- танцовщица//егор крид,лера лежнева

Последняя группа закончила танцевать.

Музыка стихла.

Организаторы ещё несколько минут что-то обсуждали между собой, сверялись со списками и делали последние пометки.

Потом один из них поднялся со своего места.

— Спасибо всем, — громко сказал он. — Сейчас нам нужно немного времени, чтобы окончательно определить состав. Пожалуйста, оставайтесь в зале.

По помещению сразу прокатился тихий гул.

Кто-то сел прямо на пол.

Кто-то нервно ходил из стороны в сторону.

Кто-то снова повторял движения, будто надеялся, что это ещё может что-то изменить.

Лера просто подошла к стене.

Сделала несколько глотков воды.

Потом спокойно села на пол, прислонившись спиной к зеркалу.

Теперь уже ничего не зависело от неё.

Она сделала всё, что могла.

Оставалось только ждать.

⸻

За столом организаторов обсуждение продолжалось.

— Двадцать восемь, — сказал Егор, листая список.

— Хорошая.

Один из хореографов сразу кивнул.

— Очень.

Быстро схватывает материал.

Чисто работает.

— И спокойно, — добавил другой. — Ни разу не начала суетиться, даже когда ошиблась.

Егор поставил напротив номера ещё одну отметку.

— В основной состав.

Возражений не последовало.

⸻

Минут через тридцать участников снова попросили собраться.

Разговоры постепенно стихли.

Каждый ждал своего.

Организатор взял в руки лист.

— Спасибо всем, кто приехал. Вы большие молодцы. Решение было непростым.

Он ненадолго опустил взгляд в список.

— Сейчас назову номера участников, которые проходят в основной состав.

Зал затих окончательно.

— Семь...

Небольшая пауза.

— Двенадцать...

— Девятнадцать...

Лера слушала спокойно.

Не считала номера.

Не пыталась угадать.

Она просто ждала.

— Двадцать восемь.

На секунду ей показалось, что послышалось.

Она машинально посмотрела на наклейку, приклеенную к футболке.

Её.

По лицу сама собой расползлась улыбка.

Небольшая.

Но такая искренняя, что она даже не пыталась её скрыть.

Она прошла.

Правда прошла.

Не потому, что повезло.

Не потому, что кто-то пожалел.

Она прошла сама.

Своими силами.

Рядом кто-то радостно обнял подругу.

Кто-то уже доставал телефон.

Кто-то смеялся от облегчения.

Лера только тихо выдохнула.

Ей некому было звонить.

Да и не хотелось.

Она ещё раз посмотрела на список.

Потом убрала бутылку воды в рюкзак.

И снова улыбнулась.

Уже самой себе.

Кажется, впервые за долгое время она почувствовала простую, спокойную гордость за то, что смогла сделать шаг вперёд.

— Поздравляю всех, кто прошёл, — продолжил организатор. — Вся дальнейшая информация будет отправлена вам сегодня вечером. Первая совместная репетиция состоится через три дня.

Лера внимательно выслушала всё до конца.

Поправила лямку рюкзака и медленно направилась к выходу.

Проходя мимо стола организаторов, она негромко сказала:

— Спасибо.

Егор лишь коротко кивнул в ответ.

Таких благодарностей за день было много.

Для него это был очередной успешно завершившийся кастинг.

Для неё — начало совершенно новой работы.

___

Первые совместные репетиции прошли гораздо спокойнее, чем Лера ожидала.

Она думала, что все будут держаться обособленно, стараться показать себя лучше остальных.

Но оказалось совсем иначе.

Да, каждый хотел танцевать хорошо.

Каждый работал на максимум.

Но соперничество закончилось ещё на кастинге.

Теперь они были одной командой.

Новые связки разбирали быстро.

Половину материала многие уже знали благодаря кастингу, поэтому работать стало намного легче.

Оставалось только привыкнуть друг к другу.

К тому, кто как двигается.

Кто где стоит.

Кто немного торопится.

А кто, наоборот, всегда попадает точно в музыку.

Лера довольно быстро влилась в коллектив.

Она никогда не пыталась быть душой компании.

Но почему-то рядом с ней людям становилось спокойно.

Во время перерывов кто-нибудь обязательно садился рядом.

Обсуждали новые номера.

Смеялись над неудачными дублями.

Иногда спорили, кто сегодня ошибся больше всех.

Кто-то просил Леру посмотреть движение со стороны.

Она никогда не отказывала.

Если замечала ошибку — объясняла спокойно.

Без насмешек.

Без желания показать, что знает больше.

Наверное, именно поэтому к ней быстро привыкли.

Через несколько недель уже никто не спрашивал, можно ли взять её бутылку воды или попросить резинку для волос.

Она тоже перестала чувствовать себя новенькой.

Репетиции сменяли одна другую.

Связки постепенно становились длиннее.

Номеров становилось больше.

Иногда они проводили в зале почти целый день.

Возвращались домой уставшими настолько, что казалось, сил не осталось даже разговаривать.

Но на следующий день снова приходили.

И снова танцевали.

Как-то незаметно прошёл почти месяц.

В один из вечеров хореограф хлопнул в ладоши, привлекая внимание.

— Так, ребят.

Разговоры сразу стихли.

— Через две недели — Лужники.

По залу прокатился тихий гул.

Даже те, кто старался не показывать волнения, невольно переглянулись.

Лужники.

Это звучало совсем иначе.

Огромная сцена.

Тысячи зрителей.

Для кого-то это должно было стать первым настолько большим концертом.

Лера молча посмотрела на список номеров.

Она тоже волновалась.

Как и все.

Это было совершенно нормально.

Но вместе с волнением появилось и другое чувство.

Предвкушение.

Она столько лет танцевала.

Работала.

Училась.

И теперь впервые должна была выйти на сцену такого масштаба.

Оставалось только хорошо подготовиться.

И сделать всё, что от неё зависит.

____

До концерта оставалось всё меньше времени.

Репетиции становились длиннее.

Если раньше они спокойно заканчивались вечером, то теперь нередко затягивались почти до ночи.

Хореографы снова и снова останавливали музыку.

— Ещё раз.

Музыка включалась заново.

— Здесь синхроннее.

Снова сначала.

— Отлично. Но можно лучше.

И ещё раз.

Иногда Лере казалось, что она уже перестала считать, сколько раз за день повторила одну и ту же связку.

Но усталость почему-то не раздражала.

Наоборот.

Каждая репетиция всё сильнее убеждала её, что команда становится единым целым.

Во время перерывов кто-нибудь обязательно шутил.

Кто-то приносил кофе сразу на нескольких человек.

Кто-то включал музыку, пока все отдыхали.

Лера чаще всего сидела прямо на полу, прислонившись к зеркалу и молча пила воду.

Через пару минут рядом уже кто-нибудь устраивался.

— Устала?

Она улыбалась.

— Немного.

— Это ещё не Лужники.

— Вот именно поэтому и немного.

Все смеялись.

Несмотря на бесконечные часы в зале, настроение почти всегда оставалось хорошим.

Каждый понимал, ради чего всё это.

За несколько дней до концерта начали расставлять участников по линиям.

Хореограф внимательно посмотрел на команду.

— Лера.

Она подняла голову.

— В первую линию.

— Хорошо.

Она спокойно кивнула, будто услышала самую обычную просьбу.

Хотя внутри всё равно стало немного волнительно.

Первая линия.

Это означало, что ошибки будут заметнее.

Но это означало и доверие.

Хореографы были уверены, что она справится.

И Лера очень не хотела это доверие подвести.

⸻

День концерта наступил быстрее, чем хотелось.

За кулисами шум стоял такой, что приходилось говорить громче обычного.

Кто-то поправлял костюмы.

Кто-то проверял гарнитуры.

Кто-то в последний раз проходил движения буквально на месте.

Лера стояла чуть в стороне и медленно разминала кисти.

Не потому, что нервничала.

Это уже стало привычкой перед каждым выступлением.

Она глубоко вдохнула.

Потом выдохнула.

Поправила рукав костюма.

Из-за кулис доносился гул стадиона.

Тысячи голосов смешивались в один непрерывный шум.

От него по коже пробегали мурашки.

— Ребят, готовность две минуты! — крикнул организатор.

По команде все начали занимать свои места.

Лера ещё раз посмотрела вперёд.

Огромная сцена скрывалась всего в нескольких шагах.

За ней — десятки тысяч зрителей.

Она медленно улыбнулась.

Не потому, что перестала волноваться.

А потому, что именно ради таких моментов когда-то и начала танцевать.

— По местам!

Заиграло вступление.

Команда почти одновременно сделала первый шаг вперёд.

И яркий свет софитов встретил их ещё до того, как они вышли на сцену.