Повседневная жизнь хозяина канарейки

На следующее утро У Шаовэнь проснулся первым. Парень повернул голову и увидел, что У Жэньцзинь все еще спит. Брови мужчины были слегка нахмурены, а щеки раскрасневшимися.

У Шаовэнь не стал его будить. Парень встал с кровати и пошел в ванную умываться. Закончив, он вновь взглянул на У Жэньцзиня и вдруг вспомнил, как тот вчера жаловался на боль в горле.

Он еще с прошлого раза запомнил, что личная кухня У Жэньцзиня находится на шестом этаже. Парень тихо закрыл дверь палаты и направился на кухню, чтобы приготовить У Жэньцзиню завтрак.

Казалось холодильник только недавно был наполнен, и ничего не указывало на какое-либо использование. Парень взбил два яйца, сварил кашу из белого риса и затем все это перемешал.

Отправляясь на кухню, он забыл взять с собой телефон и боялся, что проснувшись У Жэньцзинь не найдет его. Поэтому парень очень торопился. К счастью, вернувшись в палату, он обнаружил, что У Жэньцзинь все еще спит.

У Шаовэнь накрыл стол, а затем подошел и тихонько позвал: «У Жэньцзинь, просыпайся, пора завтракать».

Ресницы У Жэньцзиня слегка шевельнулись, но он не открыл глаза, при этом выражение лица спящего казалось неправильным.

«У Жэньцзинь?» — Сердце У Шаовэня внезапно екнуло, когда он протянул руку, чтобы коснуться лица мужчины. Почувствовав температуру более высокую, чем обычно, парень в шоке отпрянул назад.

В то же время доктор Чен только закончил отвечать на телефонные звонки. Его коллеги из хосписа уведомили его, что пациент-донор находится в плохом состоянии и скорее всего скончается сегодня-завтра. Один раз уже была проведена реанимация, но в соответствии с пожеланиями семьи, второго раза, вероятно, не будет.

Он также связался с доктором Ву, который в течение последних нескольких дней находился в соседнем городе, читая лекции на семинаре, посвященном трансплантации сердца, и наконец-то вернулся готовый провести операцию.

Его разместили неподалеку от больницы, и как только сердце будет доставлено, они смогут приступить к пересадке без промедления.

Все шло гладко.

Однако прежде, чем доктор Чен успел с облегчением улыбнуться, в дверь его кабинета постучали.

В тот момент, когда он увидел встревоженное лицо медсестры, его барабанные перепонки загудели. Ему на голову будто вылили ушат ледяной воды. Сердце доктора пустилось в пляс еще до того, как медсестра успела произнести хоть слово. А все потому, что Чен Суй интуитивно понимал, что это точно не та новость, которую он хотел бы услышать.

Всегда ли в этом мире дейстует закон Мерфи? Чем больше вы чего-то боитесь, тем с большей вероятностью это произойдет.

«Доктор Чен, у господина У Жэньцзиня лихорадка. Похоже это простуда, а высокая температура тела вызвана воспалением миндалин».

Медсестра сделала несколько вдохов и продолжила: «Как вы думаеште, что нам делать?»

Для обычных людей простуда была довольно безобидным заболеванием. Даже если вы не будете принимать лекарство, то скорее всего через неделю вы все равно будете в порядке. Однако для пациентов с сердечными заболеваниями простуда — заклятый враг. Она может серьезно повлиять на работу сердца и легких, а также усугубить сердечную недостаточность, легко став причиной сердечного приступа.

Поэтому, как только У Жэньцзинь заболевал, его состояние становилось нестабильным. Проводить операцию в таких условиях категорически невозможно.

Хотя Чен Суй был врачом уже много лет, но только в этот момент он вдруг понял, почему их директор никогда не оперировал знакомых ему людей. Чем больше у вас личных чувств, тем более вы неспособны мыслить здраво и принимать правильные решения.

Чен Суй выглядел беспомощно. Доктор сидел, сгорбившись в кресле, а его разум пребывал в беспорядке. Прошло достаточно много времени, предже, чем он поднял голову и обратился к медсестре: «Сначала попросите доктора Ли обследовать пациента, чтобы определить... можно ли провести операцию в запланированные сроки или нам стоит немедленно позвонить в хоспис и позволить им...»

Он с трудом произнес оставшуюся половину предложения: «... связаться с другими пациентами, которым сердце этого донора подходит для пересадки».

Донорское сердце, по своей сути, — редкий и драгоценный дар, его невозможно сохранить или законсервировать в ожидании подходящего времени для операции. Упущенная возможность — это упущенная возможность, и ничего с этим не поделать.

Он внезапно пожалел, что ничего не предпринял, когда вчера Гуань Цицзюнь предположил худшее.

Почему судьба всегда так жестока к человеку? Он сокрушался за У Жэньцзиня, ведь судьбу этого человека, казалось, предрешили небеса.

Группа врачей надолго окружила кровать У Жэньцзиня. Вскоре вошла медсестра с тележкой, полной игл, шприцев и капельниц. И наконец монитор ЭКГ был немедленно подключен.

«Бип. Бип».

Инструмент непрерывно пищал, а У Шаовэнь сидел в другой стороне палаты, застышвий, словно кусок дерева, с холодной кашей со взбитым яйцом на столе перед ним.

«Все в порядке», — тихочечко шептал он, — «с ним все будет в порядке».

После восстановления от болезни и некоторого времени адаптации, пересадку все еще можно будет провести. Даже небеса решили, что лучше использовать именно его сердце.

Поэтому, когда доктор Чен и Гуань Цицзюнь вошли в палату, парень выглядел спокойнее, чем они.

Услышав голоса, он повернул голову и сказал: «Лекарство почти закончилось, я как раз собирался позвать медсестру».

Гуань Цицзюнь нажал кнопку вызова в изголовье кровати и замедлил капельницу, которая вот-вот должна была закончиться: «Она скоро будет здесь».

Мужчина на удивление тоже выглядел достаточно спокойным.

Доктор Чен взглянул на них двоих: «Нам следует внимательно следить за ситуацией: воспаление и температура могут снизиться. Также следует подождать новостей из хоспеса. Возможно, донор окажется выносливее, чем мы предполагали, и сможет продержаться еще несколько дней, до тех пор, как У Жэньцзинь поправится».

Голос доктора Чена звучал все слабее и слабее, как будто он даже не мог убедить самого себя.

«Ничего страшного, если не выйдет с этим доном. Я все еще здесь», — сказал У Шаовэнь.

Плотно сжатые кулаки Гуань Цицзюня слегка расслабились. Мужчина взглянул на У Шаовэня и вдруг тихо рассмеялся.

«У Шаовэнь, давай поговорим», — сказал он.

Доктор Чен нахмурился. Он знал лучше, чем кто-либо другой, почему Гуань Цицзюнь ушел от У Жэньцзиня: «Гуань Цицзюнь, не шути так, пока У Жэньцзинь без сознания».

Гуань Цицзюнь повернул голову и многозначительно улыбнулся ему, а затем повернулся к У Шаовэню: «Может быть, мы просто поговорим здесь?»

«Ага», — парень взглянул на У Жэньцзиня на больничной койке, — «мне ведь нужно присматривать за ним».

«Хорошо, тогда давай поговорим здесь», — Гуань Цицзюнь даже не попросил доктора Чена выйти и прямо продолжил, — «ты говорил, что твои органы могут отрасти. Они в это не верят, но я верю».

Внимание У Шаовэня переключилось на Гуань Цицзюня.

«Состояние здоровья У Жэньцзиня всегда вызывало у меня чувство бессилия. Кажется, я перепробовал все способы, но всегда ошибался, и ничего толком не смог поделать. Я даже консультировался за границей со специалистом, изучающим искусственное сердце. Он сказал, что при нынешних технологиях искусственное сердце сможет продлить жизнь всего на один-два года. Но ты же точно не хочешь, чтобы у У Жэньцзиня осталось всего пару лет жизни, не так ли?»

У Шаовэнь спокойно смотрел на собеседника и слушал. Гуань Цицзюнь опустил взгляд: «Сколько времени потребуется, чтобы твое сердце восстановилось?»

«Гуань Цицзюнь», — лицо доктора Чена выглядело неприглядно, — «пока все еще не зашло слишком далеко, прошу не сходите с ума».

«Около двух месяцев», — спокойно и решительно ответил У Шаовэнь.

«Тогда, в течение этих двух месяцев, пока оно отрастает, что поддерживает твою жизнедеятельность?»

Никому не было дела до Чен Суя.

«Оборудование для экстракорпоральной циркуляции *», — по какой-то причине, спокойное выражение лица и тон Гуань Цицзюня вызвали у У Шаовэня неожиданное чувство доверия. Он знал, что у них двоих одна и та же цель.

* Экстракорпоральная циркуляция — устройство, первичная функция которого - заменить кровообращение (перфузию) на дыхание (оксигенацию) во время остановки сердца при операции на сердце и сосудах. Оно также способно регулировать температуру тела

Глава 63

Чен Суй приподнял брови, его глаза выражали удивление. Он был тем, кто совершенно не верил в способность У Шаовэня регенерировать органы, однако ответ парня прозвучал настолько точно и профессионально, что это уже не казалось чем-то на грани воображения.

«Где можно достать такой прибор?» — Гуань Цицзюнь без колебаний поверил словам парня.

Уверенность в глазах У Шаовэня слегка пошатнулась. Он отвел взгляд и безучастно покачал головой: «Я не знаю где сейчас его можно найти».

Он даже не знал, как именно работает это устройство. Все потому, что каждый раз, когда его использовали, все тело парня было тщательно зафиксировано, и он не мог видеть ничего, кроме ослепительно белого потолка. Все, что он знал, — его тело подключали к густой сети трубок, а затем наступала бесконечная, долгая и беспросветная боль.

Подумав об этом, он снова начал немного бояться.

Каждая операция, производимая в лаборатории, имела свой привычный набор процедур, следовавших одна за другой. Теперь, вспоминая прошлое, он понимал, что именно это давало ему чувство безопасности. Тогда У Шаовэнь был уверен и знал, чего ожидать. Он знал когда и чем закончится процесс, а после он снова становился целым и здоровым.

В отличие от нынешней ситуации. Он даже не знал останется ли жив.

«Тогда в чем принцип его работы?»

«Он заключается в имитации функции работы сердца и поддержании кровотока. Также есть несколько других небольших приборов для абсорбции и фильтрации, которые используются для поддержания клеточного метаболизма». — У Шаовэнь слегка нахмурился. — «Однако я не знаю деталей».

С того момента, как парень произнес первое предложение, доктор Чен Суй пребывал в состоянии изумления. Знания, которые он копил на протяжение всей жизни, были поставлены под сомнения. Он действительно начал думать, что слова У Шаовэня могут оказаться правдой.

В конце концов, мир велик, а человеческое тело загадочно. Он не мог быть уверен на 100%, что не существует какой-либо безумной организации, увлеченной экспериментами над людьми, которые могли бы создать такое существо, как У Шаовэнь.

«Хорошо», — кивнул Гуань Цицзюнь. — «Я приложу максимум усилий и использую все свои связи, чтобы попытаться достать данное устройство».

Несколько тронутый У Шаовэнь поджал губы: «Спасибо».

Гуань Цицзюнь избегал встречаться взглядом с парнем. Мужчина на мгновение замолчал, а затем сбивчиво произнес: «Это может занять некоторое время, тебе лучше... пока не говорить У Жэньцзиню».

Прежде, чем Гуань Цицзюнь продолжил уговаривать, У Шаовэнь кивнул: «Я знаю. Если У Жэньцзинь узнает, то точно не согласится». Парень сделал паузу и добавил: «Он заботится обо мне больше всего».

У Шаовэнь даже посмотрел в сторону доктора и попросил: «Доктор Чен, пожалуйста, помогите сохранить это в секрете, не говорите У Жэньцзиню».

«Я...» — Чен Суй пребывал в замешательстве. На самом деле он оказался не настолько принципиальным, насколько ожидал. Окажись он действительно принципиальным, он бы изначально не вступил в сговор с Гуань Цицзюнем.

«Давайте пока сохраним это в секрете. Для людей с больным сердцем разве не важнее всего находиться в состоянии покоя?» — В этот момент У Шаовэнь выглядел спокойным и рассудительным, совсем не таким, каким он был рядом с У Жэньцзинем.

Выражение лица Гуань Цицзюня напряглось, его тело слегка задрожало. Наконец, он глубоко вздохнул: «Оставь его на меня, я его уговорю. А пока что оставим все как есть, я сообщу, как только будут новости».

«Хорошо».

«Пойдем». — Мужчина схватил Чена Суя за руку и потащил к выходу. Остановившись у двери он обернулся и напомнил: «Пока ты заботишься об У Жэньцзине, не забывай и о себе. Не забывай вовремя кушать. Я куплю что-нибудь поесть и принесу тебе позже».

«Хорошо», — очень послушно кивнул У Шаовэнь, — «Спасибо».

Как только они вышли, Чен Суй вырвал руку из схатки Гуань Цицзюня, он выглядел раздраженным: «И не стыдно тебе обманывать такого человека?»

«Нет», — лицо Гуань Цицзюня оставалось бесстрастным, — «кроме того, я его не обманывал, это его собственное решение».

«Он не может отвечать за свои решения».

«Он уже взрослый».

«У Жэньцзинь не согласится».

«Поэтому и нужно сохранить все в секрете». — Гуань Цицзюнь приподнял брови. — «Это тоже его собственное решение. Я просто сотрудничаю».

«Чен Суй», — Гуань Цицзюнь посмотрел на доктора без эмоций в глазах, — «тебе также следует немного больше доверять У Шаовэню. Быть может он действительно не умрет, и тогда для всех все закончится хорошо».

«Он умрет. Это более логичный исход».

«Он сам сказал, что его сердце трасплантировали другим. Если мы найдем необходимое оборудование, через два месяца все вернется в норму».

Гуань Цицзюнь шагал прямо, словно не слышал слов опровержения. У последнего поворота коридора он остановился и улыбнулся Чен Сую: «Я знаю, ты не расскажешь У Жэньцзиню».

После этих слов мужчина вошел в лифт.

Чен Суй стоял неподвижно и смотрел, как дверь лифта медленно закрывается перед ним. Свет отбрасывал тень на половину лица мужчины. Крепко сжатые кулаки доктора слегка разжались. Простояв так некоторое время, он развернулся и направился в свой кабинет.

Гуань Цицзюнь купил еду и вернулся. У Шаовэнь послушно все съел, а затем написал своему менеджеру в WeChat и договорился о продлении отпуска.

Парень больше всего беспокоился, что его отсутствие повлияет на график всей команды, и он ощущал давление вины и ответственности.

Однако У Жэньцзинь заранее предупредил Dingyi Entertainment об этом отпуске. Две компании недавно сотрудничали и не могли отказать друг другу в небольшой просьбе.

Менеджер охотно одобрил отпуск и поспешил утешить парня: «Все в порядке, недавно парни начали работать над собственным имиджем, так что тебе не стоит беспокоиться о том, что ты кого-то подведешь».

Хотя это было не самым удачным решением для участников группы со средним и низким уровнем популярности, но индустрия развлечений диктует свои правила. Капиталисты готовы рисковать, но вкладываются они только в тех, кто имеет высокую коммерческую ценность.

У Жэньцзинь проснулся только на следующий день. У него все еще была повышена температура, и ни врачи, ни медсестры не смели расслабляться; длительная субфебрильная температура порой может оказаться даже более проблематичной, чем высокая.

«Ты проснулся?» — У Шаовэнь сидел рядом, он был занят поиском медицинской литературы на своем мобильном. На самом деле, такие книги невозможно найти на Baidu, поэтому после долгой прокрутки страницы сверху вниз и назад, парень так и не нашел того, что искал.

На стойке для капельницы висела бутылка с лекарством, наполненная наполовину. У Жэньцзинь потер тяжелую голову свободной рукой и слабо улыбнулся: «На этот раз с донором сердца все было в порядке, однако проблема оказалась во мне».

У Шаовэнь не мог понять настоение У Жэньцзиня. Был ли он разочарован и огорчен? Поэтому парень поспешил осторожно утешить: «Ничего страшного, если в этот раз не получится, шанс еще будет».

У Жэньцзинь повернул голову к юноше: «Я ожидал, первое, что ты скажешь будет: давай используем мое сердце».

У Шаовэнь уже принял решение и начал избегать данной темы в присутствии У Жэньцзиня. Это был первый раз, когда парень солгал У Жэньцзиню. Он думал, что будет паниковать, но в итоге лишь слегка улыбнулся: «Я просто тебя послушался! Я стал по-настоящему послушным. Как ты собираешься меня наградить?»

«Да, я очень рад, что не услышал от тебя этих слов», — сказал У Жэньцзинь опуская ресницы и скрывая взгляд. Почему-то У Шаовэню показалось, что он... в этот момент выглядел немного грустным.

«Ты хочешь что-нибудь поесть? Приготовить тебе кашу? Простую кашу, без ничего».

«Хорошо», — мужчина кивнул, глядя как У Шаовэнь выходит из палаты и закрывает за собой дверь. Затем он закрыл глаза и позволил оцепеняющему разочарованию захлестнуть себя.

Он тихо усмехнулся, и на мгновение его наполнила ненависть. Но он не знал куда ему направить эту ненависть. Ему стоит ненавидеть судьбу?

Изначально он спокойно принимал все, не слишком заботясь о чем-либо за исключением расследования смерти своих родителей. Он даже думал, что если однажды будет умирать, то просто проигнорирует закон и отомстит, чтобы избавиться от своей одержимости.

С тех пор как ему поставили диагноз, он старался принять тот факт, что однажды умрет, а до наступления этого момента старался каждый день проживать счастливо.

Но внезапно он встретил У Шаовэня и вдруг захотел жить. У Шаовэнь, этот простой и добрый ко всем парень, был готов отдать свое сердце и душу в буквальном смысле.

У Жэньцзинь беспокоился. Если его не станет... встретит ли У Шаовэнь кого-то лучше него? Это будет мужчина или женщина? Будет ли он относиться к этому человеку так же, как к нему? Будут ли его ценить или же подведут?

У Шаовэнь встретил У Жэньцзиня будучи чистым листом, и то, каким он стал сейчас, в некоторой степени говорит о том, что он был создан У Жэньцзинем. У парня просто не было других вариантов. После того как он уйдет, поймет ли У Шаовэнь, что в этом мире есть еще много путей?

Он боялся и того, что отпустит парня слишком рано, и что никогда не сможет отпустить его до конца своей жизни.

Пока мысли У Жэньцзиня пребывали в хаосе, У Шаовэнь уже вернулся в комнату с кашей: «Давай я покормлю тебя».

Он слегка приподнял изголовье больничной кровати и взял ложку, чтобы аккуратно покормить мужчину.

У Жэньцзинь все послушно доел и вдруг сказал: «На самом деле, иногда я думаю о том, что было бы сейчас, если бы тогда ты не врезался в мою машину».

У Шаовэнь покачал головой: «Я не хочу даже думать об этом».

«Почему?»

«Я не могу даже гипотетически принять реальность, в которой тебя нет».

У Жэньцзинь потрепал парня по голове и с легкостью произнес жестокие слова: «Маленький друг, тебе стоит начать готовиться уже сейчас. Если ты даже не можешь принять гипотетическую реальность, где меня не было в прошлом, как ты сможешь принять реальность, где меня не будет в будущем?»

У Шаовэнь поставил миску и ложку на стол. Услышав эти слова, парень опешил. Повернув голову, он уставился на У Жэньцзиня с яростным взглядом: «Этого не произойдет, ты выздоровеешь».

«Ц-с-с, ты даже не представляешь, сколько раз с самого детства я слышал это утешительное 'ты выздоровеешь'. Это поверхностно и бесполезно».

«Замолчи, не говори больше ничего», — прошипел угрожающе У Шаовэнь, — «если ты скажешь еще хоть слово, я тут же позову доктора Чена и он вырежет для тебя мое сердце».

У Жэньцзинь не смог сдержать смеха: «Это первый раз, когда я слышу такую ужасающую угрозу. Мне действительно страшно».

«Тогда не стоит так говорить», — тон парня смягчился. Выглядя немного грустным, он поджал губы и повторил: «Не говори больше».

Легкая улыбка исчезла с губ У Жэньцзиня, и мужчина отвернулся. Он испытывал беспокойство и боль за такого У Шаовэня.

Всегда можно медленно принять что-то, даже если раньше это казалось невозможным.

Он просто был разбит тем, что У Шаовэню предстоит пройти через этот мучительный и болезненный процесс.