Признание в стакане воды. Хананэнэ

Летнее солнце безжалостно плавило асфальт школьного двора. В кабинете отохожего места, где обычно царил полумрак и прохлада, сегодня было душно даже для призрака.

— Ханако-кун, я принесла! — Ясиро Нэнэ влетела в туалет, держа в руках два высоких стакана с ярко-розовой жидкостью и звенящими кубиками льда. Её щёки раскраснелись от бега, а челка прилипла ко лбу. — В автомате появился новый лимонад со вкусом клубники и розы! Сказали, что он охлаждает лучше всего!

Ханако, который скучающе сидел на подоконнике, спрыгнул вниз и склонил голову набок, разглядывая её. Его тёмные волосы колыхнулись, и он хитро прищурился.

— Ох, Ясиро-чан, ты так обо мне заботишься... — он взял стакан из её руки, и их пальцы на мгновение соприкоснулись.

И тут случилось то, чего Нэнэ совсем не ожидала. Она так нервничала, что вручить ему напиток, пока он не испарился, что перехватила стакан слишком резко. Лёд соскользнул, стакан накренился, и целая волна липкой розовой жидкости плеснула прямо на её форменную юбку и, что хуже всего, на блузку, пропитывая ткань насквозь.

— А-а-а-а! — взвизгнула Ясиро, подпрыгивая на месте. Она была вся в сиропе, а на груди красовалось огромное мокрое пятно в форме сердечка.

Ханако замер. Его глаза округлились, а потом он сделал то, что заставило её сердце пропустить удар. Он не засмеялся. Он шагнул к ней так близко, что она почувствовала запах старой бумаги и лекарственных трав, исходящий от него.

— Стой, не дёргайся, — тихо сказал он, и его голос прозвучал низко и серьезно.

Он протянул руку. Прохладные пальцы, вопреки статусу призрака, коснулись её подбородка, чуть приподнимая его, а затем большим пальцем он аккуратно провёл по её щеке, стирая капельку розового сиропа, которая стекла от виска к подбородку.

Время остановилось.

Ясиро видела, как солнечный свет играет в его ресницах, как его взгляд сосредоточенно следит за движением его собственного пальца. Она чувствовала, как холод от его прикосновения контрастирует с адским жаром, разливающимся по её лицу. Она была краснее самого лимонада.

— П-п-п-почему... — выдохнула она, чувствуя, что её голос предательски срывается на писк.

Ханако убрал руку, поднес палец к своим губам и легко лизнул оставшийся сироп.

— Сладко, — произнёс он абсолютно невозмутимым тоном. — Ты пахнешь теперь клубникой, Ясиро-чан.

Он усмехнулся своей привычной насмешливой улыбкой, но если бы Нэнэ смотрела внимательнее, она бы заметила, что кончики его собственных ушей приобрели такой же розовый оттенок, как и пятно на её одежде.

— Ханако-кун, это не смешно! — закричала она, прикрывая руками мокрое пятно на груди и пятясь назад к двери. — Я сейчас... я пойду переоденусь!

Она выбежала, оставляя за собой мокрый след и запах клубники.

Ханако остался один. Он перевел взгляд на стакан, который чудом не разбился, и медленно поднес его к губам, сделав глоток.

— И правда, сладкий — пробормотал он, глядя на дверь, за которой скрылась Ясиро. Он подошёл к окну и увидел в отражении стекла своё лицо. Румянец на щеках проступил так явно, что даже его бледная кожа не могла его скрыть.

Он быстро отвернулся, делая вид, что его заинтересовал потолок.

В коридоре, прижимая к груди мокрую блузку, Ясиро прислонилась спиной к стене. Сердце колотилось так громко, что заглушало звонок на перемену.

«Он просто вытирал сироп... просто вытирал сироп...» — твердила она про себя, но перед глазами стояло его сосредоточенное лицо и прохладное прикосновение пальцев.

Она сползла по стене вниз, закрывая лицо ладонями.

— Боже, он даже не представляет, — прошептала она. — Он даже не представляет, что я сейчас чувствую...

А Ханако в это время перелил оставшийся лимонад в вазу для цветов,глядя на пустой стакан.

И никто из них двоих не знал, что это был тот самый первый раз, когда они влюбились окончательно и бесповоротно — просто от одного прикосновения и одного стакана лимонада.