Глава 5
- Я видела тебя с другой. Кто она? - Она смотрит то вниз, то исподлобья. Будто она виновата. А не он.
- Расскажу, не поверишь.
- Я тебе верю. И всегда верила. Ты мне не обещал быть верным, я просто тебе отдавала всю себя целиком, ты принимал, и для меня этого было достаточно. Но по ночам ты кричишь, шепчешь имена девушек, и говоришь, что не хотел их убивать. Что все это значит? Я смогу тебе помочь. Я все прощу.
- Я запутался. Я не уверен даже, ты ли передо мною сейчас. Я плохо сплю, это правда. Мне снятся кошмары, а порой я не сплю совсем, хоть тебе и кажется, что так и есть. Я перемещаюсь в другие места города, возможно, даже других городов. И там убиваю девушек. После того, как занимаюсь с ними любовью. Как будто во время перемещений происходит непонятный скачок ферромонов в организме. Это уже стабильная схема моих путешествий, и все они умирают у меня на глазах. Как будто случайно. Но я-то знаю - это всё после меня. И не знаю, что делать. Как с этим быть. Это происходит помимо моей воли. Я не могу себя контролировать. - Ник сделал паузу. - Только один раз я сделал это осознанно.
- Когда?
- Дней пять назад. Я решил проверить себя. Возможно, это только мое больное воображение. Может, цепь случайных событий. Конечно, что вероятнее всего - нет. Но я изменил тактику. Я не перемещался. Я подкараулил женщину, усыпил и доставил в укрытие. Решил, как ты в своем сне, сам изменить тактику.
- Я отдалась сама, но это повторилось, - негромким голосом сказала Аня. - Он погиб.
- В общем, ей это понравилось. Как будто она хотела, чтоб ее привязали к кровати и взяли силой. Но потом нам встретился муж, который выстрелил и попал ей в грудь. Я проверял - она в реанимации, врачи борются за ее жизнь. Оказывается, у нее была черепно-мозговая травма, и при падении все обострилось. Пулю из груди вытащили, много крови она потерять не успела. - Пауза. - Мне кажется, кто-то пользуется мной. Или все это выдумки, сплошные выдумки. Возможно, даже ты - плод моей больной фантазии.
Аня вдруг улыбается ему. Из ее лба начинает сочиться свет, который становится все больше.
- Просыпайся, - шепчут ее губы. Но Ник лишь качает головой, словно вытряхивает ненужные мысли.
- Когда проснешься, переосмысли свою жизнь.
Яркий, ослепительный свет. Тяжелые веки становятся легче и легче. Медленно, но верно открываются.
- Привет!
Это друг. Это Сергей.
- Серый, - хрипит голос, не свой, чужой. Говорить больно. - Пить..
Сергей дает ему воду.
- На, держи.
После нескольких глотков стало легче.
- Где я?
- Ты? В больнице. Потом тебя переведут в другую. Психиатрическую. Если тебя кто-то из родственников не заберет. Приходила одна девушка, хотела забрать тебя, говорит, невеста, то да сё, но ей не дали. Так и ушла ни с чем.
- Как ты узнал, что я здесь? И почему?
- Во-первых, узнал я оттого, что приехал к тебе, дверь открыта, ты без сознания на пороге. Это во-первых. А во-вторых, что следует из первого, ты упал без сознания, когда пришел домой от Аньки. В-третьих, ты лежишь уже третий день, и только сейчас пришел в сознание. В-четвертых, и, наконец, самое главное - меняй свой стиль жизни, меняй характер, улучшай. С тобой что-то не то происходило этот месяц, и Аня решилась на психиатрическую экспертизу тебя. Связи есть, не бойся, тебя не упекут, обследуют только. Естественно, родителям не говорили. Я - твое доверенное лицо.
- Поподробней и помедленней.
- Ты падаешь без сознания, валяешься два часа, или час, потом встаешь, идешь на кухню, пьешь воду, появляется Аня, и ты говоришь: «Я пришел». Хотя все время был там. А во сне пропадаешь куда-то. Или выходишь на улицу без ничего: без одежды, обуви, денег. Аня проверяла. Она просыпалась среди ночи - а тебя нет. По всему дому.
- Ты странный какой-то, - говорит Ник. - Сам на себя не похож. Будто и не ты.
- Опять у тебя мания. Ладно, ты устал, отдыхай. - Сергей встает и выходит из палаты.
Ник приподнимается: кругом белые стены, белые потолки, белые занавески - все белое. К руке прикреплена капельница.
Ник встает, тяжело и медленно, и идет к двери. Смотрит через приоткрытую дверь, кто в коридоре.
- Он ничего не понял, не волнуйся, - успокаивает Сергей девушку. Наверно, Аню. Точно, ее голос.
- Я не хочу вот так.
- Придется. Если ему сносит башню, что он сам себя не контролирует, значит, что-то не в порядке с мозгом. Его обследуют, проведут закрытую экспертизу. Поверь мне, я не сделаю ему зла. Хоть ты и не моя.
- Серёжа, не начинай.
- Извини. Он - мой друг, и я его не трону. Я все сделаю так, как обещал.
Ник в палате. Рядом с ним друг, у которого есть воображаемый друг. И тот часто с ним беседует, не обращая на Ника никакого внимания. Лишь изредка обращается он к нему, чтобы спросить:
- Как ты думаешь, он прав?
Раз в неделю к нему приходит Сергей. Он стал чужим, уже не тот близкий друг, которому можно доверить тайны. Он все время смотрит по сторонам, проверяя декорации. Да, Нику кажется - декорации. Это все - ненастоящее.
- Я отсюда убегу, - говорит Ник Сергею. - Ты меня здесь не задержишь.
- Это для твоего же блага. Я договорился с врачом, через три месяца тебя отпустят. - Сергей наклоняется к Нику поближе и шепчет на ухо: - Я Ане не говорил, но в разных частях города найдены молодые девушки от 20 до 25 лет. По мнению следствия, перед смертью у них был половой акт. А потом они вдруг падали с лестниц, с балконов, что в коридоре или дома. Кто-то сам резал себе вены, оставив записку со словами: «Я познала любовь сполна! Спасибо всем, мне пора». И, самое главное, следов насилия нет. Как будто их зомбировали, и они сами шли на смерть. После полового акта. - Сергей выпрямился. - И, честно говоря, я уже не знаю, как к тебе относится.
- Я могу перемещаться, - говорит Ник. - Я сбегу отсюда.
- Можем с тобой поспорить. Давай, на спор! - Сергей тянет руку для пожатия. Ник ее жмет.
- На что спорим? - спрашивает Ник.
- На Аню, - неожиданно говорит Сергей. - В твоей палате есть санузел. Дверь поменяют на железную, а решетки укрепят, оставив окошко для тарелки с едой. Друга твоего с воображаемым приятелем уберут отсюда. И в течение недели ты должен будешь выйти отсюда. Я понял, что у тебя это спонтанно происходит. Надо тебя поднатужить, все твое сознание и подсознание. Для тебя сейчас самое дорогое, ради которой ты готов на всё - это Аня...
- Согласен. - Ник крепче сжимает руку.
- Сестра! - зовет Сергей. Та приходит. - Разнимите спор.
Она разбивает руки.
- Спасибо. - Сергей встает. - Как выберешься, можешь позвонить мне, найдя телефон, или зайти в гости. Я живу там же. Там же остановился, в этом городе.
И Сергей уходит. Шаги эхом разносятся по коридору, но для Никиты это - начало отсчета. Ради Ани.
Ник перепробовал все. И мастурбировал перед сном, засыпал, но никуда не перемещался. По аналогии, после секса с Аней у него бывали перемещения. Он пробовал представить место, куда хочет переместиться. Пробовал все. Даже глотал эти таблетки, заместо алкоголя. Кроме тупняка и отстраненности - ничего.
И когда подходил седьмой день - а в полдень должен был прийти Сергей, Ник просто взял и заплакал. Он бил кулаком в дверь, пробовал выбить ногой, кричал и ругался. Никто не подошел. Сергей - теперь большая «шишка», и его не ослушаются. Ему передавали еду и больше подходить было нельзя, особенно молоденьким медсестрам. Даже маньяк взаперти - маньяк.
И тогда Ник просто устал. Он присел на пол, и дыхание стало успокаиваться. Что ж, если так суждено, значит, от судьбы не уйти. Да и Сергей уже не тот - он бы не стал сдерживать слово. Так Нику казалось.
А может, все это - перемещения, что они сами умирали - плод его больного воображения? Воспаленного мозга, отбитым немногочисленными, но хорошими нокдаунами? Что ж, в жизни огорчений было много. А это теперь не так уж важно. До Ани ему не добраться. И не сбежать. Зря Ник согласился на спор и такие условия. Если б не решетки и дверь, у него еще бы был шанс сбежать. А теперь - нет. Из-за больного упрямства, что он умеет перемещаться.
И вот уже полдень. Ник слышит шаги по коридору. Это Сергей идет уверенной походкой. Теперь он скажет, спор есть спор, дружба ни при чем, девушка обещана мне. Взятки гладки. Никите говорили, что Сергей сильно изменился при переезде в другой город. Там его сломали и слепили из его же остатков послушную куклу, которая все же оказалась умной и сама стала главной. Слепили из остатков, но не из самых лучших. А жаль... Он был хорошим другом.
Чего только в жизни вместе они не испытывали! Через столько прошли! Он вспомнил парк, где они еще с одним другом пили молоко в бутылках - типа безалкогольная компания.
Вот уже засов у двери скрипит. Сейчас зайдет Сергей. А тогда, в том парке, весной, он подал Нику руку, когда тот, зацепившись за ветку дерева, упал... Полетел вниз и ветер захлестнул лицо. Прошлогодние листья.
И тут Ник почувствовал под собою землю, что лежит, что лицо щекотно чешут... прошлогодние листья. Он повернулся на спину и открыл глаза. Небо. Перед ним ясное небо. Он подтянул ноги и зашелестели листья. Точно, под ним старые желтые, коричневые листья! И, кажется, весна! Получается, в больнице Ник лежал зиму? Быть не может.
Отряхнувшись, Ник оглядел себя. Куртка, джинсы.
- Привет!
Ник резко обернулся, вздрогнув. На поваленном дереве сидел человек.
- Я видел, как ты появился. Значит, ты такой же, как я. А вернее, я - это и есть я. Ты, то есть я, пойдешь правильным путем, не сомневайся. Только после того, что я скажу, у тебя порой будет возникать дежа-вю. Чтоб спокойней мыслил, скажу одно, - человек почесал свою щетину в задумчивости. - Все воспринимай спокойно, умей прощать. Время и судьбу не изменить. Раз уж ты, то есть я, можем плести узор на ткани жизни параллельно своей же линии, значит, это для чего-то нужно.
- Ты кто?
- Подожди, послушай! Те девушки - это их выбор. Они - грешницы, это раз, но они сделали и доброе, - это два. Я пробовал не насиловать, даже не делать ничего (еле пересилил свою страсть), и лишний раз понял, что они все равно умрут. Это факт. Но по-другому и страшней. Я пробовал, - повторил он. - И ты попробуешь. Если вдруг что-то пойдет не так - не та улица, не тот город, вернее, то, но и другое одновременно, значит, ты в параллельном, или соседнем пузыре Вселенной, где наши похожие сущности. Башню тебе не снесло, не волнуйся и воспринимай все спокойно. Самое главное: я - это ты. Значит, ты - это я.
Мы фаталисты, значит, перемещаться во времени и между мирами - это судьба. Найди ей достойное применение.
- Для чего ты все это рассказываешь?
- Чтобы успокоился - раз, чтобы все взвесил, обдумал и не винил себя - два, чтобы понял, что все, что ни делается - к лучшему. Это три. Да, и то, что ты такой ненасытный - нормально. Только пошлые шутки применяй в меру. Это меня останавливало. Эта мысль. Хотя, наверно, это я себя остановил, придя сюда.
Человек задумался. Ник отметил про себя, что повадками тот похож на него.
- Да, и куртка с джинсами... Когда перемещаешься, автоматически подсознание подбирает тебе одежду, которую ты сам бессознательно одеваешь в паузе времени. Я сам недавно допёр, аж обалдел от выводов. Ты тоже обалдеешь, когда на время забудешь об этом. Блин, что-то много говорю. Ага - вот! Я задолбался искать отсюда выход в прошлый раз, поэтому главное, что ты должен знать - это сейчас настоящее. Ты перенёсся с подсознательной мыслью: «Хотел бы сейчас очутиться здесь, посмотреть вновь место, где весело отдыхали». Так что даже ты немного впереди, в будущем. Идем, покажу.
Он повел его к выходу из леса, к остановке троллейбуса. И глянул на время.
- Вовремя... Смотри туда!
Из магазина вышел парень и беременная девушка. Аня! Та Аня, с кем он на берегу Волги... счастливая, просветленная. А рядом - он, точно, это он сам.
- Понял? - Человек улыбнулся ему и вдруг растворился в дымке света предзакатного солнца. Дунул ветерок, хотя его не было - и все. Только мысль от ветерка: «Пора к Сергею».
- Значит, сосредоточиться на определении и вызвать момент присутствия, сиюминутного ощущения, - бормотал себе Ник под нос. - Да, это отличается от мастурбации и последующего сна.
У-ух! Прохлада, он словно падает... И тут же покачивается на ногах, стоя у двери квартиры Сергея. На руке оказываются часы со временем и датой. 15 сентября. Да, этот день. Только не полдень, а три часа.
Дверь приоткрыта. Странно. Он тихо входит. И видит: Аня сидит на столе, обнимая Сергея за шею, абсолютно голая, а Сергей со спущенными штанами долбит ей между ног. Он тут же дергается и содрогается. Кончил. В нее. Аня еще нет. Но Сергей помогает ей языком. Она в изнеможении поворачивает голову в сторону двери - замечает Ника - и ее настигает оргазм. Словно она увидела его и тут же кончила. Хотя, возможно, из-за экстрима - ей понравилось, когда ее трахают, а кто-то другой смотрит.
Ник открывает дверь зала настежь. Сергей видит его. Поднимается и застегивает штаны. Аня голая продолжает дергаться в экстазе.
- Я выиграл спор, - говорит Никита.
- Ты же видишь, она - моя! - говорит Сергей. Он подходит к стойке, где телевизор, сует за него руку... и направляет на Ника пистолет, когда тот делает шаг навстречу для сокращения дистанции.
- Стой на месте! Это боевой, не травматический.
- Беретта, - замечает Ник. - Мое любимое оружие. Да ты, видимо, сильно поднялся, раз у тебя не Макаров. А мог бы и Стечкин купить, - он наш все-таки.
- У тебя есть шанс уйти живым сейчас, - Сергей сделал ударение на последнем слове. И резко повернул голову к Ане. Она продолжала дергаться, изо рта пошла пена. - Нет, только не сейчас!
Он кидается к ней, достает из тумбочки палочку с острым концом, которым разжимает челюсть. И крепит палку туда, на которой тут же отпечатывается след зубов. Ник хотел подойти, но Сергей поднял пистолет:
- Стой на месте! - И, вытерев пот со лба, Сергей стал рассказывать:
- Я уехал, поссорившись с ней. Мы типа расстались. Но это было временно. И какое мое было удивление, когда я узнаю, что она живет с тобой! Полтора месяца!..
- Где же был ты?
- Ездил за границу по делам! - резко ответил Сергей.
- Ты действительно изменился, - спокойно сказал Никита. - Ты предал свои идеалы, свою мечту стать известным музыкантом... Ты...
- Да! Да! Да, я это сделал! - Сергей нежно взял Аню на руки и уложил на диван. Укрыл покрывалом, что было на спинке дивана. - Я это сделал, признаю! Но все это ради нее. У нее обнаружили эпилепсию, а затем и опухоль мозга. Ей осталось жить где-то от силы лет десять! Врачи бессильны! Чтобы поддерживать здоровье, нужны дорогостоящие лекарства! А где я их мог достать? Тот, что раньше был с нею, ее изнасиловал и избил, и она заработала сотрясение!
- Тот, первый?
- Нет, другой! - ехидно заметил Сергей. - Да мне неважно! Он со своими двумя друзьями пустил ее по кругу потом, хотя ей нужна была медицинская помощь! Если бы не незнакомец, взявшийся откуда ни возьмись, она бы стала инвалидом! Или сдохла бы вообще! Понимаешь, о чем я? Я ее люблю, я, а не ты! Я больше в нее вложил, всю свою любовь, всю свою силу и здоровье! Я отказался от своих принципов, от своей мечты! Ради нее, чтобы всегда быть рядом! Я вынужден ездить по делам, а ее мутит, ей становится плохо, если она в транспорте почти час будет находиться! Понимаешь? Ты что сделал для нее? Отрахал и убил баб? Ты маньяк, озабоченный маньяк!..
- Она рассказывала тебе о сне? О своем сне?
- Да, и что? Это же...
- Я понял. Это был не сон, когда трое...
- Да!
- А остальное? Ей снилось, что ее насиловали...
- Не знаю, - уклончиво ответил Сергей.
- Я знаю, - Аня открыла глаза. Ее дыхание успокоилось, тело еще было горячим и мокрым от пота, но остывающим. - Это тоже были не сны... Сергей, когда ты уезжал, люди твоего шефа часто меня... мной пользовались. Помимо моей воли. - «Ты Викторычу не скажешь ведь, да, детка? Иначе мы его...» - Поэтому я не хотела, чтобы ты дальше оставался под их крылом. Поэтому решила с тобой расстаться.
Сергей оторопело смотрел на нее.
- Я предлагала уехать в другой город, начать новую жизнь.
- Тебя в самолете после часа мутит, а в автобусе через полчаса! Ты терпишь эти полчаса, а потом выбегаешь и блюешь! И голова кружится, не проходит!
- Где это было? - спросил Ник.
- Что? - не понял Сергей.
- Там речка, роща. Был пикничок. Ты тоже там был. Тогда так и сказал, - непонятно сказала Аня.
- Ты о чем? - Сергей не понимал.
Ник сделал шаг к Ане.
- Я только обниму ее на прощанье.
Он посмотрел ей в глаза. Она улыбнулась ему. В этих глазах было все.
- Мне предсказали, что я умру, смотря в глаза любимому человеку, который меня по-настоящему любит. Он ничего не требует взамен, у него очень странная и непонятная судьба, еще более непонятные поступки. Но самое главное, что он всей душой меня любит и будет любить. Теперь я понимаю, о ком это. - Ее бездонные, большие черные глаза пустили слезы, две слезы, что словно бриллианты, отразили свет заходящего солнца сквозь окно. Грустная. Но светлая улыбка вновь озарила ее лицо. Она тронула его щеку своей рукой: - Я тоже тебя люблю. Будь счастлив!
Ник ничего не мог сказать. Его охватило странное оцепенение. На лице глупая улыбка - меня любят! - так и застыла. Сергей словно стоя замер, будто время само остановило его.
- Пока, Ник...
Ее рука упала вниз, взгляд замер и застекленел. Словно показывал, что ей идти туда, наверх. Улыбка чуть сникла, уголки губ придвинулись ближе друг к другу. Такие нежные губы...
- Последний поцелуй, - Ник поцеловал ее на прощание в уста, что дарили ему свет. Свет ее души.
- Что... что ты сделал? - Сергей тряс пистолетом. Его трясло.
- Надеюсь, ее смерть пробудит тебя. У тебя есть еще время исполнить мечту. У меня к тебе только одна просьба: посвяти первую песню ей.
- Ах ты сволочь!
Сергей снял пистолет с предохранителя. Ник закрыл глаза. «Пикник, речка, роща... да, я был там. Там нежная, сочная трава». Дуновение ветра. И Сергей стреляет в стену. Там никого. Он хватается за голову и падает на колени. Отбрасывает оружие в сторону и подходит к телу Ани.
- Любимая!.. - в слезах шепчет он.
Запекшаяся кровь на волосах. Один уже кончил, заправил штаны. Второй приступил. Третий курит. У третьего знакомое лицо в свете костра, который отражает и кровь. Ага, муж Насти.
- Сука... - шепчет Ник. Он выходит из ствола дерева, около которого курит третий, смотря на небо. Опустив взгляд, замечает Ника. Ник бьет в горло, в пах и грудь. Пока тот ловит последние остатки воздуха, Ник шагает к первому, который довольно наливает себе водку, сидя у костра. Ник пинает его в лицо. На его ногах берцы - мощная армейская обувь. Второй удар по лицу вниз, надавливание горла, проворот - хруст. От хруста второй приостанавливается, замечает темный силуэт в черной футболке, джинсах и берцах, отползает в сторону. На его лице - страх и ужас.
- Откуда ты взялся?
- Вставай! Быстро...
Тот встает. И заносит руку для удара. Ник подныривает под нее и бьет левой в почку. А дальше проходит сзади, хватает за голову (за затылок одной рукой и подбородок другой) и резко дергает в сторону.
- Вот и все, - говорит Ник.
Аня всхлипывает, даже не пытаясь укрыться. Ее бьет озноб от внезапно наступившей прохлады.. Он смотрит на нее, подходит ближе, садится на корточки и говорит:
- Не бойся! Все нормально. Телефон с собой?
- Д-да... - Свет не падает на его лицо. Аня не узнает его.
- Звони, вызывай «скорую». Чем быстрее, тем лучше для тебя... Хотя я сам. Где он у тебя?
После того, как он вызвал «скорую помощь», Ник вновь подошел к ней, уже одетой и прикрытой одеялом, которое они взяли постелить на траву. Он глянул на нее, оглядел все вокруг и задумчиво сказал:
- А я здесь был...
Затем подмигнул ей и растворился в порыве ветра.
- Знакомый голос... Только непонятно, кто же это был. Даст Бог, узнаю...
Завыла сирена. «Медики на подходе», - подумалось ей, и она потеряла сознание.
- Аллё, надо встретиться, это срочно.
- Ты не звонил мне, долго не звонил. Я подумала, ты воспользовался мной и теперь я тебе не нужна.
- Очень нужно встретиться. При встрече объясню.
...Они на том месте, где Аня потеряла девственность. Где у них случилась любовь. Они рядом сидят на брёвнышке.
- Я слушаю тебя, - говорит она.
Ник достает что-то из кармана, открывает и протягивает ей.
- Конечно, все это надо в торжественной обстановке делать, звать гостей... Но это наше особое секретное место, где можно не стесняться чувств, и где произошло то, что должно было произойти.
- Я не знаю, что сказать... - Аня смотрела и смотрела на кольцо и не могла оторваться.
- У меня были дела, поэтому я и не звонил несколько дней. - «То есть, я лежу в палате в данный момент». - Но вот я свободен и сразу к тебе. Так ты станешь моей женой?
Аня взволнованно вздохнула, ее аппетитная грудь поднялась и опустилась, чтобы хозяйке легче было сказать это слово:
- Да...
Временами ему снится другая Аня. После того обычно, как он, наконец, укладывает спать своего сына. Молча смотря в потолок, видя приближение утра, света за окном, Ник вдруг засыпает. И вновь видит ее, подходящую к нему после соревнований, в широких темно-песочных штанах, черной майке, фотоаппаратом наперевес, улыбающимися лучезарными глазами и радостной улыбкой встречи. И вновь с ее губ слетает волшебное слово, которое дало ему испытать ее любовь и ощутить счастье быть вместе:
- Привет!
И тогда ему кажется, что весь мир улыбается. И не хочется просыпаться. Жалко только, что утром это вспоминается уже смутно, неосознанно, с некоторым чувством вины. Тогда он вспоминает свои слова, из глубин подсознания:
- Что было, и что суждено - воспринимай спокойно. Это судьба.
В этот момент он видит перед собой Аню, затем к нему подходит другая Аня, их образы сливаются сквозь слезы, и когда вторая спрашивает:
- Что с тобой? Почему ты плачешь?
Он отвечает:
- Просто я вас очень сильно люблю...
И плачет навзрыд, зарываясь в объятиях.
09.01.-14.01.2010