обьявили только тогда, когда все решено и готово.