Сладкая тайна

Школа Эбботт — место, где Чара Хартфелт правила без короны. Она знала это, и все остальные тоже.

Её парта у окна стала чем-то вроде трона. Каждое утро — новый букет, новая записка, новый взгляд, полный надежды. Сегодняшним смельчаком оказался старшеклассник с гитарой за спиной — он втиснулся между звонками и протянул ей плюшевого кота с сердечком.

Парень: Чара, я…

Она даже не дала ему договорить. Подняла бровь, неторопливо поднесла средний палец к его лицу, развернулась и пошла к своему месту. Плюшевый кот остался лежать на полу.

Чара: Не трать моё время, — бросила она через плечо. — И не загораживай проход.

Парень сглотнул и ретировался под смешки одноклассников.

Соседка: очередной неудачник, — хмыкнула соседка слева. — Когда они уже поймут?

Чара: Когда я начну носить табличку «Не трогать», — ответила Чара, усаживаясь и закидывая ногу на ногу. — Хотя даже табличку они, наверное, воспримут как вызов.

Первые два урока прошли как обычно — скучно, шумно, с очередными шепотками за её спиной. Чара рисовала в тетради звёзды, иногда поглядывая в окно. Её уши чуть заметно дёргались, улавливая каждое слово — «да она просто принцесса», «слышала, вчера опять послала», «дайте ей уже парня нормального».

Она фыркнула. Нормального. Как будто такие существуют.

Но на третьем уроке, когда она уже настраивалась на очередную порцию зевоты, в класс вошла директор Альфис с бумагами в руках, а за её спиной кто-то маячил.

Дир. Альфис: Класс, у нас пополнение, — сказала она своим тихим голосом. — Прошу любить и жаловать… Найтмер.

Чара вскинула голову, когда он шагнул вперёд.

Высокий. Чёрный свитшот с капюшоном, который почти скрывал лицо, но когда он чуть приподнял голову, она увидела зрачок — бирюзовый, с прищуром, какой бывает у хищников, которые уже решили, что ты их добыча.

И у него не было правого глаза. Но это не производило впечатления увечья — скорее, детали портрета.

Ростом он был выше неё на голову. Ровно. Как на заказ.

Дир. Альфис: Свободное место есть только на 3 парте — сказала Альфис, указывая на 2 парты назад от Чары. — Найтмер, ты сядешь туда.

Найтмер не сказал ни слова. Он просто пересёк класс, сел и положил на стол пустую тетрадь.

Это было что-то новое.

Она отвернулась к окну, но внутри что-то кольнуло. Любопытство? Досада?

Чара: "Хорошо, — подумала она. — Будет тише".

Но тише не стало.

Он молчал весь урок. Даже когда учитель задавал вопросы — сидел, смотрел в доску и не отвечал. Чара пару раз украдкой глянула на него. Тот сидел как статуя, с лёгкой полуулыбкой, которая не обещала ничего хорошего.

Когда прозвенел звонок, Чара собрала вещи — ей нужно было пересечь длинный пустой коридор в старом крыле, чтобы попасть в кабинет музыки. Она шла одна, как всегда, уши чуть прижаты к голове, мысли уже далеко — о новой песне, которую хотела разучить, о том, что в столовой сегодня, кажется, дают пиццу…

Но не успела она свернуть за угол, как её схватили за запястье.

Резко, с силой.

Чара: Что за?!… — выдохнула она, но договорить не дали.

Её дёрнули назад, в приоткрытую дверь какого-то класса, задвигали внутрь. Она боком ударилась о край парты — больно, но терпимо. Она попыталась вырваться, но хватка была стальной.

Она развернулась, готовая оскалиться, пнуть, поцарапаться, но…

???: Тихо, — прозвучал низкий голос.

Найтмер.

Он навалился на неё, прижимая спиной к стене. Одной рукой он перехватил оба её запястья и задрал их над её головой, фиксируя их. Другой рукой он упёрся в стену прямо возле её плеча, а колено — его колено — упёрлось между её бёдер, не давая ей ни двинуться, ни сомкнуть ноги.

Тихий щелчок ключа в двери.

Класс заперт.

Чара застыла, расширив глаза. Сердце билось где-то в горле, но она не могла понять, от страха или от чего-то другого.

Чара: Ты… — начала она, пытаясь сказать хоть что-то дерзкое, но он наклонился к ней так близко, что она почувствовала запах шоколада и дыма.

Бирюзовый зрачок смотрел прямо в её разноцветные.

Найтмер: Ты такая шумная, Чара, — сказал он тихо, почти ласково. — Весь день. Все эти взгляды... Ты думаешь, что ты самая важная здесь?

Она сжала зубы.

Чара: Отвали... — бросила она, но голос дрогнул.

Она хотела показать ему средний палец, но руки были зафиксированы.

Найтмер: А вот это уже грубо, — усмехнулся Найтмер, придвигаясь ещё ближе. Его колено чуть приподнялось, и она невольно выдохнула, упёршись сильнее спиной в стену. — Я к тебе с добром, а ты…

Чара: С каким добром!? — прошипела она. — Ты меня затащил в класс и прижал к стене. Это у тебя называется добром?!

Найтмер: Это называется «привлечь внимание», — ответил он, и его улыбка стала чуть острее. — Потому что на твой «средний палец» я смотрел весь урок. И знаешь что? Мне плевать на твою популярность.

Она хотела возразить. Хотела сказать, что он псих и что она его сейчас укусит. Но не успела.

Потому что Найтмер наклонился и поцеловал её.

Губы его оказались тёплыми, сухими, и такими уверенными, что у Чары на секунду потемнело в глазах. Она дёрнулась, но он прижался крепче. От удивления она чуть приоткрыла рот — вдохнуть, сказать, закричать, — и он этим воспользовался.

Тепло. Влажно. Чужой язык скользнул внутрь, встретился с её, и у Чары перехватило дыхание.

Она не могла понять — почему она не вырывается? Почему её колени не подкашиваются? Почему ей… нравится?

Она чувствовала его руку, сжимающую её запястья, чувствовала колено между ног, чувствовала его дыхание, смешанное с её. И впервые за долгие годы она не знала, что ответить.

Найтмер чуть отстранился, всего на сантиметр, и прошептал, касаясь губами уголка её рта:

Найтмер: Ты всё ещё хочешь показать мне средний палец?

Чара не нашла слов.

Она только смотрела в его зрачок и чувствовала, как щёки горят.

Найтмер: Ответь, — шепнул он, и его рука скользнула к её затылку, чуть сжав волосы. — Или мне продолжить?

Она молчала.

Найтмер улыбнулся и наклонился снова:

Найтмер: Ну же... — его голос был низким, почти мурлыкающим. — Ты же всегда такая смелая? Где твой средний палец? Где твои острые слова?

Чара отвела взгляд.

Она не знала, зачем. Просто не могла смотреть в этот изумрудный глаз — он будто просвечивал её насквозь, читал каждую мысль, которую она сама от себя прятала. Её уши прижались к голове, дыхание сбилось, и она ненавидела себя за то, что не может придумать ни одной колкости.

Она сжала губы, всё ещё глядя куда-то в сторону.

Чара: Просто… заткнись, — выдохнула она, но прозвучало это жалко даже для неё самой.

Найтмер тихо рассмеялся — не насмешливо, а скорее с каким-то тёплым удивлением.

Найтмер: Смелая кошечка потеряла голосок?~ — протянул он, и его рука, всё ещё сжимавшая её запястья, чуть ослабила хватку.

Она почувствовала, как его пальцы разжались, но не успела обрадоваться — потому что его ладонь легла на её щёку. Тёплая, чуть шершавая, но невероятно нежная для того, кто только что затащил её в пустой класс.

Он повернул её лицо к себе. Мягко, но настойчиво.

Найтмер; Посмотри на меня, — сказал он, и в голосе не было приказа. Только просьба. Странная, тёплая просьба.

Чара подняла глаза.

Она смотрела на него, чувствуя, как его большой палец проводит по её скуле, чуть касаясь уголка губ. Его лицо было близко — так близко, что она могла разглядеть тени под его глазом и то, как он почти не моргает.

Найтмер: Вот так)... — тихо сказал он. — Гораздо лучше, когда ты смотришь на меня, а не в сторону.

Она хотела ответить, что ему показалось, но язык будто прилип к нёбу.

Найтмер убрал руку с её щеки.

И вдруг его пальцы скользнули выше. К её виску. К уху.

Он коснулся её кошачьего ушка — кончиками пальцев, едва ощутимо, будто пробуя, как она отреагирует. Чара вздрогнула, но не отстранилась. Его пальцы начали гладить её за ушком — медленно, чуть надавливая, по кругу.

И Чара не выдержала.

Она сама не поняла, как это произошло. Её голова сама наклонилась в сторону его руки, прижимаясь к ладони. Глаза прикрылись. Из груди вырвался тихий, почти неслышный звук — что-то между вздохом и мурлыканьем.

Чара: М-р-р-р~, х-р-р-р~...

Она тёрлась головой о его руку, как домашняя кошка, которая получила то, чего хотела.

Найтмер замер на секунду, а потом его улыбка стала шире.

Найтмер: О-о… — выдохнул он. — Вот ты какая, оказывается).

Чара: Я-я не… — начала Чара, но он не дал ей договорить.

Его рука снова легла на её щёку, приподняла её лицо, и он снова поцеловал её.

Но теперь иначе.

Глубже. Настойчивее.

Она почувствовала его язык почти сразу — он скользнул между её губ, встретил её, приглашая, дразня. Чара выдохнула ему в рот и не смогла сдержать тихого стона. Её руки, которые всё ещё были над головой, сами собой сжались в кулаки, но она не отталкивала его. Она не хотела отталкивать его.

Найтмер углубил поцелуй, прижимая её к стене всем телом. Его колено чуть приподнялось между её бёдер, и она почувствовала, как жар разливается по животу, поднимается к груди, к шее.

Она ответила.

Сама не поняла, как — просто её язык скользнул навстречу его, и она почувствовала его тихий стон, отозвавшийся вибрацией на её губах.

Он отстранился на пару секунд, чтобы перевести дыхание, и прошептал прямо в её губы:

Найтмер: А ты не такая недотрога, как кажешься.

Она открыла глаза, и в них уже не было страха. Только вызов.

Чара: Ты... Ты просто… Не дал мне выбора, — прошептала она, но в голосе не было злости.

Найтмер усмехнулся:

Найтмер: Нет, Чара). Просто я единственный, кто не стал просить у тебя разрешения.

Она хотела ответить что-то острое, но он снова припал к её губам, и слова растворились в этом тёплом, влажном, требовательном поцелуе.

Его рука скользнула с её щеки на шею, чуть сжала, большим пальцем поглаживая пульс — быстрый, сбившийся, как у загнанной птицы.

Она выдохнула в его рот, и её пальцы наконец расслабились над головой.

Чара: Н-найт… — прошептала она, почти неслышно, когда он отстранился на мгновение, чтобы посмотреть на неё.

Найтмер: Я здесь, — ответил он, и в его голосе не было ни насмешки, ни победы. Только что-то тёплое, почти нежное. — Ты в порядке?

Чара моргнула, удивлённая этим вопросом.

Чара: Я… да, — выдохнула она. — Просто… ты… слишком хорош для того, кто только что меня похитил.

Найтмер фыркнул, но улыбнулся:

Найтмер: Похитил? Я просто хотел познакомиться... Нормально.

Чара: Нормально? — Чара приподняла бровь, и на её губах появилась та самая, знакомая усмешка. — Затащить девушку в пустой класс, закрыть дверь, прижать к стене и целовать — это у тебя «нормальное знакомство»?

Он пожал плечами с таким невозмутимым видом, что она чуть не рассмеялась.

Найтмер: А ты предлагаешь? Букет? Записка? — он наклонился к её уху, и его шёпот стал почти интимным. — Это всё скучно, Чара. Ты не такая, как все. Я сразу понял.~

Она открыла рот, чтобы ответить, но слова застряли в горле.

Чара: Как ты?… — тихо начала она.

Найтмер посмотрел на неё — прямо в глаза, разноцветные, необычные, с кошачьими зрачками.

Найтмер: Ты посмотрела на меня, — сказал он просто. — И я увидел, что ты одна. Даже когда ты окружена людьми, ты одна.

Чара замерла.

Найтмер: Мне жаль, — сказал он, касаясь губами её лба. — Что ты одна. Но теперь ты не одна.

Она не знала, что ответить.

Молчала, глядя в его бирюзовый глаз, и чувствовала, как в груди пульсирует что-то — тёплое, тягучее, странное. Не страх. Не злость.

Что-то новое.

Найтмер мягко коснулся губами её носа, потом щеки, потом снова уголка губ.

Найтмер: А теперь... — прошептал он, — может, расскажешь мне, почему на всех смотришь так, будто они тебя не стоят?

Чара опустила взгляд.

Чара: Потому что… не стоят, — ответила она тихо, почти шёпотом.

Найтмер чуть улыбнулся, провёл большим пальцем по её нижней губе и приподнял её лицо за подбородок.

Найтмер: А я?...

Чара посмотрела на него. В его зрачке не было пошлости, не было насмешки. Был вопрос.

И она поняла, что не знает на него ответа.

Но почему-то ей очень хотелось его узнать.

Чара: Не знаю… — прошептала она. — Ещё не решила.

Найтмер усмехнулся, поцеловал её в висок и отстранился ровно настолько, чтобы видеть её лицо.

Найтмер: Тогда у нас будет время решить, — сказал он. — Потому что я никуда не уйду.

Чара смотрела на него и чувствовала, как в груди разливается что-то тёплое, почти сладкое.

Чара: ...Договорились, — тихо сказала она, и впервые в её голосе не было ни сарказма, ни злости.

Только тихое, неуверенное «да».

Найтмер снова поцеловал её.

На этот раз медленнее, словно пробуя на вкус, изучая. Чара чувствовала, как его губы двигаются в такт с её дыханием, как язык скользит по её нижней губе, вынуждая её приоткрыть рот чуть шире. И когда она ответила — робко, но всё же ответила, — она вдруг поняла, что её руки свободны.

Он отпустил её запястья.

Она не сразу осознала это. Просто почувствовала, что может опустить руки, может оттолкнуть его, может… но она не хотела.

Вместо этого её пальцы сами собой скользнули вверх, нашли его плечи, прошлись по шее и остановились на затылке. Она обняла его за шею, притягивая к себе и чувствовала, как он тихо выдыхает в её рот.

Его руки скользнули с её плеч на талию. Чара почувствовала, как большие пальцы Найтмера легли на её бёдра, сжимая ткань шорт. Он притянул её ближе, и между ними почти не осталось расстояния. Тепло. Пульс. Запах шоколада и летнего дыма.

Найтмер: Чара… — прошептал он в её губы, и она почти застонала от того, как это имя прозвучало в его голосе.

Но затем его пальцы скользнули выше.

Одной рукой он всё ещё держал её за талию, уверенно, тепло, а другая рука медленно начала подниматься — с бедра на бок, с бока на ребра, а затем скользнула под худи.

Чара напряглась на секунду. Она чувствовала его ладонь на своей коже — тёплую, чуть шершавую. Пальцы прошлись по её талии, едва касаясь, и остановились.

Найтмер отстранился от поцелуя, чтобы посмотреть на неё. Его глаза слегка расширились.

Найтмер: Ты?… — выдохнул он, и в голосе прозвучало искреннее удивление. — У тебя идеальная фигура?

Чара почувствовала, как кровь прилила к щекам. Откуда-то из глубины души поднялась волна смущения — странного, незнакомого, почти детского.

Чара: Ну… да... — ответила она, отводя взгляд. — И что?...

Найтмер не убирал руку. Его пальцы чуть двинулись по линии её талии, ощущая каждый изгиб.

Найтмер: Просто… не ожидал, — сказал он, и в его голосе теперь звучала лёгкая, тёплая усмешка. — Ты носишь это мешковатое худи, и никто бы не подумал...

Она почувствовала, как щёки нагреваются. Ну серьёзно — она, та самая Чара Хартфелт, которая посылала всех на три буквы, сейчас краснеет из-за того, что парень нащупал её фигуру под худи.

Чара: Я… Я просто не люблю, когда на меня пялятся, — пробормотала она, всё ещё не глядя ему в глаза. — Поэтому и ношу. Чтобы никто не знал.

Найтмер приподнял бровь:

Найтмер: Чтобы никто не знал, что ты модельная кошечка?

Чара: Я не модельная! — возмутилась Чара, и это вышло почти обиженно. — Просто… я танцую. Много. И держу себя в форме. Но это не значит, что я хочу, чтобы об этом все знали.

Его рука всё ещё была у неё под худи, и пальцы чуть поглаживали её — медленно, успокаивающе.

Найтмер: Значит, я единственный, кто знает? — спросил он тихо, и в его голосе звучало нечто большее, чем просто любопытство.

Чара наконец подняла на него взгляд. Янтарный глаз смотрел на неё без осуждения, без насмешки.

Чара: Да, — прошептала она. — Ты единственный.

Найтмер улыбнулся — мягко, почти нежно. Его ладонь выскользнула из-под худи и легла на её пояс поверх ткани, притягивая её ещё ближе.

Найтмер: Тогда я буду хранить твой секрет), — сказал он, касаясь губами её носа. — Если ты позволишь...

Чара моргнула, чувствуя, как сердце пропускает удар.

Чара: Почему ты… Такой? — спросила она тихо. — Почему ты не такой, как все?...

Найтмер наклонил голову, разглядывая её с лёгким удивлением.

Найтмер: Какой — «такой»?

Чара: Не просишь разрешения, — ответила она. — Не пытаешься впечатлить букетами. Не лебезишь. Ты просто… Взял и сделал. А теперь ещё и секреты хранишь.

Он усмехнулся, поглаживая её талию большим пальцем.

Найтмер: Потому что мне не нужно впечатлять тебя, Чара. Ты уже заметила меня. Этого достаточно.

Она открыла рот, чтобы ответить, но слова снова застряли в горле.

Найтмер наклонился к её уху, и его шёпот обжёг её кожу:

Найтмер: А ещё… Мне нравится, когда ты краснеешь. Ты выглядишь живой.

Чара пихнула его в плечо, но без злости, скорее смущённо.

Чара: Заткнись... — выдохнула она, но в голосе слышалась улыбка.

Найтмер рассмеялся — громко, искренне, запрокинув голову. И Чара поняла, что впервые за долгое время она не хочет, чтобы этот смех прекратился.

Её руки всё ещё лежали у него на затылке, и она чуть сжала пальцы, притягивая его обратно.

Чара: Ещё раз, — сказала она, глядя ему прямо в глаза, — и я может, не буду пинать тебя за то, что ты меня похитил.

Найтмер ухмыльнулся:

Найтмер: Сладкая угроза.

И снова поцеловал её.

Их губы встретились снова. Поцелуй был глубоким, тёплым, и она почти забыла, что стоит, прижатая к стене, в пустом классе, с парнем, который полтора часа назад был для неё просто новым лицом.

Найтмер отстранился первым, но не убрал руки — одна всё ещё лежала на её поясе, пальцы чуть сжимали ткань худи, другая скользнула к её затылку, перебирая каштановые пряди.

Найтмер: Знаешь... — сказал он тихо, почти задумчиво, — а ведь у меня есть теория.

Чара приподняла бровь, всё ещё пытаясь отдышаться:

Чара: Теория? О чём?

Найтмер: О тебе, — ответил он, и в его голосе послышалась лёгкая, хитрая усмешка. — Ты говорила, что у тебя есть слабое место за ушком. Но я думаю, что это не единственное)...

Она насторожилась, но не отстранилась. Наоборот — её пальцы чуть сжались на его шее.

Чара: И какое же второе? — спросила она, стараясь, чтобы голос звучал безразлично, но вышло напряжённо.

Найтмер наклонил голову, его бирюзовый зрачок в правой глазнице сузился, словно он прицеливался.

Найтмер: Шея, — сказал он просто. — Я прав?

Чара почувствовала, как внутри всё сжалось. Она знала, что это правда. Знала, что если кто-то коснётся её шеи губами, она буквально перестаёт соображать. Это было её самое уязвимое место — слабее, чем за ушком. Намного слабее.

Чара: Не смей, — сказала она, и в голосе появилась та самая стальная нотка, которой она обычно отпугивала всех. — Найт, серьёзно. С шеей — нет.

Он посмотрел на неё с лёгким удивлением:

Найтмер: Почему?

Чара: Потому что… — она отвела взгляд, чувствуя, как уши снова начинают гореть. — Потому что это слишком. Просто… не надо.

Найтмер чуть прищурился:

Найтмер: А что будет, если я всё же попробую?)

Чара: Ты пожалеешь, — пригрозила она, но в голосе не было уверенности.

Найтмер: Это угроза?... — он наклонился ближе, почти касаясь губами её скулы. — Или предупреждение?~

Чара сглотнула, чувствуя, как его горячее дыхание щекочет кожу.

Чара: И то, и-и другое, — выдохнула она, и голос дрогнул.

Найтмер улыбнулся, и его рука, которая была на её затылке, плавно переместилась к её уху. Он начал гладить её за ушком — медленно, уверенно, именно теми движениями, от которых у неё подкашивались колени.

Чара: Найт… — начала она, пытаясь сохранить остатки самообладания, но её голос уже стал мягче, тише.

Найтмер: Т-с-с-с~...— прошептал он. — Расслабься...

Он чесал за её ушком, и Чара чувствовала, как тело само собой тянется к его руке. Она начала тереться головой о его ладонь, не в силах сдерживать мурлыканье, которое вырывалось из груди. Её руки обвились вокруг его шеи, она прижималась к нему всем телом, полностью доверяя этому моменту.

Другая рука Найтмера всё ещё была на её поясе, поддерживая её, не давая упасть. Он чувствовал, как она тает в его руках, как её дыхание становится поверхностным, а пульс — быстрее.

Найтмер: Чара, — позвал он тихо, почти шёпотом.

Чара: М-м~… М? — только и смогла выдавить она, полностью потерявшись в ощущениях.

И вот когда она была полностью отвлечена, когда её глаза прикрылись, а уши прижались к его ладони, Найтмер наклонился.

Его губы коснулись её шеи.

Чара резко открыла глаза и дернулась, но было поздно — его костяные губы уже прижались к её коже, чуть выше ключицы, и она почувствовала, как по всему телу пробегает волна жара.

Чара: Найт, я же сказала… — начала она, но голос сорвался, когда он поцеловал её шею чуть ниже.

Он целовал медленно, будто пробуя на вкус. От его губ оставались влажные дорожки, которые тут же покрывались мурашками. А потом он начал покусывать — легонько, едва ощутимо, но достаточно, чтобы она вздрогнула и вцепилась пальцами в его плечи.

Чара: Н-найт… — выдохнула она, но это было не предупреждение. Это была мольба, которую она сама не до конца понимала.

Он продолжал. Его губы скользили по её шее, оставляя следы — от ключицы до самого основания челюсти. Он чувствовал, как её пульс бешено бьётся под его языком, как её руки дрожат у него на шее, как её дыхание становится всё более рваным.

Найтмер: Ты такая… — прошептал он между поцелуями, — …сладкая.

Чара не могла ответить. Она вообще не могла думать. Её тело перестало её слушаться — колени дрожали, пальцы безвольно сжимали его свитшот, голова откинулась назад, открывая ему доступ к шее.

И в какой-то момент она просто перестала пытаться держаться.

Она буквально повисла на нём — её вес полностью переместился на его руки, потому что ноги её больше не держали. Она таяла, прямо в его руках, как шоколад на солнце, и единственное, что она могла делать — это чувствовать. Чувствовать его губы на своей коже, его зубы, слегка сжимающие нежную кожу, его дыхание, его руки, которые держали её, не давая упасть.

Найтмер почувствовал, как она обмякла, и слегка отстранился, чтобы взглянуть на неё.

Найтмер: Чара? — позвал он, и в голосе появилась лёгкая тревога.

Она приоткрыла глаза — разноцветные, с расширенными зрачками, слегка затуманенные.

Чара: Ты… — прошептала она, и голос её звучал как сквозь вату. — Ты обещал… Что н-не будешь…

Найтмер: Я обещал, что не буду трогать шею?) — переспросил он, чуть улыбнувшись. — Нет, Чара. Я сказал только, что у тебя есть второе слабое место. Я не говорил, что не буду его использовать.~

Она хотела возмутиться. Хотела сказать ему, что он коварный, что он нарушил все возможные правила, что он… но вместо этого она просто прижалась лбом к его ключице и прошептала:

Чара: Какой же ты… Невыносимый.

Найтмер рассмеялся — тихо, тёпло, и его рука снова начала гладить её по голове.

Найтмер: Но тебе ведь нравится, правда?

Чара подняла на него взгляд. В её глазах уже не было ни злости, ни смущения — только тихое, почти уязвимое признание.

Чара: Да... — прошептала она. — Чёрт возьми...

И она потянулась к нему для поцелуя.

Чара чувствовала, как его губы снова приближаются к её шее, как его пальцы скользят по её талии, чуть задирая край худи. Она уже почти перестала соображать — её мир сузился до его дыхания, до тепла его рук, до того, как её сердце колотилось где-то в горле.

Найтмер наклонился к её шее, и она уже зажмурилась, ожидая очередной волны удовольствия...

ДЗЗЗЗЗЗЗЗЗЗЗЗЗЗЗЗЗЫЫЫЫНЬ!!!

Звонок прорезал воздух, как удар ножом.

Чара вздрогнула и распахнула глаза. Реальность ворвалась обратно — холодная, громкая, безжалостная. Она моргнула, пытаясь сориентироваться, и увидела, как Найтмер замер, почти касаясь губами её ключицы.

Он медленно выпрямился.

Найтмер: Серьёзно? — выдохнул он, и в его голосе послышалось искреннее разочарование.

Чара с трудом сглотнула, всё ещё пытаясь прийти в себя. Её руки всё ещё были у него на шее, её тело всё ещё дрожало.

Найтмер: Урок… — выдавила она, и голос её прозвучал хрипло. — У нас следующий урок.

Найтмер закрыл глазницу на секунду, делая глубокий вдох, будто собирая себя по кусочкам. Когда он открыл её снова, в бирюзовом зрачке всё ещё горел огонь, но он уже взял себя в руки.

Найтмер: Не вовремя( — сказал он, не скрывая досады.

Он убрал руки с её пояса, отступая на шаг. Чара почувствовала, как холодок пробежал по телу — там, где секунду назад было его тепло. Её колени всё ещё дрожали.

Она прислонилась спиной к стене, глубоко вдыхая, пытаясь привести мысли в порядок.

Найтмер подошёл к своей парте, стоявшей у окна, и небрежно собрал вещи — тетрадь, какую-то книгу, телефон. Он двигался как будто никуда не спешил, но взгляд его то и дело возвращался к Чаре.

Она всё ещё стояла у стены, сбитая с толку, смущённая, с ярко золотыми щеками, и чувствовала, что её мир перевернулся.

Найтмер подошёл к двери и взялся за ручку. Но перед тем как открыть её, он остановился и обернулся.

Найтмер: Кстати... — сказал он и полез в карман своих чёрных джинсов. — Держи.

Он бросил что-то в её сторону. Чара поймала автоматически — холодный металл ключа с синим брелоком.

Чара: Зачем? — спросила она, всё ещё не до конца понимая происходящее.

Найтмер: Чтобы закрыла кабинет, — ответил он, и на его лице появилась лёгкая, почти загадочная улыбка. — Не хочу, чтобы кто-то узнал, что мы тут делали.

Она посмотрела на ключ в своей руке, потом на него.

Чара: Ты просто оставляешь меня здесь? — спросила она, и в её голосе прозвучало что-то между удивлением и лёгкой обидой.

Найтмер пожал плечами, но в его улыбке не было холодности.

Найтмер: Я бы остался... — сказал он тихо, почти шёпотом. — Но если мы пропустим ещё один урок, то привлечём внимание. А я не хочу ни с кем делить тебя, Чара.~

Она открыла рот, чтобы что-то сказать, но слова застряли где-то в горле.

Найтмер открыл дверь и шагнул в коридор. На секунду он обернулся, чтобы бросить через плечо:

Найтмер: И не думай, что мы закончили. Мы просто взяли паузу.

Дверь закрылась за ним, и щелчок замка прозвучал тихо, но отчётливо.

Чара осталась одна.

Она смотрела на закрытую дверь, чувствуя, как сердце всё ещё колотится где-то в ушах. Её пальцы сжимали ключ, на котором ещё сохранилось его тепло.

Чара: Мы просто взяли паузу... — повторила она шёпотом, и от этих слов по спине пробежали мурашки.

Чара медленно сползла по стене, приседая на корточки. Она положила голову на колени и обхватила их руками, пытаясь переварить всё, что только что произошло.

Её мысли скакали, как испуганные зайцы.

Чара: "Он меня поцеловал. Он меня… Он трогал меня. Он гладил меня за ухом, и я мурлыкала. МУРЛЫКАЛА!? Как какая-то дура! И потом он целовал мою шею, и я просто… Я просто таяла... Я буквально повисла на нём. Я сказала ему, что он мне нравится. Ну или почти сказала? Боже, я вообще что сейчас сказала?!"

Она зажмурилась, чувствуя, как щёки горят от стыда.

"Он просто забрал меня, закрыл дверь и… И я позволила ему. Я позволила ему всё это сделать. И я не жалею. Я не жалею, чёрт возьми!"

Она подняла голову и посмотрела на ключ, который всё ещё сжимала в руке.

Чара: "Он дал мне ключ. Он доверяет мне закрыть это место. И он сказал, что мы не закончили... Мы не закончили. Значит, будет продолжение."

Чара глубоко вздохнула и заставила себя подняться на ноги. Колени дрожали, но она уже не чувствовала слабости — только странное, новое, будоражащее волнение.

Она собрала свои вещи — сумка валялась в углу, наушники выпали из ушей, худи было немного сбито набок. Она привела себя в порядок, поправила волосы и одёрнула одежду.

Подошла к двери. Выглянула в коридор — никого. Только тишина и тусклый свет ламп.

Она вышла, закрыла дверь и провернула ключ в замке. Щелчок прозвучал гулко в пустом коридоре.

Чара убрала ключ в карман шорт, чувствуя его вес, и направилась к своему кабинету. Шаги её были бесшумными — она двигалась как тень, как привыкла за все эти годы.

Но внутри неё всё бурлило.

Чара: "Что же это было? Что это вообще было? Почему он? Почему именно он!?"

Она вошла в свой класс на третьей минуте урока. Учительница подняла голову, но Чара просто улыбнулась своей обычной улыбкой, которая говорила: "Не спрашивай, я всё равно не отвечу". Соседка оглядела её с ног до головы и шепнула:

Соседка: Ты выглядишь… Странно. С тобой всё в порядке?

Чара села за парту, положила на стол тетрадь и выдавила улыбку.

Чара: Всё отлично... — ответила она, но внутри всё ещё было то странное, тёплое, пульсирующее чувство.

Она не сказала ни слова. И Найтмер, сидящий через две парты сзади от неё, тоже молчал.

Они не смотрели друг на друга. Они не переглядывались.

Но Чара знала — он тоже думает о том, что произошло.

И она знала, что это не конец.

__________________

Ну что я могу сказать:...

4692 слова и 27763 символа получилось. И знаете что? Я ЧУТЬ СО СТЫДА НЕ СГОРЕЛА ПОКА ЭТО ПИСАЛА!!! Хотя впринципе получилось прикольно... Наверное. 😐

Ну как говорится: "Дальше-Больше" поэтому я щас начну писать 2 главу и примерно через мин: 30 или чуть больше, или чуть меньше будет 2 глава так что...

Ждите) 🌟