Кофе без камер. (Frame Tamer/Кокошка)

Всё началось с общего проекта. «Хазяева»–амбициозное стримерское объединение, которое должно было стать новым словом в развлекательном контенте. Frame Tamer видел себя его архитектором, человеком, который задаёт тон и правила. Он был «психологом-самоучкой», привыкшим анализировать и управлять, и роль Кокошки как вечного «второго плана» казалась ему естественной и незначительной.

Рабочие отношения были просто адом. Каждая встреча, каждая планерка превращалась в поле боя. Frame Tamer, чьё детство было омрачено алкоголизмом отца и тяжёлой болезнью матери, не терпел неповиновения. Он выстроил свою жизнь заново из руин, и любая попытка оспорить его авторитет воспринималась им как личное оскорбление. Кокошка, чья юность прошла за кадром, в тени чужих успехов, знал цену каждому слову и ненавидел, когда его идеи приписывали другим.

«Ты опять перебил меня, Кокошка. Твоя идея — это просто копия того, что я предложил пять минут назад, только хуже, — цедил Frame Tamer, сверля Андрея холодным взглядом.

Кокошка, помнивший, как его отец разрушил семью изменой, а сам он годами доказывал свою ценность, лишь усмехался в ответ: «Саш, ты бы иногда слушал, что говорят другие. Твой монопольный контроль на проекте никому не нужен. Ты не царь и не бог, ты просто оператор, который дорвался до микрофона и только лишь».

Их конфликт подогревался слухами. Frame Tamer, который уже многое видел в своей жизни, был уверен, что Кокошка плетёт интриги, настраивая против него остальных в их скваде. Кокошка же, знавший, как легко предают в этом мире, считал, что Александр унижает его на стримах, обсуждая за глаза с другими блогерами. Ненависть была взаимной, острой и всепоглощающей. Это была та самая «острая стадия», о которой позже напишут в фанфиках. Но даже в этой острой стадии, когда каждый обмен репликами напоминал фехтовальный поединок, они не могли отрицать одного: их профессиональная хватка была поразительно схожа. Frame Tamer, въедливый до мозга костей, требовал от каждого участника «Хазяев» безупречного тайминга и смысловой нагрузки в каждом слове. Кокошка, с его годами «закулисной» работы, видел малейшие технические огрехи и логические дыры в сценариях быстрее, чем кто-либо. Ирония заключалась в том, что, будь они союзниками, они стали бы непобедимой командой. Но вместо этого они тратили всю свою энергию на то, чтобы переиграть друг друга.

Их столкновения происходили на каждом шагу. На совместных стримах Frame Tamer намеренно перебивал Кокошку, когда тот пытался вставить важную мысль, а Кокошка в ответ «забывал» передать Саше нужные файлы или «случайно» сбивал настройки камеры перед самым эфиром. «Коллеги» по проекту, а также по совместительству их общие друзья старались держаться подальше, когда эти двое начинали сверлить друг друга взглядами — воздух вокруг них буквально искрил. Между собой поговаривали, что их противостояние скоро развалит все совместные проекты, но каждый из них был слишком упрям, чтобы уступить.

Фрейм Теймер втайне презирал в Андрее ту самую «серость», которую тот так долго взращивал в себе. «Он как хамелеон, – думал Александр, – никогда не знаешь, чего от него ждать, и это бесит». Кокошка же видел в Саше человека, который пытается компенсировать свою внутреннюю неуверенность гипертрофированным контролем. «Он боится, что без его жёсткой руки всё развалится, но сам же и рушит всё своим характером», — усмехался про себя Андрей.

Их ненависть была не просто рабочей — она была личной, почти интимной. Они изучили друг друга досконально: знали, на какие кнопки нажимать, чтобы задеть побольнее, и безошибочно били в самые уязвимые места. Фрейм Теймер упоминал неудачи Кокошки с предыдущими каналами, а Кокошка язвительно намекал на недавний скандал с бывшей девушкой Александра. Каждая такая колкость оставляла кровоточащую рану, но ни один не хотел отступать.

Казалось, этому противостоянию не будет конца, пока однажды вечером, после особенно изматывающего эфира, они не остались в студии вдвоём. Усталость, копившаяся месяцами, взяла своё, и привычные доспехи дали трещину. Именно тогда, когда никто из них не ждал пощады, судьба подкинула им тот самый шанс, который в корне изменит всё. Но это, как говорится, уже совсем другая история...