Знакомые. //Теодор Нотт ОЖП

Они были похожи на два зеркала, поставленных друг напротив друга: если заглянуть слишком глубоко, увидишь бесконечную, холодную пустоту. Эллисон Смит ценила в Теодоре Нотте одно редкое качество - он умел молчать, но в нужную минуту говорил метко. Нотт держался в тени, как и она сама.

Но оба остры на язык.

***
Эллисон сидела в гостиной Слизерина, а неподалеку был Нотт. В гостиной было шумно. Малфой громко доказывал что-то Крэббу и Гойлу у самого камина. Несколько третьекурсников спорили из-за квиддича.

Эллисон не смотрела на них. Она делала вид, что полностью погружена в чтение сложного свитка по Трансфигурации, хотя на самом деле просто наблюдала за комнатой поверх пергамента.

Теодор сидел в глубоком кресле чуть левее. В руках у него была раскрытая книга, но Эллисон заметила, что он не перевернул ни одной страницы за последние десять минут. Он тоже наблюдал. Его взгляд то и дело останавливался на шумной компании Малфоя в которой сегодня он отказался участвовать, и в глазах Нотта читалось легкое, едва заметное презрение.

В какой-то момент Малфой взмахнул руками и случайно задел чужую чернильницу. Она с грохотом покатилась по полу, заливая ковер темной жижей. Пэнси Паркинсон взвизгнула.

Эллисон едва заметно поморщилась от этого звука. В ту же секунду она перевела взгляд на Теодора и увидела, что он тоже смотрит на нее.

Его бровь была слегка приподнята.

Точно такое же выражение лица, как у нее самой, когда ее что-то раздражало. Они встретились взглядами всего на две секунды. Обычно в этот момент они оба просто отворачивались, возвращаясь к своим делам.

Но в этот раз Нотт не отвел глаз. Он медленно закрыл книгу, положил ее на колени и едва заметно кивнул на свободное кресло напротив себя.

Это было странно.

Они никогда не разговаривали без крайней необходимости. Эллисон помедлила. Ее первая реакция - проигнорировать приглашение. Она никому не доверяла, особенно парням вроде Нотта, чьи отцы скрывали слишком много мрачных тайн. Но любопытство перевесило.

Она спокойно свернула свой свиток, поднялась и подошла к его креслу. Села напротив.

- Смит, - тихо произнес Теодор. Голос у него был низкий и ровный, без единой эмоции.

- Нотт, - так же коротко ответила она.

В гостиной по-прежнему было шумно, но вокруг их стола словно образовался вакуум. Они молча смотрели друг на друга, оценивая риски этого внезапного сближения.

- Не думал, что у тебя вовсе есть язык, - сказал Теодор, наклонившись чуть вперед.

Эллисон усмехнулась. Сухо, без эмоций.

- О тебе такие же мысли, - парировала девушка, без особого интереса.

Теодор едва заметно дернул уголком губ. Это была его максимальная степень проявления веселья.

- Взаимно, - ответил он, возвращаясь к прежней невозмутимости.

- Но сегодня здесь слишком шумно.

Эллисон проследила за его взглядом. Драко Малфой у камина как раз отчитывал Крэбба, который неловко пытался вытереть пролитые чернила рукавом мантии.

Обычно Нотт сидел рядом с Драко, принимая участие в его ленивых разговорах, но сегодня он явно дистанцировался. Ему просто наскучило это однообразие. Теодор привык проводить время в одиночестве, но сейчас, в этот конкретный вечер, ему, кажется, впервые стало по-настоящему скучно одному.

Эллисон снова перевела взгляд на Нотта. В его глазах сквозила скукота, словно редкий сквозняк за приоткрытой дверью.

- И поэтому ты решил нарушить наше многолетнее молчание? - спросила она. Голос звучал ровно, без упрека - просто констатация факта.

- От скуки?

- Возможно, - Теодор откинулся на спинку кресла, подперев подбородок рукой.

- Наблюдать за Малфоем и остальными - сомнительное удовольствие. Ты сидишь здесь с тем же выражением лица уже два часа. Я подумал, что компания того, кто умеет молчать, будет раздражать меньше, чем все они, вместе взятые.

Эллисон посмотрела на него долгим, изучающим взглядом. Она искала в его словах подвох, скрытый мотив или банальное слизеринское высокомерие. Но Нотт выглядел расслабленным. В его глазах не было насмешки - только спокойное, ленивое любопытство.

- Я не собираюсь тебя развлекать, Нотт, - спокойно предупредила она, возвращая свиток по Трансфигурации на колени.

- Я и не прошу, - Теодор снова открыл свою книгу, перелистнул страницу и бросил на нее мимолетный взгляд.

- Можешь дальше делать вид, что читаешь.

Эллисон ничего не ответила. Она развернула свой пергамент, но уходить не стала. В гостиной по-прежнему болтал Малфой, но уже с Пэнси, и спорили третьекурсники, но здесь, в их углу, стало странно тихо. Это было непривычно, но, к ее удивлению, ничуть не раздражало. Они снова замолчали, но теперь это было другое, общее молчание..