Озвучивание не поддерживается в этом браузере
Часть 28
Спустя двадцать минут коридор городской больницы заполнился эхом торопливых, испуганных шагов. Вбежавшая Лина бросила сумку прямо на пол. Лицо её было белым от ужаса, а глаза опухли от слёз. Она увидела Олега, который сидел на корточках у стены реанимации, обхватив голову руками. Его джинсы и куртка всё ещё были испачканы дорожной пылью и твоей кровью.
— Олег... Где она? Что с ней?! — отчаянно закричала Лина, хватая его за плечи и пытаясь поднять.Шепс медленно поднял на неё абсолютно пустой, стеклянный взгляд. Его руки крупно дрожали, а по щекам размазались высохшие слёзы. Он не мог выдавить ни единого слова, просто беззвучно глотал воздух, глядя на закрытые двери операционной. Лина всё поняла без слов. Она закрыла лицо руками и тяжело опустилась на банкетку, тихо взвыв от накрывающей боли.Они просидели в этом холодном коридоре около двух часов. Время тянулось невыносимо медленно, под аккомпанемент писка медицинских приборов и шагов медсестёр. Олег не шевелился, уставившись в одну точку. В его голове крутилась только одна мысль: ты шла к нему. На следующий день после жуткой ссоры ты просто шла через эту дорогу, чтобы помириться, а он не уберёг.Вдруг тяжёлая пластиковая дверь реанимации со скрипом открылась. Из неё вышел уставший хирург в зелёной форме. Он медленно снял маску, и по его тяжёлому, сочувствующему взгляду сразу стало всё понятно.Олег и Лина мгновенно подорвались со своих мест.
— Доктор... Ну что там? Скажите, что она в порядке! — умоляюще зашептала Лина, цепляясь за халат врача.Врач тяжело вздохнул, опустил глаза и тихо, но отчётливо произнёс:— Мне очень жаль. Мы сделали всё, что было в наших силах. Травмы оказались слишком тяжёлыми, несовместимыми с жизнью. Сердце остановилось на операционном столе. Примите мои соболезнования.В этот момент мир вокруг Олега рухнул окончательно. В ушах раздался оглушительный, звенящий шум, заглушивший истошный, полный дикой боли крик Лины, которая упала на колени прямо посреди коридора.Шепс сделал шаг назад и опёрся спиной о холодную стену, чувствуя, как внутри него умирает абсолютно всё. Боль была такой сильной, что физически сдавило грудную клетку, не давая сделать даже вдох. Твоё ранимое, доброе и любящее сердце больше не билось. Из-за его гордости, из-за дурацких ссор и грубых слов ты ушла навсегда, оставив его наедине с вечным, выжигающим душу чувством вины.
Комментарии