С любовью Эви

Мы искали её уже несколько часов. Наступила глухая, пронизывающая до костей ночь, а от Эви всё ещё не было ни следа. Мы с парнями мотались по этой блядской пустыне, прочёсывая сектор за сектором, но толку не было абсолютно никакого. Жаровня будто сожрала её целиком.
​Я резко затормозил, слез с мотоцикла и сделал всего пару шагов по холодному песку, как вдруг...
​Меня словно прошило мощным разрядом тока. Грудь сдавило с такой дикой, нечеловеческой болью, что в глазах мгновенно потемнело. Легкие будто заполнились раскаленным свинцом, нога подкосилась, и я просто упал на колени, судорожно хватаясь за куртку в области сердца.
​- Минхо?! - Томас первым подскочил ко мне, хватая за плечо. - Минхо, ты чего?! Всё хорошо?!
​- ЭВИ-И-И! - яростно, до хрипа в горле вскрикнул я, тяжело тяжело дыша и уткнувшись лбом в сухой песок.
​- Минхо, что с тобой?! - Скай мгновенно оказался рядом, озираясь по сторонам с выхваченным оружием. - Ты что-то увидел?!
​- Сердце... - прохрипел я, сжимая кулаки до хруста костяшек. - Сердце сильно кольнуло... Чувствую... с ней что-то случилось...
​- Что?! Где она?! - засыпал вопросами Ньют, подбегая ближе.
​- Да откуда я знаю, где и что, блять?! - зарычал я, поднимая безумный, полный отчаяния и ярости взгляд. - Я просто почувствовал! Ей хреново! Прямо сейчас с ней происходит какая-то дичь, а мы тут стоим и тупо гадаем на кофейной гуще!
​Я подхватился на ноги с такой силой, что Томас отлетел в сторону. На моих ладонях самовольно вспыхнуло злое, неконтролируемое пламя, освещая темноту ночи.
​- Ищем дальше! - рявкнул я, вскакивая обратно на мотоцикл. - Обшариваем каждый подвал, каждую заброшку! Если эти суки из ПОРОКа хоть пальцем к ней прикоснулись - я их живьём сожгу!
Мы уже собирались срываться с места и нестись наугад в темноту, как вдруг сзади донёсся до боли знакомый, слегка раздражающий и безумно родной голос:
​- Эй, вы чего, пошли искать меня без меня?
​Мы все резко замерли, как вкопанные, и синхронно обернулись.
​Это была Эви. Правда... выглядела она так, будто только что пережила персональный апокалипсис. Чуток в крови, с разбитой губой, из которой тонкой струйкой бежала багровая капля, с распущенными волосами, растрёпанными ветром. На ней была только какая-то чужая, огромная мужская рубашка и короткие шорты, которые эта длинная рубашка полностью перекрывала, так что казалось, будто она вообще забыла надеть штаны.
​Стоп. Я только сейчас нормально разглядел её образ в свете фар нашего мотоцикла: из носа тонкой струйкой тоже текла кровь, на виске красовалась свежая ссадина. Но при этом... улыбка у неё была как всегда - абсолютно ахуительной, наглой и сияющей, будто она не из лап маньяков ПОРОКа только что сбежала, а с классной вечеринки вернулась.
​- Эви... - выдохнул я, чувствуя, как у меня отлегло от сердца, сменяясь диким шоком. - Твою мать... Ты где, блять, так выглядишь?!
- Да так... способности мои пропали, пришлось ухуяриваться с четырьмя парнями на износ судьбы, ну я, конечно, от них сбежала, и я не я, если бы не упала и не треснулась виском об бетон, вооот! - бодро отрапортовала она, разводя руками. - А нашла я вас легко, по спизженным следам мотоциклов!
​Я стоял посреди дороги, тупо переводя взгляд с её окровавленного виска на эту огромную чужую рубашку, и чувствовал, как у меня начинает дергаться правый глаз.
​- Стой... - Томас приоткрыл рот, медленно сползая с сиденья мотоцикла. - С какими... четырьмя парнями?!
​- Ну а с какими, по-твоему, ещё в заброшках по ночам тусуются? - закатила глаза Эви, брезгливо вытирая кровь тыльной стороной ладони. - Сначала они такие: «Ой, девчонка, иди сюда», а потом я такая: «Хер вам, а не девчонка», но так как магия отключилась, пришлось работать исключительно руками, ногами и той бетонной плитой, на которую я удачно упала головой!
​Скай медленно стянул шлем, провёл рукой по лицу и глухо произнес:
- Минхо... заберите у неё кто-нибудь этот мир. Она же нас всех в могилу сведет раньше, чем мы доберемся до «Правой руки».
​- Да ладно вам! - Эви победно ухмыльнулась, подходя ближе и забавно шатаясь на ходу. - Главное - я цела, жива, приключения нашла, и вы меня вон как героиски спасать кинулись!
​Я тяжело вздохнул, стянул с себя куртку и молча накинул ей на плечи, чтобы не светила тут чужими мужскими рубашками и боевыми ранениями.
​- Героически, блин... - проворчал я, но всё же не удержался и легко щелкнул её по лбу. - Ещё хоть раз потеряешься - я тебя сам привяжу к мотоциклу веревкой. Поехали отсюда, воительница хренова, пока на нас ещё какая-нибудь армия не свалилась.
Эви зябко кутнулась в мою куртку, поморщилась от боли в разбитой губе и вдруг задумчиво покосилась на наши трофейные мотоциклы, которые грозно гудели в тишине пустыни.
​- Э-э-э... - протянула она, подозрительно прищурившись. - А вам не кажется, что ездить на мотоциклах ПОРОКа вот так прямо по открытой дороге - это пиздец как палевно? Нас же маячки вычислят быстрее, чем я успею сказать «действие».
​Томас от неожиданности чуть не уронил свою флягу:
- Чёрт... А ведь она права! У них же наверняка встроены трекеры! Если мы сейчас покатим на них по шоссе, нас запеленгуют через пять минут.
​- Логично, блин, - выругался Ньют, пиная переднее колесо. - И что предлагаешь? Бросить их и снова пешком топать по этой сковородке?
​- Зачем бросать? - хмыкнул Скай, подходя к приборной панели и ловко вытаскивая из недр мотоцикла какую-то мигающую коробочку с проводками. Он со злости с размаху хрястнул её об камень, превращая в груду пластика. - Маячки вырываем, проводку замыкаем - и теперь это наши законные, угнанные у врагов аппараты.
​- О, а вот это по-нашему! - одобрительно кивнула Эви, вытирая остатки крови с носа. - Давайте быстрее ковыряйтесь, а то у меня от ваших «погонь» уже аппетит проснулся. Где тут у них бортовой холодильник?
Я впился в неё взглядом, нахмурившись всё сильнее.
​- А откуда рубашка-то? - перебил я её болтовню, делая шаг ближе и выразительно указывая на этот огромный чужой балахон.
​Эви лишь опустила голову и сильно, как-то слишком загадочно и ухмыльнулась.
​- Да так... неважно, - тихо промурлыкала она, даже не пытаясь скрыть свою хитрую лыбу.
​От этих слов и от этой её подозрительной улыбочки мы со Скаем просто моментально в песок утрамбовались. У меня внутри всё похолодело, а у Ская аж челюсть отвисла.
​- Эй-эй-эй, вы чего так уставились?! - тут же замахала на нас руками Эви, резко переводя тему и отступая на шаг назад. - Вы о другом подумайте! Мотоциклы - это, конечно, круто, но их рёв на всю пустыню слышно! Звуки и следы от колёс приведут сюда ПОРОК быстрее, чем вы успеете эти ваши маячки выколупать! Мы тут стоим, как мишени в тире!
​- Ты мне зубы не заговаривай! - рявкнул я, но мысли уже действительно начали путаться от её слов про вертушки ПОРОКа.
​- Да я серьёзно! - поддакнула она, активно кивая. - Они же по-любому уже выслали подкрепление за теми двумя мудаками! Заводите свои пепелацы и валим отсюда, пока нас с воздуха не расстреляли!
​Скай тяжело вздохнул, проведя рукой по лицу, и посмотрел на меня:
- Она, конечно, зубы заговаривает, но про следы права. Нам реально пора рвать когти, Минхо.
​- Мы к этому разговору про рубашку ещё вернёмся, - сурово отрезал я, сгреб эту катастрофу в охапку и усадил на мотоцикл прямо перед собой. - Держаться за меня мёртвой хваткой, поняла? Погнали!

Спустя полчаса мы наконец нашли более-менее приличное shelter в уцелевшем подвале старого склада. Все были вымотаны в край: натаскали каких-то старых матрасов, кусков ткани и улеглись кто где. К моему огромному сожалению, Эви свернулась калачиком в самом дальнем левом углу, а меня занесло аж в противоположный, правый.
​Между нами была целая пропасть из спящих парней, но мой мозг категорически отказывался отключаться. В темноте эта чужая огромная рубашка на ней просто мозолила мне глаза.
​Я не выдержал, приподнялся на локтях и рявкнул через весь подвал:
​- ЭВИ, ТАК ОТКУДА У ТЕБЯ ЭТА РУБАШКА-А-А-А?!
​- Мпмтятямпатситаиат... - донеслось из её угла лишь абсолютно непонятное, сдавленное мычание уткнувшейся в подушку Эви. Она даже не повернулась, только сильнее зарылась в куртку.
​- Ничего не понял, но звучит очень подозрительно! - подал голос Скай со своего матраса, тоже не смыкая глаз. - Минхо, пошли вершить допрос с пристрастием, она явно что-то скрывает.
​- Минхо, Скай, заткнитесь и дайте поспать, а? - проворчал Ньют, накрываясь капюшоном с головой. - Она её с чучела в пустыне сняла, успокойтесь уже!
​- Да с какого чучела?! - я уже встал на ноги и уверенным шагом направился через весь подвал в её левый угол. - Пока я точно не узнаю историю этой одежды, я не усну. Эви, подъем, разговор есть!
- Что-о-о-о-о-о-о-о-о-о-о? - протянула Эви с самым мученическим видом, едва приподняв лохматую голову от своего импровизированного матраса.
​- Откуда?! - я грозно навис над ней, уперев руки в бока. Скай уже бесшумно подкрался сзади и встал рядом с точно таким же требовательным выражением лица.
​- С верблюда, - абсолютно серьезно и не мигая ответила она.
​- ЭВИ! - синхронно рявкнули мы со Скаем на весь подвал.
​- Да что-о-о?! - она наконец села, потирая заспанные глаза и забавно щурясь от света наших карманных фонариков.
​- Колись!
​- Куда?!
​- Да бля! - я бессильно зарычал, закрывая лицо ладонями, пока Скай рядом едва удерживался, чтобы не заржать от этого диалога глухих.
​- Я тоже тебя-я-я люблю-ю-ю-ю! - пропела Эви, состряпав самую ангельскую и милую рожицу в мире, и тут же со смехом повалилась обратно на свой матрас, с головой укрывшись моей курткой.
​- Всё, бесполезно, - констатировал Скай, с улыбкой качая головой. - У неё включилась тактика «притворись дурочкой и признайся в любви». Это непробиваемая защита.
​Я тяжело вздохнул, чудом удержав отчаянный стон, но уголок губ сам собой пополз вверх. Ну вот как на эту катастрофу вообще можно злиться?
​Я молча пододвинул её матрас ближе к себе, перешагнул через спящего Томаса и уселся прямо рядом с ней на пол, прислонившись спиной к бетону.
​- Ладно, спи уже, «верблюдица», - проворчал я, заботливо поправляя куртку у неё на плече и слегка взъерошив ей волосы. - Но утром мы к этой рубашке ещё вернёмся!
Подвал погрузился в глубокую тишину. Ребята вокруг уже вовсю сопели: Томас свернулся калачиком, Ньют тихо бормотал что-то во сне, а Эви, накрывшись моей курткой, наконец-то спокойно задышала, свернувшись маленьким комочком.
​Я сидел рядом с ней, прислонившись спиной к холодной бетонной стене, и бессмысленно смотрел в темноту. Сна не было ни в одном глазу. Пережитый ужас от того, что мы чуть не потеряли её, всё ещё гонял адреналин по венам.
​Вдруг в противоположном конце помещения раздался тихий шорох. Я повернул голову и встретился взглядом со Скаем. Он тоже не спал - сидел, обняв колени, и въедливо смахивал какую-то пылинку с рукава.
​Почувствовав мой взгляд, Скай медленно поднялся, стараясь не шуметь берцами по крошке, и подошёл ближе. Он бесшумно кивнул в сторону выхода из подвала, где сквозь щели пробивался бледный лунный свет, и тихо, едва слышно прошептал:
​- Пойдём? Поговорим нормально?
​Я ещё раз покосился на Эви, убедился, что она крепко спит, и молча поднялся.
​Мы на цыпочках миновали спящего Фрайпана и вышли на свежий, прохладный ночной воздух Жаровни. Пустыня дышала тишиной. Мы отошли на пару метров от входа и встали у полуразрушенной кирпичной стены, опираясь на неё плечами.
​- Ну? - я первыми нарушил тишину, скрестив руки на груди и глядя на Ская. - О чём поговорить хотел? Про то, как у тебя тоже сердце в пятки ушло, когда она пропала, или про то, что нам дальше с ПОРОКом делать?
Скай тяжело вздохнул, достал из кармана флягу, но так и не сделал глотка. Он просто смотрел куда-то в бесконечную тёмную пустоту Жаровни, а потом тихо, без привычного язвительного тона, произнёс:
​- Прости меня, Минхо. Веду себя как ублюдок...
​Я посмотрел на него. Вся наша ревность, постоянно вспыхивающие споры и перепалки из-за Эви сейчас казались какими-то мелкими и глупыми. Мы оба чуть не сошли с ума за эту ночь. Оба готовы были перевернуть весь этот грёбаный мир, лишь бы она оказалась жива.
​Я опустил голову, горько ухмыльнулся и легко стукнул его кулаком в плечо.
​- Ты меня тоже прости... друг, - тихо ответил я, чувствуя, как спадает то дикое напряжение, которое дергало нервы последние часы.
​Скай коротко хмыкнул, качнув головой, и наконец с облегчением выдохнул:
​- Она нас двоих в могилу сведёт, ты же понимаешь?
​- Понимаю, - я опёрся затылком о холодную кирпичную стену и посмотрел на звёзды. - Но без этого стихийного бедствия здесь было бы совсем тошно.
​Мы простояли так ещё несколько минут в полном, но уже абсолютно спокойном и понимающем молчании. Впервые за долгое время между нами не было этой дурацкой войны.
​- Ладно, - Скай с тихим щелчком закрутил крышку фляги и убрал её в карман. - Пойдём обратно. А то проснется ещё, увидит, что нас нет, и пойдёт на верблюдах кататься.
​- И рубашку новую найдёт, - усмехнулся я, поворачивая назад к подвалу.
Я уже сделал шаг в сторону входа, но тут же резко остановился как вкопанный, чувствуя, как пазл в голове складывается в максимально подозрительную картину.
​- Стоп... - я медленно повернулся к Скаю, вытаращив глаза. - И ВСЁ ЖЕ, ОТКУДА ОНА И ЧЬЯ ОНА?!
​Скай замер на месте, перестав дышать.
​- Видно же, что мужская! - я начал активно жестикулировать, чуть не срываясь на крик от осенившего меня осознания. - И, сука, ЧИСТАЯ! Понимаешь?! Чистая! Шизы чистое не надевают, они в своём гнойном рваном шмоте годами гниют! ПОРОК носит всё чёрное или серое, с их сраными логотипами!
​- А эта... - Скай медленно сглотнул, и его глаза тоже округлились от шока. - А эта белая. Абсолютно, мать её, белая и отглаженная!
​- Вот именно, блядь! - я зашагал взад-вперёд по песку, схватившись за голову. - Белая! Где в этой проклятой Жаровне можно найти свежую, чистую, отглаженную БЕЛУЮ мужскую рубашку?! С кого она её сняла?! С какого такого чистенького принца из пустыни?!
​- Так, всё, - Скай решительно развернулся и практически побежал обратно в подвал. - Не спим. Подъём. Эви, просыпайся, блядь! У нас к тебе появился критически важный цветовой вопрос!
Скай влетел в подвал так резво, будто за нами гналась стая шизиков, и решительно навис над её матрасом.
​- Хрр-р-р... ми-ми-ми-ми... - донеслось из угла.
​Эви даже не думала просыпаться. Она свернулась в самый плотный клубок, натянув мою куртку прямо по нос, и выдавала такие идеальные, демонстративные звуки спящего ангелочка, что даже профессиональный ленивец обзавидовался бы. Притвориться мёртвой для неё явно было любимым видом спорта.
​- Ах ты ж хитрый кусок глайдера... - прошипел Скай, опускаясь на корточки и собираясь стянуть с неё куртку. - Мимимика у неё тут! Отменяй свой сон, контрабандистка белых рубашек, говори, куда дела владельца!
​Я молча подошёл следом, скрестил руки на груди и ткнул носок ботинка прямо в край её матраса:
​- Отменяй спектакль, Эви. Мы знаем, что ты не спишь. У тебя ресницы дрожат так, будто ты вертолёт заводишь. Выкладывай, пока мы не начали проводить обыск с пристрастием.
- Да нева-а-а-а-ажно-о-о-о-о, дайте поспать! - буркнула Эви и, не открывая глаз, с головой зарылась под куртку, превращаясь в совершенно неприступный текстильный кокон.
​- В смысле «неважно»?! - взвился Скай, пытаюсь поддеть край куртки пальцем. - Белая! Отглаженная! В Жаровне, где даже песок грязный! Эви, ты встретила местного султана?! Ты ограбила прачечную ПОРОКа?! Скажи хотя бы, что ты за неё никому не задолжала!
​Я тяжело вздохнул, опустился на корточки прямо рядом с её «укрытием» и слегка потрепал этот бугорок по плечу.
​- Ладно, ораторша, - усмехнулся я, чувствуя, как злость окончательно сменяется усталостью и облегчением. - Мы дадим тебе сбежать от допроса до утра. Но учти: как только встанет солнце, мы со Скаем устроим тебе полный опрос с пристрастием. И про четыре парня, и про белую рубашку, и про то, как ты виском бетон ломаешь.
​Из-под куртки вылез только самый кончик её носа, а потом показался хитро прищуренный глаз.
​- Договорились... - прошептала она с довольной улыбкой. - А теперь брысь, мальчики, спасатели вы мои. Дайте победителю ПОРОКа выспаться.
​Скай переглянулся со мной, качнул головой и, фыркнув, уселся на соседний матрас. Я же просто лег рядом, вытянувшись на полу, и наконец-то впервые за эту безумную ночь смог спокойно закрыть глаза.
И только-только я спокойно закрыл глазки, попытавшись провалиться в сон, как мозг снова выдал изображение этой проклятой белой рубашки. Я тут же обратно открыл глаза.
​И ровно в эту же секунду Скай рядом со мной тоже резко распахнул свои. Мы уставились друг на друга в полутьме подвала, и без единого слова всё стало понятно: спать никто не будет, пока мы не разберёмся с этой аномалией. Мы с полувзгляда друг друга поняли - нам надо срочно поболтать на улице.
​Скай молча кивнул в сторону выхода и шепнул:
- Айда.
​- Айда, - так же тихо отозвался я, мгновенно поднимаясь на ноги.
​Мы максимально бесшумно выскользнули из подвала на прохладную ночную улицу. Пустыня всё так же дышала холодом, а над нами висело чистое звёздное небо.
​- Чувак, я не могу спать, - сразу начал Скай, ероша волосы на затылке и зашагав взад-вперёд по песку. - Мой мозг просто плавится! Белая! Чистая! Мужская! Да где в этой грёбаной Жаровне ночью можно достать БЕЛУЮ рубашку?!
​- Вот и я о том же, блядь! - я судорожно скрестил руки на груди, чуствуя, как внутри снова закипает подозрение. - Шизы - мимо. ПОРОК носит всё чёрное или серое с ног до головы, если только это не врачи в халатах. Да и с кого она её сняла?! Чтобы белая рубашка осталась чистой в этом аду, её хозяин должен был сидеть в стерильном бункере!
​- И почему она, сука, так загадочно лыбилась?! - Скай остановился и ткнул пальцем в сторону подвала. - «Да так... неважно»! В смысле неважно?! Если она пересеклась с кем-то из ПОРОКа или с каким-то тайным франтом из пустыни, мы должны знать!
​- Так, всё, пошли обратно, - я решительно развернулся к входу. - Плевать, что ночь. Я её сейчас свяжу этой же рубашкой, но правду вытянут!
- Да ладно, дай поспать, а завтра я сам её ПРИКОНЧУ, - Скай устало провёл ладонью по лицу, а потом внезапно замер и уставился на меня странным, тяжёлым взглядом. - Но погоди, Минхо... почему именно Эви?
​- О чём ты? - я нахмурился, чувствуя, как разговоры снова сворачивают куда-то не туда.
​- Да ты вспомни! - Скай подошёл ближе, понизив голос до шепота. - В Глейде все парни вокруг неё вьются, как сумасшедшие, подкатывали постоянно, вещи свои отдавали! Потом, когда нас отправили к Дженсону, там тоже постоянный цирк: то охранники на неё заглядываются, то врачи, то другие парни её добиваются!
​Он сделал паузу, сжимая кулаки, и перешёл на совсем тихий, но ядовитый тон:
​- А Арис?! Ты видел, как они друг на друга смотрят? У них там история прошлого такая, будто они в той жизни встречались! А Ньют?! Вспомни Глейд, этот хромой постоянно с ней что-то скрывал! Откуда он вообще её имя узнал, когда она сама его ещё не вспомнила?!
​Я замер, прокручивая в голове всё, что он только что выпалил. Ночные тени Жаровни казались ещё гуще, а слова Ская неприятным осадком оседали где-то под рёбрами, заставляя вспомнить каждый деталь их загадочного прошлого.
- Стоп... - я резко замер, и меня будто холодным душем окатило. Я уставился на Ская, щурясь в темноте. - А откуда ты вообще знаешь про то, что творилось у Дженсона? Ты же для нас мёртвым всё это время считался!
​Скай замялся на секунду, отвёл взгляд в сторону пустыни, а потом тяжело вздохнул и скрестил руки на груди.
​- Я тоже по вентиляциям шлялся, - тихо, но твёрдо признался он, смотря мне прямо в глаза. - Только об этом никто не знает. Я за вами по пятам шел... И каждый раз видел, как Эви сильно плакала, когда ты с Рики обнимался.
​В груди всё моментально сжалось. Слова Ская ударили под дых сильнее, чем любой босс из ПОРОКа. Я прочистил горло, чувствуя, как хвалёная уверенность трещит по швам.
​- Она... плакала? - переспросил я, и голос неожиданно дал осечку.
​- Плакала, Минхо, - хмуро поддакнул Скай, качнув головой. - Пока ты там свою Рики успокаивал, Эви чуть ли не в узел завязывалась от боли. Так что если ты сейчас пойдёшь её из-за какой-то белой рубашки допрашивать - ты будешь последним конченным идиотом.
​Я провёл ладонями по лицу, тяжело дыша. Все эти подкаты парней в Глейде, странные переглядки с Арисом, секреты Ньюта и эта грёбаная рубашка... А ведь пока я накручивал себя и искал подвох, она просто молча страдала, глядя на нас с Рики.
​- Чёрт... - выдохнул я, закидывая голову к звёздному небу. - Ну и мразь же я...
​- Вот именно, - хмыкнул Скай, хотя в его голосе уже не было злости, только усталость. - Так что пойдём спать. А утром просто будь с ней нормальным, понял? Без своих допросов.
- А у нас быстро меняются темы, - хмыкнул я, но тут же нахмурился, чувствуя, как внутри снова закипает любопытство. - Про Ариса и Ньюта мне пиздец как интересно.
​Я уже сделал шаг в сторону подвала, но Скай резко остановился, сжал моё плечо и с силой потянул меня обратно - к той самой полуразрушенной кирпичной стене, откуда мы только что хотели уходить.
​- Нет, нам надо болтать, - отрезал Скай, вытаращив глаза в темноту. В его голосе прозвучало такое напряжение, что я даже не стал вырываться. - Ньют - это вообще какая-то отдельная история, Минхо. Ты хоть понимаешь, насколько всё странно?!
​- Да в смысле «странно»? - я скрестил руки на груди, опёршись спиной о холодные кирпичи. - Ньют наш друг, он всегда был за нас.
​- Да я не про верность! - Скай понизил голос до шипения и подошёл вплотную. - Ты вспомни Глейд! Когда Эви только поднялась в Лифте, она ничего не помнила. Вообще ничего! Ни своего имени, ни откуда она! И тут выходит Ньют, смотрит на неё так, будто призрака увидел, и прямо сходу, без единой подсказки, называют её имя: «Эви». Откуда, блядь?! Откуда этот хромой мог знать её имя, если ПОРОК всем нам память под чистую стёр?!
​Я замер. В голове будто что-то щёлкнуло. А ведь реально... Нам всем понадобились дни, а кому-то и недели, чтобы вспомнить хотя бы имя, а Ньют выдал его в первую же секунду.
​- И это ещё не всё, - продолжал нагнетать Скай, активно жестикулируя. - Арис! Когда мы сидели в той распределиловке у Дженсона, я видел, как они шептались. Они смотрели друг на друга не как незнакомцы, которые просто переписывались через стену. У них взгляд был... будто они через ад вместе прошли задолго до Лабиринта! Как будто они там, в ПОРОКе, были кем-то больше, чем просто подопытными!
​- Ты хочешь сказать... - у меня внутри всё похолодело. - У них было общее прошлое, о котором они оба нам ни хера не рассказывают?
​- Я хочу сказать, что наша «смертная» Эви обросла такими тайнами, что белая рубашка - это вообще ясельная группа! - Скай тяжело задышал, ероша волосы. - Ньют знает её прошлое. Арис знает её секреты. А мы с тобой бегаем вокруг, как два дурака, и пытаемся понять, с кого она эту рубашку сняла!
- И всё же в ней есть что-то притягательное... - тихо выдохнул Скай, глядя в сторону входа в подвал.
​Я на секунду замолчал, прокручивая в голове всё, через что мы прошли, а потом посмотрел на него очень серьёзно и произнёс:
​- ...Но я никак не забуду, как она на коленях в Лабиринте орала, думая, что ты сдох.
​Скай замер. Вся его ярость и подозрительность моментально испарились, а лицо вытянулось.
​- Что?.. - медленно переспросил он, уставившись на меня.
​- Когда ты пропал, - тихо продолжал я, глядя ему прямо в глаза, - и когда мы нашли только твой грёбаный блокнот... Ты бы видел её, Скай. Она упала на колени прямо там, в грязи, зажала этот блокнот к груди и орала так, будто из неё душу вживую выдирают. Нас с Ньютом колотило, но она... Её просто разорвало на куски. Она рвалась обратно в секторы, готова была к Гриверам в пасть залезть, лишь бы тебя найти.
​Скай стоял, оглушённый моими словами, и не мог вымолвить ни звука. Он судорожно сглотнул, опустив взгляд на свои дрожащие пальцы.
​- Она тебя любит, чувак, - завершил я, тяжело вздохнув и опершись плечом о стену. - До безумия любит. Со всеми своими секретами, Арисами, Ньютами и даже с этой блядской белой рубашкой. Она за нас с тобой сдохнуть готова, и мы оба это прекрасно знаем.
​Скай провёл ладонью по лицу, пытаясь скрыть накатившие эмоции, и только тяжело выдохнул:
​- Пойдём в подвал... Пойдём к ней.
- Минхо... а она скучала только по мне, или... по Итану? Бэну?
​Скай замер у самого входа, так и не переступив порог. В его голосе не было прежней язвительности - только глухая, тупая боль. Они ведь пропали в тот проклятый день втроём. Тот самый день, когда Лабиринт забрал сразу троих, оставив нам только этот грёбаный блокнот.
​Я остановился, обернулся и посмотрел на него.
​- По всем вам, Скай, - тихо, но твёрдо ответил я. - По всем трём. Вы втроём в тот день не вернулись, и её просто умножило на ноль. Она выла так, будто её на куски рвут за вас троих - за тебя, за Итана, за Бэна.
​Скай сжал челюсти так, что желваки ходуном заходили. Он судорожно задышал, смотря куда-то в темноту пустыни и пытаюсь переварить то, что насрали нам в душу эти проклятые стенолазы.
​- Она всех вас в сердце носила, - добавил я, подозвав его взглядом. - Но когда она сжимала твой блокнот, думая, что вы все сдохли там, за воротами... Это был полный пиздец, Скай. Так что не смей даже думать, что ей было похер.
​Скай тяжело выдохнул, резко провёл ладонью по лицу и молча кивнул.
​- Пойдём в подвал, Минхо, - прочистив горло, тихо сказал он. - Хватит душу рвать. Пойдём к ней.
- Или в миллионный раз не пойдем, давай поболтаем, - вздохнул Скай, усаживаясь прямо на пыльную землю и прислоняясь затылком к кирпичам.
​- Ладно, давай, - согласился я, опустившись рядом и вытянув затекшие ноги.
​- Стоп-п-п... - я резко осекся, замирая на полуслове, и уставился в одну точку. В голове сработал какой-то дикий, бешеный щелчок, от которого по спине пробежал мороз.
​- Что, Минхо? - Скай недоуменно нахмурился, поворачивая ко мне голову.
​- Почему ты напомнил про Бэна... и теперь мне рубашка Эви напоминает ЕГО рубашку?! - выпалил я, ощущая, как сердце начинает колотиться где-то в горле.
​Скай сначала просто замер с открытым ртом, а потом его глаза медленно округлились до размеров двух обеденных тарелок. Он резко подался вперед, хватая меня за плечо.
​- Ты... ты сейчас серьёзно?! - прошептал он, едва дыша. - У Бэна... у Бэна же была точно такая же белая, плотная рубашка! Он её берег, как не знаю что, и носил только по особым дням в Глейде!
​- Да, блядь! - я судорожно провел рукой по волосам, чувствуя, как пазл в голове складывается в какую-то абсолютно жуткую и нереальную картину. - Чистая, белая, чуть великоватая... Но Бэн пропал вместе с вами! Его рубашка должна была сгнить в Лабиринте или достаться Гриверам! Откуда... откуда она у Эви спустя столько времени?!
​- Минхо, - голос Ская дрогнул, и он тяжело сглотнул. - Либо мы сейчас сошли с ума на пару... либо Бэн жив. Или Эви была там, где пропали парни, и забрала её.
​Мы уставились друг на друга в полной тишине ночной Жаровни, понимая: спать мы сегодня точно уже не ляжем.
Тут из темноты к нам медленно выбрела сонная компания: Томас, Фрайпан, Уинстон и Арис. Все четверо выглядели так, будто их только что подняли из могилы - щурились, чесали затылки и недовольно потягивались.
​- Вы чё не спите, ребят? - зевая во весь рот, пробормотал Томас, кутаясь в какую-то драную кофту. - Вы тут полночи шепчетесь, как две бабки на скамейке, спать мешаете...
​- О-о-о-о-о-о, Арис! - я мгновенно подскочил на ноги, проигнорировав Томаса, и хищно уставился на него. - И Ньют! Точно, Ньюта еще не хватает! Вы-то нам двое и нужны-ы-ы!
​- В каком смысле? - Арис мгновенно напрягся, сделав шаг назад, и сонливость с него как рукой сняло.
​- В прямом, блядь! - Скай поднялся следом за мной, скрестив руки на груди и сверля Ариса подозрительным взглядом. - Томас, иди разбуди Ньюта. Срочно. У нас тут образовался консилиум по вопросам белой рубашки и паранормальных явлений.
​- Вы совсем ебанулись? - подал голос Уинстон, переводя взгляд с меня на Ская. - Какая рубашка? Час ночи!
​- Та самая белая рубашка, которая сейчас на Эви! - рявкнул я. - И которая, сука, точь-в-точь как та, в которой Бэн ушел в Лабиринт!
​Наступила гробовая тишина. Фрайпан замер с чесавшимся ухом, Томас вытаращил глаза, а Арис заметно бледнел на глазах, нервно перебирая пальцами край своей куртки.
- Я привёл это сонное создание, - ворча, сказал Томас, буквально волоча за собой еле живого Ньюта.
​- Какого хера тут весь мужской состав собрался? - прохрипел Ньют, протирая глаза кулаком и спотыкаясь на ровном месте. Он хмуро оглядел нашу компанию: - Вы время видели? У нас тут что, экстренное собрание клуба полуночников?
​- Собрание клуба «Какого чёрта происходит», - отрезал я, делая шаг к ним и указывая пальцем сначала на Ньюта, а потом на Ариса. - Так, хромой, отойди от анабиоза, вопрос жизни и смерти. И ты, Арис, не шифруйся, встань рядом!
​- Вы можете нормально объяснить, из-за чего шум? - подал голос Фрайпан, скрестив руки и поочерёдно переводя взгляд с меня на Ская.
​- Объясняю на пальцах, - Скай подошёл ближе и понизил голос до мрачного шипения. - На Эви белая мужская рубашка. Чистая, отглаженная. В Жаровне, мать её! И Минхо только что допёр: это точная копия той самой рубашки Бэна, в которой он пропал вместе со мной и Итаном!
​Ньют мгновенно замер, и вся его сонливость улетучилась за секунду. Глаза округлились, а сам он резко перевёл взгляд на Ариса.
​- А при чём тут мы с Арисом?! - сразу насторожился Арис, сделав ещё шаг назад.
​- А при том, - я хищно шагнул к нему вплотников. - Что ты у Дженсона с ней перешептывался так, будто вы до Лабиринта пару лет встречались. А Ньют в Глейде сразу выболтал её имя, когда она сама его не помнила! Вы оба про неё знаете больше, чем говорите. Так что выкладывайте: откуда у неё рубашка Бэна, с кем она пересекалась в ПОРОКе и что вы, сука, от нас скрываете?!
Арис и Ньют синхронно переглянулись. Сонливость с них сдуло моментально, а лица стали бледнее утреннего песка.
​- Хуйня? - тихо, с полным осознанием катастрофы спросил Арис.
​- Хуйня... - так же тихо, сквозь зубы подтвердил Ньют, и по его лбу пробилась нервная испарина.
​Они поняли: мы попали прямо в яблочко. Их зажали в угол, и вертеться больше было некуда.
​- Так, стоп, - Томас нахмурился, переведя взгляд с Ньюта на Ариса. - Вы сейчас серьёзно? То есть эта херня с рубашкой Бэна и тайнами - не паранойя Минхо со Скаем?!
​- Мы попали, Ньют, - Арис нервно сглотнул, сделав шаг назад и вжимая голову в плечи. - Они всё поняли.
​- Заткнись, Арис! - рявкнул Ньют, но его голос заметно дрогнул. Он судорожно перевёл взгляд с меня на Ская, сжимая кулаки так, что побелели костяшки. - Минхо... Скай... Вы не понимаете, во что влезаете. Есть вещи, которые вам лучше вообще не знать. Ради вашей же безопасности, блядь!
​- Нет уж, хромой, теперь ты заткнись! - Скай хищно шагнул к нему вплотников, буквально дыша ему в лицо. - Про рубашку Бэна! Про то, откуда ты выкопал её имя в первый же день! И про то, какого хера Арис смотрит на неё так, будто они вместе в ПОРОКе за одним столом сидели!
​- Выкладывайте всё. Прямо сейчас, - я встал плечом к плечу со Скаем, скрестив руки на груди и не сводя глаз с Ариса. - Или мы сейчас разбудим Эви и устроим вам очную ставку, от которой Жаровня расплавится.
Ньют тяжело вздохнул, закрыл лицо ладонями, а потом медленно опустил руки. На него было больно смотреть - в глазах стояла такая тоска, какой я у него никогда не видел.
​- Я с Арисом познакомился тогда же, когда он и припёрся из вентиляции, - тихо, почти шёпотом начал Ньют, смотря куда-то в темноту под ноги. - Но потом мы начали всё обсуждать и поняли, что мы в хуйне.
​Он сделал паузу, судорожно прочищая горло. Томас, Фрайпан и Уинстон замерли, боясь проронить хоть звук.
​- Я помню не всё, - продолжал Ньют, качая головой, и его голос заметно дрогнул. - Помню только это... Это было не так уж давно, когда Эви было всего 13, мне было лет тогда 15, что ли. Я был влюблён в неё. Бегал за ней, любил её... сильно-сильно. И когда мне пришла весть о том, что её и мою сестрёнку, которую я, к сожалению, не помню, уводят в Лабиринт, то мне было хреново.
​Ньют сжал челюсти так, что желваки ходуном заходили, и тяжело задышал:
​- Напоследок мы с ней попрощались... И она дала клятву, что обережёт мою сестрёнку. Понимаете? Она дала мне это грёбаное обещание перед тем, как нам всем стёрли мозги! Поэтому я и знал её имя, когда поднялся Лифт! Я просто... я просто вспомнил ту, которую любил больше жизни!
​В наступившей тишине было слышно только свист ночного ветра Жаровни. Я стоял, абсолютно оглушённый его признанием, и не знал, что сказать. Скай рядом со мной замер с открытым ртом, переводя шокированный взгляд с Ньюта на молчавшего Ариса.
- А сейчас? Сейчас ты любишь её? - раздался из темноты тихий, но чёткий голос.
​Мы все резко обернулись. У края стены стояла Тереза. Она скрестила руки на груди, пристально и без единой эмоции смотря прямо на Ньюта. Судя по всему, она подошла уже давно и слышала каждое слово.
​Ньют замер. На секунду показалось, что он сейчас разозлится или просто развернётся и уйдёт. Он опустил взгляд на свои сбитые ботинки, тяжело выдохнул, а потом слегка поджал губы и ответил тихо, но честно:
​- Временами бывает...
​В воздухе повисла такая плотная тишина, что было слышно, как шуршит песок под ветром.
​- Чего?.. - у меня аж дыхание перехватило. Я шагнул к Ньюту, чувствуя, как внутри снова всё закипает, но уже совершенно по-другому. - В смысле «временами бывает», хромой?! Ты о чём вообще?!
​- О том, Минхо! - Ньют поднял на меня усталые, полные боли глаза. - Каково это, по-твоему? Помнить, как ты сходил по человеку с ума, а потом видеть, как она смотрит на тебя просто как на друга, потому что её сердце давно принадлежит тебе и Скаю?! Каково каждый день видеть её рядом и глушить в себе всё, что всплывает из проклятой памяти ПОРОКа?!
​- Сука... - тихо пробормотал Скай, затирая ладонью лицо. - Вот это мы докопались до правды...
​- Да, докопались! - Ньют нервно усмехнулся, переводя взгляд с меня на Ская, а потом на молчавшую Терезу. - Довольны теперь?! Полегчало вам от моей истории?!
- Арис, твоя очередь, миленький тихоня ты наш, - я перевёл взгляд на него, складывая руки на груди. - Выкладывай.
​Арис тяжело вздохнул, потёр шею и тихо спросил:
​- Лабиринт... у вас был лабиринт лета, же да?
​- Ну да, - хмыкнул Скай. - А у тебя что, зимы, что ли? Ха-ха!
​- Да, - абсолютно серьёзно ответил Арис.
​Мы со Скаем переглянулись. Смех моментально улетучился.
​- Реально?.. - переспросил я, нахмурившись.
​- Я был единственным парнем среди пятидесяти девушек в лабиринте льда, - тихо начал Арис, смотря куда-то в темноту. - После меня спустя месяц приехал Лифт. Я надеялся, там будет парень... но там приехал четырнадцатилетний цветок. Эви. Спустя недели мы с ней сдружились... и влюбились друг в друга. Мне было тогда шестнадцать. Сильно любил я её. Но однажды она пропала... и не вернулась.
​Наступила такая тишина, что было слышно только наше тяжёлое дыхание.
​- Подожди... - Скай медленно поднял руку, переводя шокированный взгляд с Ариса на Ньюта, а потом на меня. - Лабиринт льда?! И она была ТАМ?!
​- То есть... - меня аж в пот бросило от этой херни. - Эви была и в ПОРОКе с Ньютом, и в другом Лабиринте с Арисом, а потом попала к нам в Глейд?! Сколько, сука, lives у этой девчонки?!
​Арис опустил голову:
​- Я думал, она замерзла там, насмерть. А когда увидел её у Дженсона... у меня чуть сердце не остановилось. Она не помнила меня, Минхо. Вообще. Но на ней была... та самая белая рубашка.
- Так, стоп, мой мозг сейчас взрвётся! Давайте так, начнём всё сначала, - сказала Тереза, замахав руками и пытаясь переварить услышанное.
​Она прошла взад-вперед перед нами, загнула один палец и принялась раскладывать всё по полочкам:
​- Во-первых, у Эви раньше была хорошая жизнь: мать, отец и брат - это Галли. И ты, Скай, друг её был. Ну и я так поняла, ты ещё с детства был в неё влюблён. Потом её родители умерли, и Дженсон взял на опеку их обоих. Потом в ПОРОКе появляется Ньют, они с ним снова влюбились, ей было тринадцать. На момент, когда её отправили в Лабиринт к Арису, ей было четырнадцать. Когда она пропала - значит, её отправили в наш Глейд, и ей было пятнадцать. Потом, мне Томас рассказал, вы праздновали её шестнадцатилетие, там уже роман с Минхо... и...
​Тереза замерла, сбилась, прикрыла рот ладонью и вытаращилась на нас всех абсолютно диким взглядом:
​- ...Блять... У неё аж прям четыре любви, которые до сих пор её любят! - в полном ахуе резюмировала она.
​- Четыре?! - рявкнул я, окончательно потеряв связь с реальностью. - В смысле, блядь, четыре?! Галли - брат, это ладно. Скай - любовь с детства! Ньют - любовь из ПОРОКа! Арис - любовь из заснеженного ада! А я тогда кто?! Финал этой Санта-Барбары?!
​- Ты тот, из-за кого она на коленях в грязи орала, когда думала, что ты сдох, - хмуро напомнил Скай, хотя сам выглядел так, будто его переехал грузовик. - Так что не ори.
​- Да я не ору, я херею! - я схватился за голову. - Это не девчонка, это какая-то ходить-любить-катастрофа! Она что, собрала коллекцию из всех Лабиринтов и корпусов ПОРОКа?!
​- А про рубашку Бэна вы так и не объяснили... - подал тихий голос Томас, жавшись у стены. - Откуда она всё-таки у неё, если в Лабиринте льда Бэна не было?
​Все синхронно повернулись и уставились на Ариса с Ньютом.
- А вот в этом мы не причастны, - мгновенно открестился Арис, поднимая руки ладонями вперёд. - Она у неё появилась так же, как и её любовь менялась. Вспыхнула - и всё.
​- В смысле «менялась»?! - Ньют аж прихрамывать перестал от возмущения, смерив Ариса тёмным взглядом. - Ты на что это намекаешь, Арис? Что она нас, как перчатки, меняла?!
​- Я не про это! - нервно замахал руками Арис, вжимая голову в плечи под общим прицелом взглядов. - Я про то, что её жизнь - это грёбаный конвейер ПОРОКа! Ей стирали память, кидали из одного ада в другой, а эта рубашка... Да хрен его знает, может, Бэн её реально кому-то отдал перед пропажей, а к Эви она попала уже через третьи руки! Она сама хоть помнит, откуда её сдёрнула?!
​- Не помнит она ни хера, вернее, помнит только то, что ПОРОК позволил, - отрезал Скай, опускаясь прямо на холодный песок и обхватывая голову руками. - Сука, у меня сейчас череп треснет. То есть пока мы в Глейде стройматериалы таскали и стены строили, у Эви тут была трагедия мирового масштаба: детство со мной, любовь с Ньютом, ледяной ад с Арисом...
​- ...И в финале - я, - мрачно подытожил я, скрестив руки на груди. - И куча нераскрытых тайн про Бэна, её брата Галли и белую рубашку, которая прошла с нами через полконтинента.
​- Ребят, - тихо подал голос Фрайпан, осторожно указывая пальцем в сторону входа в подвал. - Вы только сильно не орите... но там, кажется, кто-то проснулся.
​Из темноты проёма медленно показалась знакомая силуэтная фигура. Эви стояла у лестницы, протирая глаза, а на её плечи была накинута та самая чистая, чуть великоватая белая рубашка.
​- Вы чего тут устроили?.. - сонно пробормотала она, щурясь на нашу компанию. - Час ночи, а весь мужской состав на улице... Вы меня хоронить собрались или на допрос вести?
​Все семеро - я, Скай, Ньют, Арис, Томас, Фрайпан и Тереза - одновременно замерли и уставились на неё в абсолютной, звенящей тишине.
- Вы чего тут устроили?.. - сонно пробормотала она, щурясь на нашу компанию. - Час ночи, а весь мужской состав на улице... Вы меня хоронить собрались или на допрос вести?
​Все восемь человек - я, Скай, Ньют, Арис, Томас, Фрайпан, Уинстон и Тереза - одновременно замерли и уставились на неё в абсолютной, звенящей тишине.
​Первым не выдержал Уинстон: он медленно перевёл взгляд с нас на Эви, потом обратно, нервно сглотнул и сдал назад на пару шагов, тихо прошептав:
- Я в этом фанатском клубе бывших и будущих не состою, так что если вы сейчас начнёте её делить, чур, я за лопатой...
​- Уинстон, заткнись! - шикнул на него Скай, спешно пытаясь сделать самый непринуждённый вид на свете, хотя глаза всё ещё были размером с блюдца.
​- Да мы тут это... - замялся Томас, почесав затылок и глядя куда угодно, только не на неё. - Погоду обсуждаем. Ночные заморозки Жаровни, так сказать.
​- Ага, заморозки, - хмыкнула Эви, поправляя на плечах ту самую длинную белую рубашку и с подозрением разглядывая наши сжатые кулаки и вытянутые физиономии. - И поэтому вы встали плотным кольцом вокруг Ариса и Ньюта, как будто они у вас последнюю банку тушёнки украли?
​Я тяжело выдохнул, сделал шаг вперёд и посмотрел ей прямо в глаза. Все тайны ПОРОКа, ледяные лабиринты, детские клятвы и три её прошлые жизни сейчас сжались до одного лёгкого движения ветра, раздувавшего полы этой грёбаной рубашки.
​- Эви, - тихо и очень серьёзно спросил я, пока остальные семь человек затаили дыхание. - Скажи честно... Откуда у тебя эта рубашка?
Эви медленно опустила руки. Сонливость с неё мгновенно слетела, а взгляд стал странно тяжёлым, взрослым и каким-то отчаянно-спокойным.
​- А если я вам скажу... - тихо проговорила она, оглядев нашу застывшую шеренгу, - ...что все глейдеры, которых утащили гриверы, живы? И Чак, и Алби, и Джефф, и все на свете...
​Она сделала паузу, тяжелея голосом, и опустила глаза на свои босые ноги:
​- ...Конечно, кроме моего брата.
​В Жаровне будто отключили весь звук. Повисла такая мёртвая тишина, что было слышно, как шуршит песчинка, падающая с крыши подвала.
​- Чего?.. - первым выдохнул Томас, и голос его сорвался на какой-то ультразвуковой писк. - Чак... Чак жив?!
​- Эви, ты сейчас не шутишь?! - я сделал стремительный шаг к ней, хватая её за плечи, но тут же ослабил хватку, чувствуя, как меня самого начинает колотить крупная дрожь. - Алби?! Джефф?! Гриверы их не сожрали?!
​- ПОРОКу нужны были их мозги и иммунитет, а не их трупы, - спокойно, без единой слезы ответила она, поглаживая рукав той самой рубашки. - Гриверы - это просто транспортировка. Курьеры в металле. Их всех усыпляли и увозили в лаборатории нижнего уровня. Бэн тоже был там. И эту рубашку он передал мне, когда меня переправляли между секторами.
​- Сука-а-а-а... - Скай сполз по стене на корточки и схватился за волосы, сжимая их до белых костяшек. - Они живы... Они, блядь, все живы!
​- Все, кроме Галли, - тихо повторил Ньют, и в его глазах вспыхнула такая смесь боли и лютой, бешённой ненависти к ПОРОКу, что у меня по спине пробежал мороз.
​Уинстон, Фрайпан и Арис стояли, словно громом поражённые. Вопрос про прошлые романы Эви мгновенно испарился, сгорев в огне этой новости.
​- Эви... - Томас сжал кулаки так, что затрещали суставы, и шагнул к ней вплотников. - Где они? Где ПОРОК их держит?!
- Не ПОРОК... бля, я такая сучка, ха-ха, - выдала Эви и расплылась в самой длинной, наглай и довольной ухмылке, которую мы только от неё видели.
​Мы все застыли. У Томаса аж глаз дернулся, а Фрайпан с Арисом синхронно сделали шаг назад, опасливо переглянувшись.
​- Не поняли... - медленно проговорил я, почувствовав, как левая бровь ползёт куда-то в район лба. - В смысле «не ПОРОК»? Ты сейчас о чём вообще?!
​- Ну короче! - Эви задорно всплеснула руками, поправляя длинные рукава белой рубашки. - У меня столько тайн прошлых, что я вспомнила ВСЁ. И про то, что я как-то раз договорилась с «Правой рукой»!
​Она сделала паузу, с наслаждением смакуя эффект от своих слов, пока наша компания из восьми человек медленно сходила с ума.
​- Короче, расклад такой: я с ними условилась, что если меня утащат в Лабиринты, они спасут всех, кого я захочу! - продолжение выдалось ещё более диким. - И спасут с помощью гриверов! Гриверы - это перепрошитые железки «Правой руки». Они их утаскивали, но не убивали, а тупо выкидывали в пустыне прямо на базу к партизанам!
​- Чего-о-о-о?! - в один голос рявкнули мы со Скаем.
​- То есть... - Томас схватился за голову двумя руками, оседая на песок прямо рядом со Скаем. - Чак... Алби... Бэн... Джефф... Все они не у ПОРОКа в банках плавают... а тусуются на базе «Правой руки» и жрут тушёнку?!
​- Ну да! - Эви пожала плечами с самым невинным видом, будто только что рассказала, что купила в магазине хлеба. - А рубашку Бэн мне отдал, когда «Правая рука» меня между секторами перебрасывала. Я просто застряла немного по дороге.
​- Ты... ты гениальная сучка, Эви! - Скай вдруг нервно заржал, закидывая голову назад и утирая слезу. - Ты разыграла ПОРОК, Правое крыло, нас и всю Жаровню!
​- Я сейчас или въебу кому-то, или заплачу, - прохрипел Ньют, сползая по стене и утыкаясь лицом в колени, пока Уинстон и Фрайпан истерически хихикали в кулак.
​Я подошёл к Эви вплотную, посмотрел в её хитрые, довольные глаза, схватил за талию и просто приподнял над землей, потрясся от смеха и шока одновременно:
​- Ты понимаешь, что ты с нами сделала?! Мы тут весь свой прошлый состав обсудили, Ньюта с Арисом едва не закопали, про рубашку Бэна детектив устроили... А у тебя Чак с Алби у «Правой руки» в настолки рубаются?!
- Ладно, пойдёмте спать, - совершенно спокойно сказала Эви, сладко потянувшись и поправив широкие рукава рубашки Бэна.
​Она повертелась на каблуках и, даже не дожидаясь ответа, неторопливо пошагала обратно вниз по лестнице в подвал, будто только что не перевернула весь наш мир с ног на голову.
​Мы так и остались стоять на ночном ветру Жаровни. Восемь человек, выжатых до капли, в полной прострации и охуении.
​- Спать... - первым выдохнул Томас, нервно сглотнув и посмотрев на Ньюта. - Она сказала «пойдёмте спать»... Чак жив, Алби у «Правой руки», а она просто пошла спать...
​- Я сейчас реально пойду и сброшусь с какого-нибудь бархана, - пробормотал Ньют, всё ещё сидя на корточках и глядя перед собой остекленевшим взглядом. - Вы понимаете, что мы только что пережили? Я тут душу выложил, Арис чуть в штаны не наложил, Минхо со Скаем чуть не подрались... а она про «Правое крыло» рассказала между делом, как про погоду!
​- Зато Бэн жив, - подал голос Арис, вытирая испарину со лба. - И рубашка... рубашка реально его.
​- Заткнись, Арис, - синхронно рявкнули мы со Скаем.
​- Так, всё, - отрезал Фрайпан, махнув рукой и направляясь к входу. - Мой мозг сгорел. Я иду спать. Если завтра выяснится, что Гриверы ещё и пиццу умеют печь - даже не будите меня, мне похер.
​Уинстон и Тереза молча переглянулись и без лишних слов поплелись за ним. Томас потянул за собой сопротивляющегося Ньюта, всё ещё шептавшего что-то про «четыре любви» и «сумасшедший дом».
​Мы со Скаем остались у входа последними. Он посмотрел на меня, потом на тёмный проём, откуда доносилось спокойное сапение Эви, и нервно усмехнулся:
​- Минхо...
​- Что?
​- Мы же завтра пойдём к «Правой руке»?
​- Мы завтра туда побежим, Скай, - вздохнул я, закидывая руку ему на плечо. - А сейчас пошли спать. А то если эта катастрофа проснется раньше нас, она окажется ещё и главой ПОРОКа, а я к этому пока не готов.

----
Афигеть : 7448 слов