Бархат против Экзорцизма
Ад никогда не знал прохлады, но на самой его окраине, где неоновые огни Пентаграмм-Сити сменялись глухими пустырями, воздух казался особенно тяжелым. Здесь, в небольшом, но уютном доме, жила Руби. Она была живым воплощением стихии, сокрытой под слоями плотной ткани. Короткие красные волосы до плеч с удлиненными огненно-рыжими прядями у лица казались всполохами костра, а янтарные глаза светились изнутри, как раскаленные угли.
Руби была тихой. Спокойной. Но эта тишина напоминала затишье перед извержением вулкана. Чтобы не причинять дискомфорт окружающим и не обуглить мебель, ей приходилось постоянно носить темные, невероятно плотные перчатки и длинную одежду из специальной, невоспламеняющейся ткани. Но даже сквозь эти барьеры ощущалось волнами исходящее от неё тепло.
Иногда Руби покидала свое убежище, чтобы помочь Чарли в Отеле Хазбин с бесконечной бумажной работой. Она любила Чарли за её неиссякаемый оптимизм, хотя с остальными постояльцами виделась редко - отчеты и налоговые декларации Ада требовали уединения. Жизнь текла монотонно, пока один день не расколол её мир надвое.
Руби собиралась выйти из общей гостиной отеля, потянула за ручку двери и... замерла. Прямо перед ней выросла высокая, монументальная фигура. Белоснежный плащ, казалось, впитывал в себя весь окружающий свет, а за спиной полукругом замерли ангельские крылья, излучающие мягкое, золотистое сияние. В правой руке незнакомец держал длинный серебряный кинжал - на лезвии холодно поблескивала выгравированная молитва. Лицо ангела скрывала абсолютно гладкая маска из чистого золота без единого шва, но взгляд, шедший будто сквозь прорези, был холоднее арктического льда.
- Нет, стой-стой, куда это мы собрались? - Руби не испугалась. Напротив, в её груди вспыхнул искренний, почти детский интерес. Она ухмыльнулась и сделала шаг вперед, встав к нему практически впритык. От неё повеяло сухим жаром.
Экзорцист замер в полушаге. Его фигура оставалась неподвижной, как мраморное изваяние.
- Я иду по делам Рая, - раздался из-под маски голос - ровный, механический, лишенный каких-либо человеческих интонаций. - Этот отель не должен вмешиваться.
Руби лишь слегка наклонила голову, с любопытством разглядывая смертоносное оружие. Жар внутри неё игриво затрепетал.
- Красивый кинжал... Да ну ладно, нужно же иногда отдыхать, - протянула она, сделав голос намеренно мягким и дразнящим.
Золотая маска чуть качнулась. Ангел явно был запрограммирован на панику, крики или яростную атаку демонов. Но эта беспечная усмешка и... предложение отдохнуть? Это шло вразрез с его протоколом. Свет его крыльев на мгновение дрогнул, став чуть тусклее.
- Я... не могу остановиться, - произнес он. Твердость никуда не исчезла, но где-то в глубине тембра проскользнула едва заметная, микроскопическая заминка.
- У меня приказ.
- Приказ? Как скучно. Точно ли это Рай? Там нет свободы... - Руби, не теряя ни секунды, потянулась тонкими пальцами в темной перчатке к его золотому лицу.
- Мне даже интересно, что скрывается за этой маской. Чего прячешься?
Ангел резко вскинул голову. Пальцы демонессы едва коснулись холодного металла. Его реакция была молниеносной: рука в белой перчатке стремительно перехватила запястье Руби. Хватка была железной, неоспоримой, но, к удивлению девушки, совершенно не причиняющей боли. Он не пытался сломать её руку. Он просто остановил её.
- Ты ничего о них не знаешь, - почти прошипел он, и в этом шипении впервые пробилась глухая, подавленная эмоция.
- Они запрещают видеть лица... чтобы никто... никому...
- Но это же просто маска. Покажи на секундочку, эй! - Руби обиженно нахмурилась, демонстративно надув губы, будто её лишили любимой игрушки.
Экзорцист сжал её запястье чуть сильнее. Его белоснежные крылья судорожно дернулись назад, словно закрывая его со спины от невидимой угрозы. В этом жесте не было агрессии. Была... скрытая, глубоко запрятанная тревога.
- Нет. Это... запрещено, - его голос упал до шепота.
Маска оставалась безжизненно гладкой, отражая лишь свет люстры отеля. Но Руби кожей чувствовала, какое колоссальное напряжение бушует внутри этого небесного солдата. Существо, годами подчинявшееся приказам, сейчас буквально дрожало перед простой девичьей шалостью.
Комментарии