Случайная встреча на Пути Героя [1-3 том]

Вэй Лань своими глазами видела, как тот силуэт взмыл на второй этаж.

Мгновение поколебавшись, она сперва отворила дверь дровяного сарая. Взору предстал труп на земле и лужи свежей алой крови.

Убитый был настоящим Дэн Чи.

Не задерживаясь более, она вышла и направилась наверх - но не цигуном, а медленно, по лестнице. В длинном коридоре второго этажа тянулись двери нескольких гостевых комнат. Судя по расположению, та, в которую только что через окно проник лже-Дэн Чи, должна была быть второй от входа, под знаком «И». Вэй Лань подняла руку и постучала.

Дверь открыла юная, миловидная девушка, тихо и мягко спросившая:

- Госпожа... вы к кому?

- Скажите, в этой комнате сейчас есть кто-нибудь ещё? - тепло осведомилась Вэй Лань.

- Кто-то ещё... Ах да, есть, - ответила Чу Сю. - Она уже некоторое время как легла спать. Вы к ней?

С этими словами она обернулась. В комнате как раз зажглась масляная лампа, и слабый свет озарил юную девушку в алом наряде - точно жемчужина, она засияла в тусклом мерцании, слепящая и ослепительная. Мгновение спустя она уже подбежала к Вэй Лань, и брови её взлетели вверх в неподдельной, казалось, радости.

- Лань-цзецзе! Откуда ты здесь? - она схватила Вэй Лань за руки. - Мы так давно не виделись, я ужасно по тебе скучала!

Увидев её, Вэй Лань тоже улыбнулась, но без тени удивления:

- Разве мы только что не виделись?

Улыбка на лице Фан Линцин мгновенно погасла. Она опустила голову и уставилась на носки своих туфель, удручённо проговорив:

- Так я и знала, что от тебя не скроешься!

Ей и самой очень не хотелось встретить подругу при таких обстоятельствах.

Хотя она давно понимала: при их противоположных положениях и ролях такое рано или поздно должно было случиться.

Когда-то в Лучжоу, решив подружиться с Вэй Лань, она уже размышляла об этом. Подумала всего мгновение - и тут же успокоилась: по крайней мере, в ближайшее время они не станут врагами, так зачем же томиться из-за того, что случится неведомо когда? К тому же Вэй Лань - очень хороший друг, но не такой уж и незаменимый. Когда и впрямь настанет день, что им придётся стать врагами, - значит, дружбе конец, и ничего тут страшного нет.

Только вот она тогда не ожидала, что дружеские чувства со временем, по мере всё новых встреч и разговоров, будут лишь углубляться.

За этот год с лишним они с Вэй Лань хоть и не виделись, но общались немало.

И теперь Фан Линцин вдруг осознала: если сейчас она потеряет такого друга, как Вэй Лань, ей будет очень больно.

Вэй Лань тоже на мгновение задумалась, бросила взгляд на стоявшую рядом миловидную девушку с совершенно растерянным лицом и сказала:

- Спустимся вниз, поговорим, хорошо?

Фан Линцин кивнула.

В тихий час Цзы¹ первый этаж был совершенно пуст. Фан Линцин сама зажгла на стойке два бронзовых светильника, молча поглядела на пляшущие язычки пламени и лишь потом снова одарила Вэй Лань улыбкой:

¹子时 (zǐshí) - с 23:00 до 01:00

- Ты уже догадалась, что это я, ещё до того, как увидела меня?

Оказавшись перед ней, Вэй Лань, разумеется, стала объяснять ещё терпеливее:

- На самом деле, когда я поняла, что ты не Дэн Чи, мне уже показалось это очень странным, - кивнула она. - Ты исследовала окрестности ночью, явно собираясь расправиться с преследователями за Дэн Чи. Но перевоплощаться в него тебе было вовсе не обязательно. Разве что ты не хотела, чтобы люди из Альянса Пути Героя видели твоё настоящее лицо. И ещё: убить Дэн Чи ты, видимо, решила уже по ходу дела? Ты не желала враждовать со мной, но боялась, что, схватив его, я смогу выпытать, с какой целью столько людей из Зала Тэнлю отправилось в Гуаньчжун?

- Ты хотела убить его - я и убила. Но о том, зачем они направляются в Гуаньчжун, я и впрямь не могу тебе рассказать, - ответила Фан Линцин.

- Похоже, не только Зал Тэнлю, но и Зал Пинъи идёт в Гуаньчжун? - спросила Вэй Лань.

- Да, - сказала Фан Линцин.

Это короткое «да» прозвучало очень тихо и растворилось в безмолвии долгой ночи. Обе сидели за деревянным столиком у окна и долго-долго молчали.

Вэй Лань невольно припомнила прошлое. В Лучжоу, в тот миг, когда она впервые признала Фан Линцин своим другом, это случилось потому, что она разглядела в ней нечто необычное, отличавшее её от большинства людей с Пика Высшего Совершенства. И другом ей была именно Фан Линцин - сама по себе, а не «юная госпожа Зала Пинъи».

Друзей у Вэй Лань было не много, но уж если она признавала кого-то другом, то доверяла ему полностью - таков был, по её убеждению, самый основы взаимных отношений.

Но она знала и то, что до конца узнать человека нелегко. Даже если сейчас ты убеждён, что знаешь кого-то, - откуда тебе знать, не изменится ли он потом? Поэтому в душе она держалась одного принципа: кто бы из её друзей ни совершил однажды злодеяние, если уговоры не помогут, она разорвёт отношения без колебаний и без оглядки.

Она и в делах, и в поступках всегда была решительна и тверда.

Вот только она тогда не ожидала, что дружеские чувства со временем, по мере всё новых встреч и разговоров, будут лишь углубляться.

За этот год с лишним они с Фан Линцин хоть и не виделись, но общались немало.

И теперь Вэй Лань вдруг осознала: если сейчас она потеряет такого друга, как Фан Линцин, ей будет очень больно.

Хотя, как бы ни было больно, её принципов это не изменит.

«Столько людей с Пика Высшего Совершенства в одно и то же время двинулись в одно и то же место - явно не ради любования горами и водами».

«Неужели они замышляют злодеяние?»

Мысли Вэй Лань кружились. Она перевела ясный взор за окно.

Ночь была черна, иней и снег - белы. Но среди этой бескрайней черноты и белизны виднелся и отсвет желтоватой луны, и несколько бирюзовых сосновых да кипарисовых листьев.

Вдруг она заговорила, нарушая тишину:

- Цинцин, на те три вопроса, что ты мне задала, я ответила только на два.

- Три вопроса? Какие? - удивилась Фан Линцин.

- Ты спросила: непременно ли я должна схватить Дэн Чи? Потому ли, что он с Пика Высшего Совершенства? И всех ли с Пика я хватаю? Вот этот последний вопрос... Когда-то давно я, как и многие, думала, что в мире всё либо чёрное, либо белое. Альянс Пути Героя - белое, а Пик Высшего Совершенства, естественно, чёрное. Но потом я поняла: между чёрным и белым, оказывается, есть ещё много разных красок. Только все вместе они и составляют настоящий людской мир. И большинство людей в этом мире - и есть те самые разные краски меж чёрным и белым.

Она помолчала и твёрдо, чеканя каждое слово, продолжила:

- Но это не значит, что чёрного и белого больше не существует. Цинцин... - её голос снова стал мягким. - Ты - исключение на Пике Высшего Совершенства, но Дэн Чи - нет. Я видела тело того простолюдина, которого он убил. Он и после смерти лежал с открытыми глазами, а в руке всё ещё сжимал колокольчик. Говорят, это был подарок, который он собирался отдать дочери... Мне тогда было очень горько. И я знаю, ты тоже должна знать: на Пике Высшего Совершенства много таких, как Дэн Чи, кто без малейших колебаний жестоко убивает невинных, ни во что не ставя людскую жизнь. Это и есть чернота. С ней-то я и должна бороться.

Фан Линцин слушала, опустив голову, и вдруг ей тоже стало немного горько.

Не за того убитого из слов Вэй Лань - она не знала его, не знала ни его имени, ни лица, и ничего к нему не чувствовала. Но к Вэй Лань у неё было чувство.

Она слышала в её голосе и печаль, и решимость.

- А ты - белое, - тихо сказала она.

Вэй Лань слегка улыбнулась, но потом медленно покачала головой:

- Я - нет.

- Почему? - спросила Фан Линцин.

- Я преследовала Дэн Чи не только потому, что он убил человека, но и потому... что хотела этим случаем ввести Зал Левэнь в дела Гуаньчжуна и совершить заслугу.

До того как принять пост главы Зала Левэнь, Вэй Лань была довольно безразлична к славе: она честно выполняла все поручения Альянса Пути Героя, но не боролась и не оспаривала ничего. А после - напротив, стала всё больше браться за дела, чтобы совершить побольше заслуг и занять положение повыше.

Совсем переменить Альянс Пути Героя было слишком трудно, и она считала, что сейчас ей это не под силу.

Оставалось начинать с малого.

- Я хотела тебе сказать, - понимающе произнесла Фан Линцин, - раз уж я убила Дэн Чи, может, ты оставишь эти гуаньчжунские дела? В конце концов, мы, на Пике Высшего Совершенства, на этот раз идём в Гуаньчжун вовсе не убивать. Но теперь вижу: чтобы ты оставила это, - невозможно.

- Не убивать? - переспросила Вэй Лань.

- Да. Поверь, хоть я и не могу раскрыть тебе тайн подробнее, но могу обещать: в этот раз мы не станем ни убивать, ни вредить Крепости семьи Лю.

Она на миг задумалась и снова улыбнулась Вэй Лань:

- И ещё могу пообещать: если только противник не будет вредить мне, я тоже не стану без разбора убивать невинных.

Это было второе обещание в её жизни.

И отличалось от первого.

Во-первых, никто её не принуждал, она давала его добровольно и по собственной воле.

Во-вторых, отпрыски Альянса Пути Героя и невинные люди - это, в конце концов, не совсем одно и то же.

- Мне и вообще-то не нравится убивать, - сказала она. - В детстве я спрашивала отца, зачем он убивает. Он ответил, что поначалу убивал, когда хотел, а потом - когда был вынужден. Спрашивала других дядей и дядюшек на Пике Высшего Совершенства, зачем они убивают. Кое-кто говорил, что убивать им весело. Но я никогда не чувствовала в убийстве никакого веселья.

- А тебе отвратительно убийство? - спросила Вэй Лань.

- Нет, - покачала головой Фан Линцин. - Отвратительным его тоже не назвать. Но... Лань-цзецзе, я открою тебе одну тайну, только не рассказывай никому. Даже отец не знает. Когда я впервые убила человека, это было, наверное, лет десять назад. В первый раз ощутив запах крови от мёртвого тела, я чуть не вырвала прямо на месте. Но вокруг было столько народу! Если бы меня и впрямь стошнило, разве это не был бы позор? Я насилу сдержалась. Потерпела раз, другой - и привыкла.

Так что теперь «убийство» для неё - не то чтобы нравится, не то чтобы противно.

Просто самое заурядное дело, к которому она уже привыкла.

Вэй Лань выслушала и ничего не сказала. Её взгляд, невольно сделавшийся необычайно мягким, долго-долго покоился на ней, и наконец она спросила:

- А что, по-твоему, приносит настоящую радость?

- Играть! Конечно, играть - это самое весёлое, - не задумываясь ответила Фан Линцин.

Вэй Лань мгновенно просветлела, кивнула и вдруг совсем другим тоном спросила:

- Тогда давай, что бы ни ждало нас в Гуаньчжуне, по пути туда мы покамест будем вместе и будем развлекаться по дороге, хорошо?

Глаза Фан Линцин мгновенно зажглись.

- Отлично, отлично! - с жаром согласилась она.

Пока они так беседовали, прошло ещё около времени, нужного, чтобы сгорело две палочки благовоний.

Ночь сгустилась, и за окном всё яростней завывал ветер.

Вспомнив о поручении Ду Тецзина, Вэй Лань уже хотела было расспросить о нём, но тут заметила, как в окно влетело несколько снежных крупинок и осело на плече Фан Линцин. Она поднялась, невзначай стряхнула их и произнесла:

- Пойдём наверх, в комнату, и там продолжим?

Фан Линцин тоже немедленно встала и, взяв Вэй Лань за руку, улыбнулась:

- Пойдём.

Так, рука об руку, они направились наверх.

В комнате под знаком «И» всё ещё горела тусклая масляная лампа.

Чу Сю сидела на стуле и ждала Фан Линцин уже очень долго.

Или, вернее сказать:

Она ждала «Вэй Лань».

Ждала ту самую героиню цзянху, что нынешней ночью готова была в одиночку, не боясь опасности, преследовать разбойника ради их бюро.

В тихой ночи наконец послышался лёгкий звук шагов. Чу Сю тотчас поднялась, подошла к двери и, глядя на стоявшую перед ней девушку, тихонько проговорила:

- Госпожа Вэй, вы вернулись.

Вэй Лань в этот миг как раз мягко спрашивала Фан Линцин, не замёрзла ли та. Услышав эти слова, она замерла и оглядела Чу Сю, невольно удивляясь.

Насколько она помнила, она никогда прежде не видела эту девушку. Откуда же та знает, кто она?