Темное Рождество. Бог Не Любит Троицу.

Прошло два года со знакомства ребят. Иногда Эмбер была жестокой не только по отношению к себе или противникам на поле боя, но и к соотоварищам не была слишком мягка. Если Блейна и Чейза она еще могла терпеть, то те, кто был слишком болтлив или высокомерен, становились для нее невыносимы.
Когда день приходился слишком тяжелым, а терпение было на исходе, сотоварищи могли как-то неудачно пошутить, что вызывало агрессию у девушки. Тот, кто являлся причиной этой агрессии, становился ее отбивной грушей в тот же момент.
Чейз и Блейн пытались, конечно, оттащить Эмбер или как-то успокоить, но она была неподвластна каким-либо словам.
И только в ту секунду, когда она понимала, что он или она может умереть, она переставала бить человека. Подходила к кнопке, нажимала, чтобы сделать вызов медицинской помощи и либо сама, либо с помощью кого-то из парней передавала, что товарищ как-то неудачно упал или начал в психологическом припадке биться головой об стенку. Если брюнетка сообщала второй вариант, то часто происходило такое, что человека отправляли на утиль. Она понимала, что он никогда не вернется, но в душе было глубоко плевать. Другие сокомандники не говорили ничего об этом руководству:то ли потому что боялись попасть под горячую руку, то ли понимали, что ей это может сойти с рук чисто из-за положения "одного из лучших бойцов".
Чейз и Блейн понимали, что отключка чувств оставляет только две эмоции: агрессия и равнодушие. Потому понимали, что подругу спасти из этого состояния у них не получится. Они просто не знают как. Но кто знает, так это возможно Коргон.
Напарники пытались у него это выведать, но тот упорно молчит, говорит:
- Хотите мне идеальный товар подпортить, щенки? - усмехался он, при этом делая это грозно.
Мужчина понимал, что напарникам брюнетки не нравится ее нынешнее состояние. Она холодная, в какой-то мере чёрствая и безэмоциональная. Ей не интересно ничего, кроме битв, тактик боя, смертей и поставленных задач. Эмбер на данный момент - робот, неспособный на нормальную жизнь подростка. Хоть они и сами не могли иметь эту "нормальную" жизнь, но ее было жаль больше всего.
А Коргон лишь осознавал, что девушка - нужный ресурс, который в таком состоянии можно идеально использовать.
Он, конечно, замечал, что раз в месяц или два месяца из их комнаты уводили одного солдата при наводке этих троих, мол:"Он упал"; "Начал биться в истерическом припадке".
Но закрывал на это глаза:пока никто не смог стать лучше, чем Чейз, Эмбер и Блейн. Мужчина был уверен в них и верил, что те в полном рассудке не станут бить кого-то из сотоварищей.
Это все переменилось в один момент.

***
Сегодня был тяжёлый день. Задание Коргона далось ребятам слишком тяжело. Им пришлось убить целый отряд подготовленных бойцов втроём, так еще и копать огромную яму, чтобы найти нужный им предмет. Это выглядело как квест на выживание. Самое интересное, что предмет, который они должны были найти не факт, что имел какое-то важное значение, не было по просту достоверной информации о его ценности. Они даже не знали, что им нужно было принести Коргону, но в итоге они нашли. Мелкая коробочка, закопанная в землю на глубине трех метров лежала на самом дне и не давала понять солдатам, какую ценность она вообще имеет. Не хотелось бы, чтобы все их усилия не имели смысла, ибо убить целый отряд наемников и рыться в земле в жаркую погоду, да еще и в бронежилете - та еще мука. Но о ее цене было уже не им судить. Они отдали ее начальству и летели на джете обратно в здание агенства, чтобы выдохнуть и смыть с себя этот день. Конечно, полет на самолёте не обошелся без скандалов. Чейз, постоянно замечавший и глубокие, и мелкие ранения Эмбер, устраивал ссоры, потому что та не спешила их обрабатывать. Блейн, наблюдавший за очередной ссорой друзей, просто молчал, понимая, что возникать бессмысленно, ибо ребята были из "одного теста" и просто не услышали бы парня.

Уставшие и потрёпанные ребята зашли в здание агенства и каждый пошел в разные стороны. Эмбер - мед пункт, ей нанесли ранение, не глубое, но обработать его тоже нужно было, Чейз - в спортзал, побить грушу, очередная ссора с брюнеткой не давала ему спокойно существовать, Блейн - в комнату и сразу в душ, полностью измученный и грязный решил сбросить себя тяжесть пережитого дня.
Короткий стук в дверь мед персонала и стало слышно приглушенное:"Входите."
Войдя в просторный, белый кабинет, девушка села на кушетку уже, как постоянный клиент. В воздухе пахло таблетками и хлоркой, которая напоминала о запахе бассейна и химических веществ.
- О, Сетлонд, а я говорила. Давай сотню. - усмехнулась девушка лет 25-ти своей более старшей коллеге. Она часто видела брюнетку и обрабатывала ей раны, в целом героиня была частым гостем мед пункта. Потому медсестры часто ставили ставки придет она к ним в тот или иной день или нет.
- Да емае, Эмбер, ну ты можешь хоть день без ранений? Говорят, что ты один лучших бойцов, а ранения допускаешь. - сказала более взрослая женщина.
- Извините уж, что так получается. - слегка раздражительно сказала вся измученная девушка.
- Ого, видно, сильно устала сегодня. Так еще и грязная вся. Ну давай показывай, что в этот раз. - сказала мед сестра.
Девушка и женщина удивились такому настрою Сетлонд, ибо та в обычное время, даже если уставала могла пошутить, хоть и достаточно саркастично. Они были единственными, с кем она в целом вела себя более человечно, хоть и ее бесчувственной натуре это не присвоено. Они относились к каждому бойцу по доброму, в какой-то степени по матерински что ли, потому Эмбер нравились мед сестры. Ей в детстве часто не хватало материнской любви, да и в целом после смерти отца она перестала считать свою мать человеком. Потому добро этих женщин показывало, что есть еще люди, которые могут проявлять заботу по отношению к ней, хоть это и есть их работа.
Брюнетка лишь показала мелкое ранение на внутренней части правой руки чуть выше локтя.
- У, царапинка, щас залечим. Да и пройдёт быстро, на тебе все, как на собаке заживет. - сказала женщина.
Протерев руку влажными салфетками и в целом продезинфицировав, мед сестры начали обрабатывать ранение. Ранение нельзя было закрыть обычным пластырем, поэтому заклеили лечебным скотчем.
- Все, иди, красавица, отдыхай, как следует! - сказала девушка.
- Спасибо - все также устало произнесла Эмбер и вышла из кабинета.
Брюнетка зашла в комнату. Еще никого не было, только Блейн мылся в мужской душевой, потому она решила сделать то же и зашла в женскую душевую. Ей было повезло, девушек было намного меньше в агентстве и в их комнате их было всего две:Эмбер и Кристал - избалованная девчонка, положение семьи которой рухнуло из-за кражи чужого бизнеса, рыжая, кареглазая, веснушчатая, высокая и стройная, как модель. Она совсем недавно появилась здесь, но жутко раздражала.
Горячий душ начал скатываться крупными каплями по телу девушки. По нему можно было сказать многое: девушка с тяжелой судьбой и препятствиями на пути. Шрамы после боев и ранений, небольшие царапины, проявляющие знаки селфхарма, не сильно заметные, потому легко было понять, что достаточно старые. Душ подарил хоть какое-то расслабление, но мысли никуда не уходили.
«Когда уже все закончится?»; «Я просто хочу к Карэн»
Эмбер скучала по сестре, по дому, но ей не было известно, когда закончится ее контракт, и когда она сможет вернуться. Больше всего ей хотелось навестить могилу отца. Она так и не смогла ее посетить. Мать не подпустила, а позже и не смогла, из за того что уехала. Последний шанс что-то чувствовать и ощущать - сестра и разговор с отцом, хоть это и будет ее, возможно, молчаливый монолог.
Плечи девушки размякли, она сбросила стресс, накопившийся за день, но оставался осадок, который не давал ей спокойно существовать.
Девушка вышла из душа, когда все сотоварищи находились в комнате. Они что-то бурно обсуждали, скорее всего их миссию, которую они выполняли сегодня. Брюнетке это было не особо интересно, она просто села на свою кровать и смотрела вниз в одну точку, осмысляя произошедшее за день. Она часто витала в облаках, никому это не было понятно, но другие и не пытались узнать. Слишком уж сторонились. Чейз и Блейн же просто принимали данную странность подруги, как обычное явление, когда человек сильно устал.
Чейз стоял у своей двухэтажной кровати, облокотившись о перила. Уже чистый и более спокойный, мягкий, во взгляде с небольшой виной. Он подошел к ней и легонько протянул тот же скотч, которым ей заклевали ранение медсестры. Это был знак извинения в сторону девушки. Чейз мало когда умел извиняться, потому вместо слов просто показывал своими поступками, что ему жаль. Эмбер посмотрела на скотч в его руках и взяла, посмотрела на парня и кивнула. Это уже был признак примирения. Девушка же всегда была немногословна, а в ситуациях с извинениями она точно также была слаба, как и Чейз. После этого она продолжила смотреть в пустоту, а парень сел на кровать.
Блейн сидел на кровати и смотрел на подругу, полностью понимая ее состояние. Их компания отличалась от других молчаливым пониманием друг друга, им не нужно было как-то выпендриваться перед друг другом, что они сделали то или другое, они знали, что каждый вложил значимую частичку себя в каждое задание, ведь они дополняли друг друга и были командой.
Бурные обсуждения миссии подошли у других сотоварищей по комнате к концу, и те начали обсуждать причины, по которым они оказались здесь.
- Кристал, а ты здесь почему? Как мы, чтобы помочь семье с деньгами или как наши богатенькие? - сказал какой-то парень, брезгливо кинув взгляд на Чейза и Эмбер.
Кристал обернулась на сильнейшую троицу и высокомерно усмехнулась:
- Нет конечно, я здесь, чтобы помочь своей семье. Я же не без отцовская дурочка, которой от скуки тут побывать захотелось. - голос омерзительным эхом пронесся в ушах Эмбер.
По комнате сразу побежал шепот.
- В каком смысле без отцовская? - спросил Кейл.
- А вы не знаете? У нашей принцессы папаша мертв. Говорят, он был еще тем алкашом, пропал на 4 года что ли и нашли его размякший труп у берега озера, в каких-то дебрях. - сказала рыжая.
Последние слова стали отправной точкой невозврата.
Гулким эхом раздавалась в ушах последняя фраза рыжей. Злоба наполнила брюнетку, она сжала кулаки настолько, что кровь мелкими каплями потекла из ее руки, что заметил Блейн и во взгляде прочиталось беспокойство за подругу. Ее глаза потемнели, скулы напряглись, зубы заскрипели от ярости. Она медленно встала и собиралась подойти к обидчице, но Блейн попытался ее остановить:
- Эмб, не надо, прошу, не слушай ее, она несчастная истеричка. - после этих слов парня, компания, обсуждавших девушку, обернулись на них. Все сразу поняли. Кристал не сдобровать.
Ребята, окружавшие рыжую, резко отошли в сторону, на что она посмотрела недоумевая.
Чейз тоже понял, что что-то не так и подошел к подруге, бережно взяв ее за кисть руки.
Стерва не понимала всей ситуации и потому снова усмехнулась:
- Вы что, верите в то, что она мне что-то сделает?
Возможно, Эмбер бы и послушалась друзей, но последняя фраза Кристал дала ей полную решимость и желание убить девушку.
Сетлонд резко отпихнула от себя парней и направлялась в сторону рыжей. Та самодовольно улыбалась и смотрела в разные стороны, пока не увидела взгляд девушки.
Эмбер взяла ее за голову и ударила об железные прутья одной из двухэтажных кроватей. После этого она вдарила ей коленом в живот, противница заревела от боли и свалилась на пол. Удар по голове был достаточно сильным, чтобы из нее пошла кровь.
- Про отца моего говоришь? - спросила холодным и яростным голосом одновременно брюнетка. - А что насчет своей семейки мошенников скажешь? - продолжала бить ее девушка.
Эмбер била ей по ногам со всей своей силой, которая у нее имелась, а ее было достаточно, чтобы сделать человека инвалидом. В какой-то момент она подумала, что этого не достаточно и потому, взяв ножик из левого кармана своих штанов, она стала разрезать ткань на одежде Кристал. А после этого на ногах и теле вырезать слова:
«семейка мошенников»
«воришки»
«мразь»
Рыжая орала со всей боли, она плакала и пыталась брыкаться, но после ударов по ногам она их совсем не чувствовала.
Первые минуты все смотрели на это с большим удивлением и шоком. Эмбер никогда так сильно не злилась. Она никогда не переходила рамки, если убирала кого-то, то не своими руками, а тут.. Чейз и Блейн хотели что-либо сделать, но оба оцепенели от такого зрелища, их подруга всегда знала меру, но сейчас она будто с цепи сорвалась.
В брюнетке будто проснулась кровожадность, которую никто никогда не замечал. Она отыгрывалась на теле рыжей, как только могла. Теперь все понимали, что нельзя говорить про ее семью в целом ничего такого. Иначе с ними будет то же самое, что и с Кристал.
Вдруг Эмбер подняла с пола девушку и начала бить ее лицом об угол стены. Кровь все больше сочилась из лица ранее красивой и молодой девушки. Злость и ненависть к этому человеку проглатывала брюнетку.
В этот момент Кейл не выдержал. Он подбежал к кнопке мед помощи и вызвал ее.
После того как один из сотоварищей решил действовать, Чейз и Блейн опомнились и подбежали к Эмбер и уже со всей силы начали оттаскивать подругу от девушки. Она пыталась вырваться из хватки друзей, дергалась, въедалась ногтями им в руки, в руках держа еще нож, даже поранила Блейна, наступала на ноги, пыталась применить на них боевые приемы, но все было тщетно.
- Эмбер, твою мать, это мы! - воскликнул Чейз.
Но девушка все равно пыталась сопротивляться их действиям. Она не понимала, что делает, будто зомбированная пыталась вырваться и продолжить мучения своей обидчицы.
В эту секунду вбежали медсестры и ахнули.
- Что произошло? - спросила более взрослая женщина.
- Эмбер совсем с ума сошла, накинулась на нее, ударила об кровать, вырезала на ней слова, а потом вообще об угол головой бить начала. - доложил все Кейл.
Видя сопротивление девушки, молодая медсестра подошла к ней и, пока парни удерживали ее, вколола ей успокоительное в плечо.
- Подержите ее еще секунд двадцать, потом успокоиться и усадите ее на кровать. - сказала девушка.
Напарники благодарно кивнули ей.
Успокоительное хорошо подействовало, хоть и Эмбер до сих пор чувствовала сильную злость, но эффект препарата стал замедлять работу ее мозга. Она будто приходила в некий транс, разделяющий ее от мира сего.
Брюнетка не отключилась, она сидела на кровати и смотрела в одну точку, взгляд ее был полностью пустым, как у тряпичной куклы, которая была и красива, и мила, но в душе у нее не было ничего, буквально.
Мимо нее проносились медики, уносящие всю в крови противницу девушки, с разбитым лицом, изрезанным ужасными словами телом, ходили из стороны в сторону сотоварищи, находившееся в состоянии полного шока и беспокойства, и Блейн с Чейзом, смотрящие на Эмбер с особой усталостью в глазах. Им было жаль подругу. Они знали, что до этого ее довела ни Кристал, ни кто-то еще из бойцов, а руководство и их методы. Их жестокость по отношению к тем, кто выполняет их приказы, к тем, кто делает все, что им скажут, только, чтобы выжить. Парни просто не понимали, что можно сделать, как можно помочь, если они не знают методов, как включить чувства.
А Эмбер не пыталась их включить, потому что ей было так легче. На данный момент она чувствовала только мутность в глазах, странное ощущение, будто все плывет и гулкий звон в ушах. Злость, которую она испытывала пару минут назад отступала яркой дымкой, которая заполняет ее пространство. Будто не было ничего, будто никто ничего не говорил, и все вообще молчали.
Тело девушки было ватным и расслабленным до такого диссонанса, что если не знать всей ситуации, что произошла до этого, то можно подумать, что она вообще никого не била никогда.
Тяжесть век в какой-то момент стала ощутима, и Эмбер прикрыла глаза, медленно и вязко, словно железную игрушку давно не смазывали маслом, и она тяжело закрывалась. И также медленно их открыла.
Так прошли последние часы до отбоя. После того, как он наступил, Эмбер легко уснула от усталости и действия успокоительного. Она не мучала себя совестью, потому что для человека без чувств ее нету, не существует по просту, она не думала о том, что будет после этого:простят ее или отправят на утиль - ей не важно, она не ожидает от своей жизни ничего хорошего. Да, возможно, надо было подумать о последствиях хотя бы ради сестры, но в этот миг ей не хотелось думать ни о чем, что ее должно было заботить. Она защитила честь своего отца, пусть и таким жестоким образом.

Утро. Первые лучи солнца еще не взошли полностью в комнату старших бойцов агенства. Кондиционер работал во всю в эту знойную пору и обдувал легкой прохладой. Ребята спокойно спали, похрапывая и досыпая последние минуты в своих кроватях. Это было спокойное умиротворение уставших и замученных подростков от жизни, которая им выдалась здесь. Тут не осталось практически и следа от того, что происходило вчера. Пол от крови вымыли начисто, разговоры об этом утихли в сонной тишине и царстве Морфея, но в голове каждого из них отпечатается этот день надолго.

Дверь открылась с резким грохотом. Обычно солдатов будил Линер, но сегодня что-то пошло не по рабочему графику. Это был Коргон. Серьёзный и строгий, как обычно и бывает, но в нем чувствовалась еще большая злоба и контроль, который никто и не видел ранее.
- Просыпаемся, щенки! - рявкнул мужчина.
Все солдаты сразу подорвались со своих спальных мест. Голос начальника был слишком громким, чтобы его не услышать.
Эмбер встала с кровати в тот же момент, что и другие, но ее пробуждение было механическим, будто она настроила свой организм на такое пробуждение, которое от голоса старших по званию срабатывало, и она в быстром темпе начинала заправлять постель и идти готовиться к новому дню.
В целом это утро было не исключением. Пока все пытались понять, где они находятся, девушка уже заправляла свою кровать, не смотря на тяжесть в теле, и собиралась идти умываться, как вдруг Коргон сказал:
- Сетлонд. Ко мне в кабинет после того, как переоденешься.
- Будет сделано, сер. - бросила девушка на ветер и зашла в ванную комнату.
Холодная вода умыла остатки вчерашнего дня. Эмбер не сложно было проснуться, скорее ей было странно ощущать свои конечности такими тяжелыми. Действие препарата еще не прошло до конца, потому ватность в ногах и руках еще присутствовала. Мутность разума не давала спокойно осознать всю ситуацию. Она была будто пьяная. Но заставляла себя передвигать ногами и руками быстрее, чем задумается об этом.
В ванной она быстро переоделась в спортивную униформу и вышла в комнату. Все озирались на нее странными взглядами, только Блейн и Чейз вели себя, как обычно, хоть и смотрели на девушку с небольшой тревогой перед предстоящим ей разговором. Брюнетка стремительно вышла из апартаментов и направилась в кабинет начальства.
Кабинет был просторным, но выглядел так, как обычно выглядят кабинеты кого-то главного. Стол по середине комнаты, заваленный бумагами, книжные полки с военной литературой для познания боя и атаки по угол комнаты, стул, на котором сидел мужчина и смотрел в дальнюю точку угла, где ничего не находилось - все это выглядело таким серым, потому что и цвет соответствовал параметрам мебели и комнаты. Солнце где-то лишь пробивалось через затворки жалюзи. Коргон был задумчивее, чем обычно, но строгость не пропадала из глаз, наоборот, ее напор превышал привычную грозность начальника.
Девушка встала у его стола, дожидаясь дальнейших указаний.
- Сядь. - сказал мужчина.
Эмбер послушно села на стул рядом с ней. Она не знала, что ожидать от этого разговора, но была абсолютно спокойна из за отсутствия чувств.
- Тянуть не стану. Зачем ты избила Кристал? - спросил пытливо он.
- Она заслужила.
Холодность девушки и отстранённость не помогала понять причину такого поведения Коргону, но он не собирался сдаваться.
- Эмбер. Скажи нормальную причину. Если ты не скажешь, ты незамедлительно отправишься на убой. - поставил ультиматум мужчина.
- Что изменит эта причина? - спросила брюнетка. Она могла бы ее сказать, но она не знает, как начальство сможет использовать позже ее привязанность к памяти об отце.
- Ты останешься жива. - сказал он.
- Жива, но забита до полусмерти? Или жива и невредима, здесь и продолжаю работу? - девушка не собиралась выкладывать все сразу. Она не глупая, маленькая овечка, чтобы не усмотреть всех фактов, которые человек не договаривает.
Мужчина глубоко вздохнул. Он понял, что та легко пресекает все варианты наказания. Но Эмбер не знала, что самое жёстокое наказание ее уже ждёт.
- Второе, Сетлонд. Я не собираюсь терять одного из лучших бойцов из-за какой-то курицы. - ответил тот. - Ты знаешь, что я не стал бы о таком врать. Если говорю, то держу слово.
Быстрый взгляд вниз, до этого он был устремлен ровно в глаза начальства, зеленые, как болото, которое затянет и удушит своей силой, глаза закрываются, тяжело и мучительно. Открыв их, девушка вздыхает и все-таки решается на свой рассказ.
- Она оскорбила моего погибшего отца. Сказала, что он алкоголик и умер из-за своей же зависимости, хотя это совершенно не так. - сказала Эмбер.
- А ты знаешь, как он умер? - спросил резко мужчина.
Он не стал говорить:"разве это не так?"; "а как он тогда погиб?" - он спросил о том, что является главной причиной боли брюнетки.
Девушка лишь коротко кивнула.
- Его убили. - сказала она. Голос был ровным, хоть в душе начали просыпаться странные ощущения. Будто старая боль начала вырываться наружу, а истощение рвало на куски тело, которое итак уже не знает, как существовать.
- Кто, знаешь? - спросил он снова.
Короткий ответ:
- Мать и отчим.
Коргону стало ясно. Отец - самый дорогой и близкий человек девочки был убит на ее же глазах, так еще и собственной матерью, которая сюда же ее и отправила. Мужчина бы опешил, если бы не знал сотню подростков, которые уже пришли сюда надломленными и только казались чистым и дорогим товаром. Он коротко кивнул. Ему не нужно было говорить, что ему жаль, он не эмпатичен к проблемам других, он просто устраняет проблему человека, который важен в его целях.
- Закрой глаза. - неожиданно сказал зеленоглазый.
Послушание - признак человека, знающего правила и следующего им. Она закрыла глаза.
- Теперь слушай мой голос внимательно и представляй то, о чем я тебе говорю, поняла? - спросил тот.
- Да. - ответила Эмбер и Коргон начал длинный и странный монолог.
- Вспомни самые счастливые моменты с отцом. Не момент, когда он умер на твоих глазах, а когда он еще был жив, и ты думала, что вашему счастью нету конца. - начал он.
В голове сразу пронеслись моменты из детства:
Вот они гуляют с папой за руки в парке атракционов: маленькая девочка, шатенка, шла по правой стороне и ела клубничное мороженое, с левой стороны шла еще девочка поменьше, блондиночка, и ела шоколадное мороженое.
- Папа, папа! А пойдем на колесо обозрения? - вырвалось из уст блондинки.
- Конечно, лисички, все, что угодно ради вас! - ответил мужчина.
Добрый взгляд и радостная отцовская улыбка плескались в воспоминаниях девушки, застрявшей там, в прошлом.

Вот, они сидят собирают дома пазлы с любимым на тот момент девичьим мультиком «Винкс», и папа им снова помогает.
- О, я нашел волосы Флоры! - воскликнул мужчина.
- Папа, это не Флора, это Лейла! - исправила отца брюнетка.
Мужчина лишь ударил себе ладонью по лицу, осознавая свою ошибку. Она помнила до сих пор, что он все никак не мог запомнить имена их любимых фей, и кто, где находится.
- Какой я у вас дурачок, девочки. - шуточно сказал папа.
- Не переживай, сейчас мы все снова разберем, папуля. - ответила Карэн.
Их голос оставался детским, как раньше, как помнила Эмбер.

А вот, он лечит раны от роликов, на которых девочки пытались научиться кататься.
- Больно, пап! - шипела от боли девочка с карими глазами, они блестели от слез, которые наворачивались с новой силой.
Мужчина лишь тихонько поглаживал дочь по голове и обрабатывал разбитую коленку.
Через пару секунд слышится грохот на улице. Вторая дочурка тоже упала и тоже повредила колено.
Папа побежал героически спасать и успокаивать вторую дочь.
- Лисята, вы мои, не переживайте, ещё научитесь кататься на роликах и падать не будете совершенно. - сказал он, точно также поглаживая зеленоглазую малышку по голове.
Щечки опухли от слез, которые текли рекой.
- Правда? - спросила малышка.
- Правда, правда. Вы же мои дочери. - ответил папа.
Папа - важное слово и такой важный и любимый человек, которого так не хватает.
Воспоминания разлились приятным теплом по душе брюнетки. Она давно его не ощущала, будто это что-то забытое, что закрыли на замок и не решались открыть больше, чем нужно.
Она сидела все также с закрытыми глазами и хотела продолжить дальше вспоминать о тепле отца в его жизни, как вдруг голос Коргона решил напомнить о присутствии мужчины, и напомнил он то из-за чего душа отказалась испытывать чувства вообще:
- А теперь вспомни смерть Кэри. Не тот поступок сотоварища, из за чего твои чувства ушли на второй план, а твои эмоции во время осознания происходящего.
Эмбер будто окатили холодной, леденящей водой, которая только только пришла в состояние воды из холодного льда. Ощущение смерти, земли, продряхлости, как будто под ногтями. Грязь, застывшая на кончиках пальцев. Словно девушка извозилась в ней, чтобы раскопать тело давно ушедшего из жизни близкого ей человека.
Кэри. Первая подруга спустя долгие годы. Первая опора, которая давала побыть хоть чуточку слабой на фоне несносной жизни. Первый человек, понявший ее. Она была бы первой во всем, но она была второй по счету, кого Эмбер не смогла уберечь. Чувство боли накатило обратно, как будто девушка вернулась на два с половиной года назад во времени, когда подругу только увели из кабинета, она взглянула на Эмбер, полная надеждой, что та ее защитит, но она этого не сделала. Эмбер отказалась от защиты человека, за которого впрягалась изначально, ради того, чтобы спастись самой. Эгоизм пробрал в тот момент все ее костяшки, чтобы выжить и вернуться к сестре. Но подруга больше никогда, никогда не вернётся домой. А может Эмбер смогла бы их спасти, может у нее бы получилось сбежать, либо она бы умерла одна, либо вместе с ней. Слишком много этого:"а может.."
Но уже ничего не поменять. И от этого осознания становится все хуже.
С каждой секундой лицо девушки выражало всю большую боль и обиду. Коргон это видел, видел с самого начала, как она тепло вспоминает об отце, и ее лицо озаряется светом, который так сложно было найти эти два года. А потом свет ушёл, ушел в ту же секунду, как он напомнил о старой ране, которая не зажила, она еще сочится, просто её хорошо скрыли за бинтами, за их огромным слоем.

- Как только я щелкну, Эмбер, ты откроешь глаза. - сказал мужчина.

Чем дольше он задерживал время перед щелчком, тем больше лицо девушки искажало ее внутреннее горе, ее боль и страх за подругу, которой уже нету в живых.

И вот, щелчок.

Брюнетка распахнула глаза. Взгляд начал метаться из стороны в сторону, он стал будто бы бешеным, она перестала находить себя в пространстве, она уже не осознавала что происходит. А потом.. А потом резкий скачок в глазах. Перед ней проносились, проскакивали все воспоминания за эти два с половиной года.
Душераздирающий крик разнесся по всему коридору и кабинету. Слезы покатились не то, что рекой - водопадом. Пальцы впились в голову, с которой Эмбер начала рвать клочки волос. Девушка просто не могла поверить, что она может быть такой жестокой. Она бы никогда не дошла до того, чтобы избить человека до полусмерти, никогда бы не убивала кого-то, не стала бы взрывать здания с живыми людьми, ради какой-то мелочи. Разум по просту не воспринимал и отказывался думать, что это была она, будто это был другой человек, человек, которого девушка в жизни не знает.
- Это была не я! Скажите, что это была не я! - прерывистый, слезный крик о помощи, о поддержке от человека, которого она бы в жизни не попросила ее.
Холодный взгляд, как сталь, Коргон не собирался успокаивать подопечную, он говорил честно, как есть, без каких-либо нот поддержки в голосе:
- Это была ты, Эмбер.
Но она протестовала. Отрицание. Первая стадия.
- Нет! Нет, нет, нет! Это была не я, вы все врете! Вы вр.. - голос срывался на слезы, слёзы бьют ключом, боль не стихает, она только усиливается. - Зачем, зачем, что вы со мной сделали? - кричала уже от непонимания девушка, зачем включать чувства, если это убьет ее морально.
- Не пойми меня не правильно. Ты идеальное оружие, но ты плюешь на правила. А раз так, то ты - идеальное оружие с браком. Чтобы тебя сдерживать, нужно включить твою совесть, а это - чувство.
Он говорил так спокойно, будто он всегда это видел. Каждый день. Буднично и непринуждённо. Его не трогали ни ее слезы, ни крики, ни вырванные клочья волос.

Раньше Эмбер думала, что все страдания уже пережила. Но она ошибалась. Ее страдания только начинались.