Разнимая врагов

Субботнее солнце уже вовсю заливало улицы Сеула, когда Минхо и Джисон наконец решились покинуть свое убежище в студии. Они шли к общежитию медленно, стараясь продлить эти минуты уединения. Теперь, когда они держались за руки, в этом больше не было защитного жеста - только искреннее желание чувствовать тепло друг друга.

Однако у самого порога дома Джисон резко затормозил, уставившись на закрытую деревянную дверь. Паника, которая на время утихла в объятиях Минхо, снова подняла голову.

- Хён, - тихо позвал Джисон, поворачиваясь к старшему. - А как мы им скажем? Ну, мемберам. Они ведь только вчера узнали, что вся наша «любовь» была фальшивкой ради твоих родителей. Если мы сейчас зайдем и скажем: «Привет, мы снова вместе, но теперь по-настоящему», они же решат, что мы окончательно сошли с ума!

Минхо не удержался и тихо рассмеялся, аккуратно щелкнув Хана по носу.
- Пусть думают что хотят. Главное, что мы сами знаем правду. Но ты прав, Чан-хён вчера выглядел так, будто готов седеть на глазах. Надо преподнести им это аккуратно.

Они договорились вести себя максимально естественно и не устраивать громких заявлений с порога. Минхо предложил просто зайти, сесть на диван и посмотреть на реакцию парней. Джисон согласно кивнул, хотя его сердце снова пустилось вскачь, стоило Минхо набрать код на электронном замке двери.

Внутри общежития царила гнетущая, унылая атмосфера. Мемберы сидели в гостиной, похожие на участников траурной процессии. Бан Чан хмуро листал что-то в планшете, Хёнджин уныло ковырял вилкой в тарелке, а Феликс сидел, обняв колени, с абсолютно несчастным видом. Вчерашнее раскрытие лжи и уход Джисона сильно подкосили команду.

Когда дверь открылась и на пороге появились Минхо и Джисон - живые, целые и подозрительно спокойные - все мемберы одновременно подняли головы. В комнате повисла звенящая, вопросительная тишина. Парни ждали новой бури или продолжения вчерашней ссоры, еще не зная, что их ждет самый неожиданный поворот в этой затянувшейся истории.