С любовью Эви

Проклятая неделя превратила Глейд в филиал ада.
​Если раньше Ворота гарантировали спасение, то теперь они стали пастью, из которой каждую ночь вырывался кошмар. Стены больше не защищали. Каждую полночь, под жуткий металлический скрежет и вопли, твари влезали на Поляну, выбивая деревянные двери построек и устраивая сафари на людей.
​Сначала забрали Джеффа и Клинта. Глейд остался без врачей, и теперь даже банальная рана могла стать смертельным приговором.
​Потом настала очередь Макса, Алекса, Криса и Марка. Их вытаскивали прямо из спальников, пока остальные в ужасе забивались в щели Барака, глуша собственные крики ладонями.
​Но самым страшным ударом стала ночь, когда гриверы утащили Алби. Лидер Глейда дрался до последнего, пытаясь выиграть время для остальных, но стальные клешни просто смяли его и волоком уволокли за закрывающиеся Ворота.
​От привычной жизни не осталось ничего. Поляна пропиталась запахом страха, гари и стойким, неисчезающим ароматом озона.
​Эви сидела на краю полуразрушенной вышки, обняв колени. За эту неделю она изменилась до неузнаваемости: под глазами залегли темные тени, а холод, вырывающийся из её рук, больше не исчезал полностью. Земля вокруг её ног постоянно была покрыта тонким слоем тоннельного льда. У её груди всё так же покоились связкой три блокнота - Ская, Итана и Бэна.
​К вышке подошел Ньют. На нем не было лица. Бывший второй человек в Глейде теперь вынужден был взять на себя всё это безумие.
​- Нас осталось едва ли больше половины, - тихим, хриплым голосом произнес Ньют, глядя на то, как Галли с остальными глейдерами отчаянно пытаются заколотить остатками досок вход в Барак. - Они не просто охотятся, Эви. Они выбивают нас по списку.
​Минхо и Томас подошли ближе. Минхо за эту неделю не произнес и десятка слов - он превратился в ходячую тень, сжимающую мачете так крепко, что костяшки пальцев побелели навсегда.
​- Мы не переживем эту ночь, - твёрдо произнес Томас, переведя взгляд с Ньюта на Эви. - Если мы останемся на Поляне, к утру они утащат ещё пятерых. Или нас.
​- И что ты предлагаешь? - буркнул Галли, подбегая к им с окровавленными от гвоздей руками. - Выйти к ним навстречу?! В Лабиринт?!
​- Да, - отрезал Томас. - В Лабиринт. Днем. Пока они спят... или где они там дожидаются ночи. Мы должны найти их логово.
​Ньют посмотрел на Эви, потом на Минхо:
​- Что скажете? Умирать в загоне, как скот, или попытаться пробить выход?
Звук раздался настолько неожиданно, что все пятеро мгновенно подпрыгнули на месте.
​Глухой, металлический, ни с чем не сравнимый ГУЛ.
​Скрежет ржавых тросов и грохот подземелья прокатился по затихшей Поляне, словно удар грома. Лифт. Создатели прислали Ящик. Не в начало месяца, не по расписанию, а прямо посреди этого кровавого хаоса, когда половина Глейда уже была сожрана Гриверами.
​- Как... почему сейчас?! - ошарашенно выдохнул Галли, первым рванув в сторону центра Поляны.
​Томас, Ньют, Минхо и Эви переглянулись и бросились следом. Оставшиеся в живых глейдеры выбегали из полуразрушенных построек, на ходу сжимая в руках самодельные пики и отрезки арматуры. Все окружили железную решётку Лифта, застыв в зловещем ожидании.
​Снизу донёсся финальный, оглушительный КЛАНГ.
​Лязг засова. Две створки железного люка с грохотом разъехались в стороны.
​Из темной глубины шахты повело странным запахом - запахом меди, какого-то антисептика и застоявшейся сырости. Минхо первым спрыгнул на железную крышу Ящика и откинул верхнюю решётку, всматриваясь во тьму.
​- Твою мать... - едва слышно прошептал он.
​- Что там, Минхо?! Кто там?! - крикнул Ньют, подступая к самому краю.
​- Это... - Минхо запнулся, и его голос странно дёрнулся. - Залезайте сюда. Живо.
​Эви спрыгнула первой, мгновенно ощутив, как от страха и неизвестности под ногтями начинает закипать ледяная магия. Томас и Ньют спрыгнули следом.
​На дне железной клетки, среди пустых деревянных ящиков и провизии, лежал человек.
​Это была девушка. Белая как мел, с темными спутанными волосами. На ней был странный серый комбинезон, а в неподвижно сжатой ладони зажата мятая записка. Но самым страшным было не это.
​Её грудная клетка едва заметно поднималась. Она была без сознания, а на запястье горел странный, прикрепленный ремешком датчик с мигающим красным огоньком.
​- Она... последняя? - прошептал Томас, читая текст на записке, которую Ньют вырвал из её пальцев.
​- «Она последняя. Больше не будет», - вслух зачитал Ньют дрожащим голосом.
​В этот момент девушка судорожно вздохнула, её глаза резко распахнулись, и она, не осознавая, где находится, выдохнула одно-единственное имя, от которого у Эви и Минхо перехватило дыхание:
​- Томас...
Томас шарахнулся назад, будто его ударили током, и больно ударился спиной о железную стенку Ящика. На его лице отразился такой дикий, непередаваемый шок, что ответа не потребовалось.
​- Я... я не знаю! - заикаясь, выкрикнул он, отчаянно качая головой и глядя то на девушку, то на застывших глейдеров. - Я не помню её! Я ничего не помню, вы же знаете!
​- Не ври мне, Томас! - Минхо сделала шаг к нему, его голос прозвучал как рык раненого зверя. За эту неделю он потерял слишком многих, чтобы верить в случайные совпадения. - Она только что открыла глаза и назвала ТВОЁ имя! Единственная девчонка, которую прислали в этот ад, знает, как тебя зовут!
​- Минхо, отвали от него! - резко вклинился Ньют, вставая между ними и тяжело задыхаясь. - Он правда не помнит! Мы все приехали сюда с чистой памятью!
​- Ага, только вот Гриверы пришли за нами именно после того, как ПОЯВИЛСЯ ОН! - остервенело выкрикнул Галли с верхнего края шахты, направляя на Томаса самодельное копье. - А теперь они присылают его подружку с запиской, что мы все дохляки и больше поставок не будет?! Он связан с ними! Он с самого начала был одним из них!
​- Заткнитесь все! - голос Эви прорезал шум Ящика.
​Вокруг неё зазвенел воздух. От пола Лифта во все стороны расползлись толстые ледяные иглы, мгновенно покрыв инеем железные стенки и решетку. Все на секунду притихли, чувствуя, как от неё веет нечеловеческим, обжигающим холодом.
​Эви стояла над бессознательной девушкой, судорожно прижимая к груди заледеневшие блокноты Ская, Итана и Бэна. Её глаза горели опасным огоньком.
​- Вы устраиваете судилище, пока нас вырезают по одному?! - Эви шагнула к Томасу и посмотрела ему прямо в глаза. - Томас. Ты правда видишь её впервые? Отвечай. У нас нет времени на твои сомнения.
​Томас посмотрел на Эви, потом на девушки в сером комбинезоне, чье дыхание становилось всё более рваным, и сжал кулаки:
​- Я... у меня ощущение, будто я видел её в каких-то обрывках снов. Но я клянусь вам, я не знаю, кто она и почему приехала сюда!
​Девушка на дне Лифта снова судорожно дернулась, ее пальцы впились в ткань комбинезона, а датчик на запястье пискнул и замигал частым, тревожным желтым светом.
Дикий, истеричный вопль с поляны мгновенно перерезал воздух.
​Ворота ещё даже не успели закрыться - до заката оставалось добрых два часа, но из темного прохода Сектора 1 прямо на открытое солнце с оглушительным визгом выскочила первая металлическая туша. За ней - вторая. Третья.
​Они вышли днём. Сразу всей стаей.
​- ОНИ НА ПОЛЯНЕ! - заорал Галли сверху, бросая копье и скатываясь по насыпи назад. - ВСЕ В БАРАК! БЕГОМ!
​Глейд мгновенно превратился в хаос. Резкий металлический лязг, скрежет лезвий о травы и нечеловеческие вопли Гриверов заполнили весь воздух. Твари больше не прятались в тени - они мчались прямо на ошалелых глейдеров, снося на своем пути деревянные загородки и вышки.
​- Поднимаем её! - рявкнул Минхо, хватая бессознательную девушку за руки. - Томас, бери за ноги! Эви, наверх!
​Томас сжал ее ноги, и они с Минхо вытолкнули девчонку из шахты Ящика прямо на замерзшую траву. Эви выскочила следом, на ходу пряча блокноты под куртку и чувствуя, как от ужаса лед на ее пальцах превращается в острые, как бритва, кристаллы.
​Прямо перед ними один из Гриверов - гигантский, покрытый черной слизью и стальными шипами - со всего размаху врезался в здание Кухни, превращая деревянные балки в труху.
​- Нам не укрыться в Бараке, они разнесут его за пару минут! - задыхаясь, крикнул Ньют, выхватывая мачете. - Нам нужно в Убежище!
​- Какое убежище?! - яростно выкрикнула Эви, когда совсем рядом с ними в землю впилась стальная клешня, вырывая кусок дерна. - Их слишком много! Они окружили нас!
​Сзади раздался оглушительный треск - стены Лабиринта за их спинами со скрежетом начали быстро съезжаться, отрезая единственный путь к отступлению. Гриверы загоняли остатки Глейда в ловушку.
​Один из монстров развернулся прямо в их сторону. Его механический глаз-объектив со щелчком сфокусировался на Эви, и из металлического брюха с шипением высунулось длинное стальное жало.
​- ЭВИ, СЗАДИ! - взревел Минхо, рванув к ней с поднятым клинком.
Стальное жало Гривера со свистом рассекло воздух, но ударило не по Эви.
​Чак. Маленький, кудрявый Чак, который отчаянно пытался добежать до барака, оступился на заледеневшей от магии Эви траве и рухнул прямо под ноги приближающейся твари. Механическая лапа монстра с оглушительным треском впилась в землю в нескольких сантиметрах от мальчика, мгновенно прижав край его куртки к дерну.
​- ЧАААААК! - отчаянный, сорванный вопль Эви перекрыл шум всей поляны.
​Она даже не успела подумать. Боль, накопившаяся за всю эту проклятую неделю - за Ская, Итана, Бэна, Алби и всех остальных - выплеснулась из неё единым, всесокрушающим взрывом.
​Эви с силой ударила обоими кулаками по земле.
​Волна нечеловеческого, первобытного холода со скрежетом и грохотом вырвалась наружу. От её рук по Поляне с бешеным хрустом рванул гигантский пласт изо льда. Морозные иглы шириной с дерево выросли прямо из-под земли, пробивая брюхо Гривера и намертво примораживая его стальные суставы к камню и траве. Тварь оглушительно завизжала, её механические манипуляторы забились в исступлении, но изморозь мгновенно сковала её двигатели, покрывая толстым слоем прозрачной хрустальной брони.
​- Минхо! Томас! СНИМИТЕ ЕГО! - переходя на нечеловеческий хрип, закричала Эви, удерживая заклятье из последних сил, пока её собственное дыхание вырывалось сгустками густого пара, а губы синели от холода.
​Минхо пролетел этот отрезок пути за секунду. Он на ходу подхватил Чака за шиворот, буквально выдирая его из-под замерзшей лапы твари, и швырнул за спину Томасу:
​- ДЕРЖУ! Томас, забирай девчонку и Чака! В Усадьбу! Все в Усадьбу, живо!
​Томас подхватил трясущегося Чака одной рукой, а другой цепился за плечо приходящей в себя незнакомки, пока Ньют и Галли отбивались копьями от второй твари, подступающей слева.
​- Эви, отпускай! - закричал Минхо, хватая её за заледеневший рукав. - Эви, ты отдашь всё дыхание! БЕЖИМ!
​Но когда Эви разомкнула руки, лед на первом Гривере дал трещину - стальная туша оживала, а из Ворот Лабиринта на Поляну уже с глухим металлическим стуком выпрыгивали ещё два монстра.
- ЧАК! - вскрикнула Эви, но было поздно.
​Глейд превратился в месиво из ломающихся деревянных балок, воплей и грохота металла. Ледяная корка, сдерживавшая монстра, с оглушительным треском лопнула.
​Из глубины тёмных проходов выскочили новые стальные лапы. Гриверы действовали с ужасающей, четкой слаженностью - они больше не просто нападали, они забирали людей.
​Огромный металлический манипулятор сбил Томаса с ног, и вырванный из его рук Чак даже не успел закричать - стальная клешня со скрежетом сомкнулась на его поясе и волоком потащила мальчишку прямо к открытым Воротам.
​- ЭВИ! ТОМАС! - успел выкрикнуть Чак, прежде чем его кудрявая голова скрылась в пыли за закрывающимися плитами.
​- НЕТ! ЧАК! - Томас с ревом рванулся за ним по земле, но прямо перед его носом гигантская каменная створка с грохотом впилась в землю.
​Но на этом кошмар не закончился.
​Второй Гривер насквозь пробил тонкую стену Усадьбы. Зарт, пытавшийся прикрыть собой раненых, оказался мгновенно сметен тяжелым стальным корпусом. За ним, в поднявшемся облаке пыли и обломков, шипящие клешни подмяли под себя Рея, Джейкоба и Марка. Их сорванные крики заглохли так же быстро, как и голос Чака - твари утягивали их за собой в щели между стенами с нечеловеческой скоростью.
​Поляна погрузилась в звенящую, отвратительную тишину. Из тридцати глейдеров на истоптанной, покрытой ледяной крошкой и кровью траве остались единицы.
​Эви стояла на коленях в центре Поляны, тяжело задыхаясь. С её пальцев всё ещё стекали капли растаявшего инея. У её ног валялись три блокнота - Ская, Итана и Бэна, а в ушах всё ещё стоял отчаянный вопль Чака.
​Минхо стоял неподалеку, опустив мачете. На его лице отразилась такая глухая, мертвая пустота, которой Эви не видела у него даже в Секторе 3.
​Томас бился кулаками о закрывшиеся каменные ворота, выбивая до крови костяшки:
- Откройте! СУКИ, ОТКРОЙТЕ!
​- Хватит, Томас... - едва слышно, сорванным голосом произнес Ньют. Он сидел прямо на земле, обхватив голову руками. - Зарт... Чак... Рей... Джейкоб... Их всех утащили.
​Оставшиеся в живых - Галли, Минхо, Ньют, Эви, Томас и едва пришедшая в себя девчонка из Ящика - стояли среди руин своего единственного дома.
​- Всё, - тихо и выхолощено выдохнул Галли, смотря на развороченную Усадьбу. - Глейда больше нет.
​Томас резко обернулся от ворот. На его окровавленных руках дрожали жилы, а в глазах горело безумие:
- Но они ещё живы! Гриверы их не убивают сразу, они их УТАСКИВАЮТ! Мы идем за ними. Прямо сейчас.
Томас застыл у закрывшихся каменных Ворот, и его руки, измазанные в крови и пыли, бессильно опустились.
​Слова про «живы» застряли в горле. В ушах всё ещё стоял этот ужасный, отвратительный хруст и сокрушительный удар стальных клинков. Они все видели это своими глазами. Гриверы больше не просто забирали - они уничтожали на месте, пробивая тела шипами, и только потом волоком уволакивали мертвые оболочки в темноту Лабиринта.
​Чак. Зарт. Рей. Джейкоб. И десятки других... Никто из них не выжил.
​Вокруг висела тишина, смешанная с запахом озона, гари и свежей крови. Восьмеро. Всё, что осталось от Глейда, который еще неделю назад был дом для трех десятков парней.
​На истоптанной, покрытой инеем траве стояли только они:
​Фрайпан, судорожно сжимающий в окровавленных руках тяжелый кухонный нож и уставившийся в пустоту;
​Уинстон, тяжело задыхающийся и прижимающий к груди самодельный топор;
​Галли, опустившийся на колени среди руин Барака с абсолютно выжженным, мертвым взглядом;
​Ньют, сидевший в пыли и обнимавший колени;
​Минхо, чье лицо превратилось в каменную маску;
​Томас, стоявший перед закрытыми Воротами;
​Незнакомка из Ящика, которая с ужасом оглядывалась вокруг, держась за голову;
​И Эви, стоящая в центре этого разгрома, со сжатыми у груди заледеневшими блокнотами Ская, Итана и Бэна.
​- Убили... - шепотом выдохнул Фрайпан. Его голос преломился, и большой парень просто закрыл лицо руками, зарыдав вслух. - Они убили Чака... Они убили всех...
​- В живых только мы, - тихо, но с леденящей твёрдостью произнес Уинстон. - Всё. Больше никого нет.
​Галли медленно поднял голову. В его глазах не осталось ярости - только всепоглощающее горе и сломанный хребет. Он посмотрел на Томаса, потом на девчонку и, наконец, на Эви, от которой всё ещё веяло обжигающим холодом.
​- Вы довольны?! - выдохнул Галли. Голос его был сухим, как осенняя листва. - Вы этого хотели?! За одну неделю... за одну хренову неделю от Глейда ничего не осталось!
​Минхо сделал шаг вперед и, не глядя на Галли, поднял с земли своё мачете. Затем он повернулся к Эви и Томасу:
​- Нам здесь больше нечего защищать. Усадьба разрушена. Барак в труху. Ночь настанет через несколько часов, и они вернутся за нами восемью.
​Девушка из Ящика сделала шаг к Томасу, тяжело дыша. На её руке всё так же мигал датчик, а в глазах читался такой же ужас, как и у остальных:
​- Либо мы найдем выход из этого чертова Лабиринта... либо сегодня ночью мы все умрем здесь.
​Эви сжала блокноты так сильно, что кожаные переплеты с треском треснули под пальцами.
​- Минхо прав, - тихо скала Эви. Ее голос прозвучал из самой глубины выжженной души. - Мы не останемся здесь ждать смерти. Если это конец... мы встретим его в Лабиринте.
​- Томас обьясни всё новенькой, Фрай и Уинстон готовьте оружие, Галли и Ньют припасы, а я с Минхо в картохранилище
- Поняла? - твёрдо кивнула Эви, вытирая слезу с щеки и на ходу перехватывая заледеневшую связку блокнотов.
​Минхо не сказал ни слова. Он просто коротко кивнул ей, и в его потемневших глазах впервые за всю эту адскую неделю проскочила прежняя решимость Бегуна.
​Разделение обязанностей мгновенно вытянуло оставшихся из состояния парализующего шока. Когда у тебя есть четкая задача, у боли не остается времени выжигать тебя изнутри.
​Фрайпан молча вытер слезы рукавом, поднял с земли тяжелое лезвие и вмешивался в руины кухни вместе с Уинстоном, собирая все сохранившиеся арматуры, ножи и самодельные пики. Галли и Ньют, не обменявшись ни единым словом, бросились к уцелевшему складу за водой, бинтами и остатками сухого пайка.
​Томас осторожно взял незнакомку за плечо и отвёл её чуть в сторону к разрушенной стене Усадьбы, отчаянно и быстро пытаясь ввести её в курс всего происходящего аггра.
​В Картохранилище было темно и пахло сухой древесиной и жжёной бумагой.
​Эви и Минхо заскочили внутрь, мгновенно задвинув за собой тяжелый деревянный засов. Внутри стояли десятки столов, заваленных суточными картами Секторов, которые Бегуны чертили годами.
​- Времени мало, - Минхо рванул к центральному столу, сгребая в сторону старые чертежи. - Карта 3-го Сектора, где мы нашли блокноты Ская и Итана, и 5-го, где пропал Бэн. Нам нужно сопоставить секции, которые начали двигаться не по расписанию!
​Эви положила три замерзших блокнота прямо на центр стола. Иней с обложек начал медленно таять, оставляя влажные следы на пергаменте.
​- Смотри, - Эви указала заледеневшим пальцем на зарисовку Бэна. - Он перед исчезновением начертил петлю у входа в Сектор 7. А Скай... - она бережно раскрыла блокнот брата на последней исписанной странице, - Скай пометил левый коридор Сектора 3 как «глухой», но подчеркнул его трижды!
​Минхо навис над картами, его пальцы впились в края стола:
​- Они не просто бегали от Гриверов, Эви. Они выслеживали, откуда эти твари вылезают! Проход в Секторе 7 не закрывается полностью... Там есть обрыв. Нора Гриверов.
​- Выход, - выдохнула Эви, и по её спине снова пробежал мороз. - Это и есть Выход. Они принесли свои жизни за то, чтобы мы сегодня расшифровали этот проклятый код.
​В этот момент за дверью Картохранилища раздался частый, тревожный стук.
​- Минхо! Эви! - донесся громкий голос Томаса. - Девчонку зовут Тереза! И она помнит... она помнит, как отключить секции! Вы нашли карты?!
- Помнит?! - Минхо с треском распахнул деревянную дверь Картохранилища, едва не сбив Томаса с ног.
​Эви выбежала вслед за ним, крепче прижимая к груди распухшие от влаги и инея блокноты. Во дворе их уже ждали остальные: Фрайпан и Уинстон, обвешанные сумками с заточенными пиками и мачете, Ньют с тяжело забитым рюкзаком припасов и Галли, стоящий чуть отдаленно с зажатым в руке куском арматуры.
​Тереза стояла в центре, судорожно сжимая свои дрожащие локти. Её лицо всё еще было смертельно бледным, но в глазах больше не было того безумного тумана, с которым она выскочила из Ящика.
​- Я... я не помню всё, - заговорила Тереза, её голос слегка дрожал, но звучал отчаянно и твёрдо. - Память возвращается кусками, как через плотный туман. Но когда Томас рассказал про Гриверов и про то, как двигаются стены... в моей голове будто что-то щелкнуло.
​Она сделала шаг к Эви и Минхо, глядя прямо на карты в их руках.
​- Мы были частью этого, - тихо сказала Тереза, переведя взгляд на Томаса. - Я и Томас. Мы работали на тех, кто создал это место. Порочный Круг... ПОРОК.
​- Что она, черт возьми, несет?! - взревел Галли, сжимая арматуру до треска в суставах. - «Мы работали на них»?! Я с самого начала говорил, что они шпионы!
​- Галли, завали ебало! - резко отрезал Минхо, вставая между ним и Терезой. - Дай ей договорить! У нас нет времени на твои приступы паранойи!
​Тереза тяжело вздохнула и продолжением указала на датчик на своем запястье:
​- Гриверы - это не просто машины. Это биологические чипы. Лабиринт - это код. Секции открываются и закрываются не случайно, они повторяют последовательность чисел от одного до восьми. Каждую ночь открывается только одна секция. Но если вбить правильный код в норе Гриверов...
​- Стены откроются полностью, - закончил за нее Томас, глядя на нее в полном шоке.
​- И блокировка снимется, - кивнула Тереза. - Код состоит из номеров секций. Каждую ночь Лабиринт показывает нам одну цифру.
​Эви резко перевела взгляд на три блокнота в своих руках. Ее пальцы снова слегка покрылись тонкой коркой льда от волнения.
​- Скай, Итан и Бэн... - выдохнула Эви, быстро раскрывая блокноты. - Скай и Итан бегали в 3-м и 7-м секторах! Бэн перед тем, как его утащили, нарисовал последовательность для 5-го и 8-го! Минхо... карты Бегунов за все эти годы... Они и есть этот код!
​Минхо бросился обратно к столу, на ходу вытаскивая зарисованные пергаменты за последний месяц.
​- Сектор 7, Сектор 3, Сектор 5, Сектор 8... - быстро перебирал он листы, его глаза бегали по линиям. - Затем 3, 1, 2, 4! Это последовательность! Восемь цифр!
​Ньют подошел к ним, глядя на темнеющее небо над Поляной. Солнце уже начинало заходить за гигантские каменные стены, окрашивая багровым светом руины Глейда.
​- Багровый закат, - тихо произнес Ньют. - У нас осталось не больше двадцати минут до того, как стемнеет полностью.
​Фрайпан сделал шаг вперед, перехватывая тяжелое лезвие:
- Значит, мы не ждем, пока эти твари придут за нами. Мы сами идем в Нору?
​- Мы идем в Нору, - твёрдо сказала Эви. Она взглянула на каждого из оставшихся семи человек. - Скай, Итан, Бэн, Чак, Алби... все они погибли не для того, чтобы мы сдохли на этой траве.
​- Томас, Тереза и Минхо впереди, они знают код и путь, - скомандовал Ньют, увлекая за собой остальных. - Эви, ты держишь тыл своей магией. Если гриверы попробуют зажать нас в коридоре - вымораживай проход. Фрай, Уинстон, Галли - зажимаем фланги.
​Восемь оставшихся в живых глейдеров встали у центрального входа в 7-й Сектор. За их спинами догорали руины их бывшего дома, а впереди разверзлась темная, холодная бездна Лабиринта.
​Из глубины коридоров уже донесся первый, предвещающий адский кошмар, металлический визг.
​- Ну что, шонки, - Минхо крепче сжал мачете и посмотрел на Томаса и Эви. - Пошли покажем этим тварям, как бегают настоящие Бегуны.