Игры господ

Пентхаус Хенджина. Поздний вечер. 22:47

Сыльги сидела на краю огромной кровати, глядя в окно на ночной Сеул. Огни города мерцали вдалеке, отражаясь в темной воде Хангана. Она была одна - Хенджин задерживался на работе, разбирая последние документы по делу об убийстве чиновника, которое они наконец сегодня закрыли.

Она сняла пиджак и туфли, оставшись в свободной шелковой блузке и брюках. Волосы были распущенны и падали на плечи мягкими волнами. Она выглядела уставшей, но в ее глазах горел странный свет - смесь волнения и счастья, которое она пока не решалась показать.

В руке она держала маленькую белую коробочку - аптечный тест. Две полоски. Яркие, четкие, не оставляющие сомнений.

Она смотрела на них уже час, перечитывая инструкцию, будто надеясь, что там написано что-то другое. Но нет. Две полоски. Она была беременна. Она носила под сердцем маленькую жизнь - их с Хенджином жизнь.

Сердце колотилось так сильно, что она боялась, что он услышит его, когда войдет. Она не знала, как сказать ему. Она никогда не боялась преступников, никогда не боялась политических игр, никогда не боялась своих врагов. Но сейчас она боялась. Боялась его реакции. Боялась, что он не захочет. Боялась, что он испугается.

В дверях щелкнул замок. Она быстро спрятала тест в карман брюк и привела себя в порядок, стараясь выглядеть спокойно.

Хенджин вошел, снимая пиджак и вешая его на вешалку. Он выглядел уставшим, но, когда увидел ее, его лицо осветилось теплой улыбкой.

- Ты еще не спишь? - спросил он, подходя к ней и садясь рядом. - Я думал, ты уже будешь в кровати.

- Я ждала тебя, - сказала она, и ее голос прозвучал мягче, чем обычно.

Он заметил это. Он всегда замечал малейшие изменения в ней.

- Что-то случилось? - спросил он, беря ее за руку. - Ты выглядишь... странно. Взволнованной.

Она посмотрела на него, и ее сердце забилось еще быстрее. Она сжала его руку и глубоко вздохнула.

- Хенджин, - сказала она, и ее голос дрожал. - Мне нужно сказать тебе кое-что.

Он нахмурился, и в его глазах появилась тревога.

- Ты меня пугаешь. Что случилось? Ты заболела? С тобой все в порядке? Скажи мне.

Она покачала головой и улыбнулась - той улыбкой, которую он любил больше всего на свете.

- Со мной все в порядке, - сказала она. - Даже лучше, чем в порядке. Просто... я не знаю, как сказать тебе это. Я боялась.

Он притянул ее к себе и обнял, прижимая к груди.

- Ты можешь сказать мне что угодно, - сказал он, целуя ее в макушку. - Я всегда готов слушать. Что бы ни случилось, мы справимся. Вместе.

Она подняла голову и посмотрела ему в глаза. В ее взгляде было столько любви, столько нежности, что у него перехватило дыхание.

- Я беременна, - сказала она тихо, почти шепотом. - Мы станем родителями, Хенджин. У нас будет ребенок.

Он замер. Его глаза расширились, и на мгновение он перестал дышать. Он смотрел на нее так, будто она сказала что-то на иностранном языке, который он не понимал.

- Что? - прошептал он. - Ты... ты серьезно?

Она кивнула, и по ее щеке скатилась слеза.

- Я сделала тест сегодня утром. Две полоски. Я перепроверила три раза. Я ждала тебя, чтобы сказать и боялась, что ты...

Он не дал ей договорить. Он схватил ее в объятия, прижимая к себе так крепко, будто боялся, что она исчезнет. Он целовал ее волосы, ее лоб, ее глаза, ее губы, и по его щекам текли слезы - слезы счастья, которых она никогда раньше не видела.

- Ты шутишь? - сказал он, смеясь сквозь слезы. - Ты серьезно? Мы... у нас будет ребенок? Я стану отцом?

Она рассмеялась, чувствуя, как его счастье передается ей.

- Да, Хен.

Он отстранился, чтобы посмотреть на нее, и положил руку на ее живот. Его пальцы дрожали.

- Здесь? - спросил он, и его голос был полон благоговения. - Наш малыш уже здесь?

Она накрыла его руку своей.

- Да. Совсем маленький. Но он уже здесь. Он уже с нами.

Хенджин смотрел на ее живот так, будто видел чудо. Он не мог оторвать взгляда. Он провел пальцами по ее блузке, чувствуя тепло ее тела.

- Я не знаю, что сказать, - прошептал он. -
Я никогда не думал, что буду так счастлив. Ты сделала меня самым счастливым человеком на земле, Сыльги.

Ты и наш малыш.

Она улыбнулась сквозь слезы.

- Я тоже счастлива. Я боялась, что ты испугаешься. Что не захочешь.

- Не захочешь? - он рассмеялся и покачал головой. - Сыльги, я мечтал об этом. Я мечтал о семье с тобой. Я просто не знал, как сказать тебе. Я ждал, когда ты будешь готова.

- Я готова, - сказала она. - Я всегда была готова. Просто боялась, признаться.

Он снова поцеловал ее - долго, нежно, обещая ей весь мир.

- Ты - моя жизнь, - сказал он. - И теперь у нас будет маленькая жизнь, которую мы будем любить вместе. Я буду самым лучшим отцом. Я обещаю тебе.

- Я знаю, - ответила она. - Я знаю, что ты будешь.

Они сидели на кровати, обнявшись, и смотрели на ночной Сеул. Его рука лежала на ее животе, и она чувствовала, как его пальцы слегка поглаживают ее кожу через ткань блузки.

- Я люблю тебя, - сказал он.

- Я тоже тебя люблю, - ответила она.

- Если это будет мальчик, я хочу назвать его Джунсо, - сказала она. - В честь моего деда.

- А если девочка? - спросил он.

- Если девочка... я хочу назвать ее Хэвон. «Светлый сад». Потому что она будет нашим светом.

Он улыбнулся и поцеловал ее в висок.

- Джунсо и Хэвон. Мне нравятся оба имени. Потому что они будут носить частичку тебя.

Они лежали так, пока город за окном не начал затихать. Впервые за долгие годы Сыльги чувствовала себя абсолютно спокойной. Она была не одна. У нее была любовь. У нее была семья. У нее был он.

Три месяца спустя.

Сыльги стояла у окна в своем кабинете в Следственном комитете, положив руку на уже заметно округлившийся живот.

Ей было три месяца, и она начала позволять себе носить более свободную одежду - не потому, что стеснялась, а потому что хотела чувствовать себя комфортно.

В дверь постучали, и вошел Хенджин. Он закрыл за собой дверь и подошел к ней сзади, обнимая за талию и кладя руки на ее живот.

- Как ты себя чувствуешь? - спросил он, целуя ее в шею.

- Хорошо, - ответила она. - Наш малыш сегодня особенно активный. Все время двигается.

- Он будет таким же энергичным, как его мама, - улыбнулся он. - Я уже знаю.

Она рассмеялась.

- Или таким же упрямым, как его папа.

Он повернул ее к себе и поцеловал.

- Я люблю тебя, Сыльги.

- Я тоже тебя люблю, Хен.

Он опустился на колени перед ней и положил руки на ее живот, прижимаясь лицом к нему.

- Привет, малыш, - прошептал он. - Это твой папа. Ты меня слышишь? Я жду тебя. Мы оба ждем тебя. Ты - наше чудо.

Сыльги смотрела на него и чувствовала, как слезы счастья подступают к глазам.

- Он уже знает, - сказала она. - Он чувствует твою любовь. Я чувствую ее.

Хенджин поднялся и обнял ее.

- Скоро мы будем держать его на руках, - сказал он. - И наша жизнь станет еще прекраснее.

Она кивнула, прижимаясь к нему.

- Я не могу дождаться.