Озвучивание не поддерживается в этом браузере
Анатомия грехопадения
Они сидели на крыше дома Руби, скрытые от чужих глаз густым дымом от недалеких заводов Пентаграмм-Сити. Пепельный дождь прекратился. Эмир сидел, обняв длинные колени, его маска была слегка сдвинута набок - ровно настолько, чтобы он мог дышать этим тяжелым, сухим адским воздухом. Руби сидела рядом, вернув перчатки на руки, чтобы случайно не повредить его одежду.
- Расскажи мне, почему Рай так боится тепла? - тихо спросила она, глядя на далекие, кроваво-красные огни центра города.
Эмир долго молчал. Его профиль в полумраке казался высеченным из чистейшего кварца.
- Рай не боится тепла, - наконец произнес он, и в его голосе впервые проступила глубокая, вековая усталость.
- Рай боится хаоса. Чистый свет - это идеальная геометрия. Там нет места изменениям. Если ты начинаешь чувствовать, ты начинаешь сомневаться. Если ты сомневаешься - ты больше не можешь выполнять приказы. А экзорцист, который не может убивать... становится бесполезным ломом.
- Но ведь чувствовать - это значит жить, Эмир, - Руби мягко наклонила голову, её рыжая прядь коснулась его плеча.
- Здесь, в Аду, полно ужасных вещей, но мы хотя бы живые. Мы чувствуем боль, ярость, радость. А ты... ты просто функция в золотой обертке.
Ангел медленно повернул к ней лицо. Сквозь щель в маске Руби увидела его глаз - пронзительно-голубой, холодный, но сейчас в нем отражалось исключительно её янтарное пламя.
- Если я стану живым, Руби... я паду, - тихо сказал он.
- Мои крылья почернеют, и я никогда не увижу чистый свет.
- А тебе нужен свет, в котором тебе нельзя быть собой? - спросила она, и этот вопрос повис в воздухе тяжелым, неразрешимым аккордом.
Комментарии