«Договор»

Аврора ещё долго стояла возле машины.

Ночной ветер был прохладным, но именно он немного приводил её в чувство.

Она достала из кармана пачку сигарет.

Щёлкнула зажигалкой.

Сделала глубокую затяжку.

Медленно выдохнула дым в темноту.

— Вот же...

Она покачала головой.

— За один день всю жизнь перевернули.

Телефон завибрировал.

Мама.

Аврора посмотрела на экран.

Несколько секунд.

И просто сбросила звонок.

Через минуту снова.

Папа.

Она снова сбросила.

Следом пришло сообщение.

Папа:
Где ты?

Аврора открыла клавиатуру.

Пальцы быстро застучали по экрану.

Аврора:
Не потеряюсь.

Отправила.

И сразу убрала телефон обратно в карман.

— Всё...

Тихо сказала она.

— Сегодня я не хочу никого слышать.

Она докурила сигарету, выбросила окурок в урну и снова села за руль.

Ещё около часа она просто каталась по ночному городу.

Иногда включала музыку громче.

Иногда ехала в полной тишине.

Ей не хотелось возвращаться.

Но выбора особо не было.

Домой она приехала уже ближе к полуночи.

Во всём доме почти не горел свет.

Только на кухне.

Аврора тихо закрыла дверь и сняла обувь.

— Наконец-то.

Она подняла голову.

На кухне сидел отец.

Перед ним стояла уже давно остывшая кружка чая.

Он явно ждал её.

— Ты хоть представляешь, как мы переживали?

Аврора устало закрыла глаза.

— Я написала, что со мной всё нормально.

— Одного сообщения недостаточно.

Она медленно подошла к кухне.

— Пап...

— Где ты была?

— Каталась.

— Почти четыре часа?

— Да.

Он внимательно посмотрел на дочь.

— Ты плакала?

Аврора усмехнулась.

— Нет.

И это была правда.

Она не плакала.

Она слишком злилась, чтобы плакать.

Отец тяжело вздохнул.

— Сядь.

Аврора несколько секунд молчала.

Но всё же села напротив него.

Между ними снова повисла тишина.

На этот раз её нарушил отец.

— Я знаю, что ты нас ненавидишь.

Аврора сразу подняла глаза.

— Не говори глупости.

— Тогда почему ты смотришь на меня так, будто я сделал самое страшное в жизни?

Она долго молчала.

Потом тихо ответила:

— Потому что именно так я сейчас и чувствую.

Эти слова больно ударили по отцу.

Он опустил взгляд.

— Мы думали, что поступаем правильно.

Аврора покачала головой.

— Нет.

Она говорила уже спокойно.

Без крика.

И именно поэтому её слова звучали ещё тяжелее.

— Вы поступили так, как было удобно вам.

А не мне.

Отец молчал.

Ему нечего было возразить.

Аврора медленно поднялась.

— Спокойной ночи.

— Аврора...

Она остановилась.

Но не повернулась.

— Я всё ещё не соглашусь.

После этих слов девушка поднялась к себе.
Она приняла душ, переоделась в большую футболку и снова легла в кровать.

Сон не шёл.

Она взяла телефон.

Открыла социальные сети.

Начала бездумно листать ленту.

Через несколько минут ей снова написал Лера.

Лера:
Ты дома?

Аврора:
Да.

Лера:
Жива?

Аврора:
К сожалению.

Лера отправила смеющийся смайлик.

Лера:
Я же просила без глупостей.

Аврора:
Я просто каталась.

Лера:
Спи.

Аврора:
Попробую.

Аврора отложила телефон.

Закрыла глаза.

Но вместо сна перед ней снова возникло лицо той самой девушки.

Спокойный взгляд.

Короткие тёмные волосы.

Никаких эмоций.

— Бесит...

Пробормотала Аврора.

— Даже молчать умеет так, что бесит.

Она перевернулась на другой бок.

— Надеюсь, мы больше никогда не увидимся.

С этими словами она наконец закрыла глаза.
Утро для Авроры началось не с будильника.

А с настойчивого стука в дверь.

Она недовольно приоткрыла глаза и посмотрела на часы.

08:14.

— Да кого там принесло...

Она накрыла голову подушкой.

Но стук повторился.

— Аврора!

Голос отца.

— Спускайся вниз!

— Зачем?..

— Быстро!

Она тяжело простонала.

— Сегодня вообще кто-нибудь даст мне поспать...

Спустя несколько минут Аврора спустилась вниз.

На ней были серые спортивные штаны, белая футболка и растрёпанные после сна волосы.

Она даже не пыталась привести себя в порядок.

— Что случилось?

Но, сделав ещё несколько шагов, она остановилась.

Возле входной двери стояла Адель.

В чёрном брючном костюме.

Руки в карманах.

Абсолютно спокойная.

Будто приехала сюда по обычным делам.

Аврора несколько секунд молча смотрела на неё.

Потом перевела взгляд на родителей.

Потом снова на Адель.

— Вы сейчас серьёзно?

Адель спокойно посмотрела на неё.

— Доброе утро.

Аврора усмехнулась.

— Не сказала бы.

Повисла тишина.

Адель первой нарушила её.

— Поехали.

Это прозвучало не как просьба.

А как приказ.

Аврора медленно подняла брови.

— Что?

— Собирайся.

Поехали.

Она даже не изменилась в лице.

Сказала это настолько спокойно, будто была уверена, что ей не откажут.

Аврора тихо рассмеялась.

— Нет.

Адель смотрела ей прямо в глаза.

— Да.

— Нет.

— Аврора.

— Не называй меня так, будто мы знакомы десять лет.

В гостиной стало настолько тихо, что было слышно, как тикают часы.

Отец Авроры сделал шаг вперёд.

— Аврора, быстрее собирайся.

Она резко повернулась к нему.

— Что?

— Поезжай с Адель.

— Зачем?

— Потому что так нужно.

Аврора нервно усмехнулась.

— Опять?

Она посмотрела сначала на отца, потом на мать.

— Снова это ваше "нужно"?

Мама тихо сказала:

— Просто поезжай.

— Нет.

Аврора покачала головой.

— Вы вообще себя слышите?

Она снова посмотрела на Адель.

— А вы...

Она специально выделила последнее слово.

— Вы всегда приезжаете к незнакомым людям домой и командуете ими?

Адель спокойно ответила:

— Нет.

— Тогда почему сейчас?

— Потому что иначе ты не поедешь.

Аврора невольно закатила глаза.

— Какая наблюдательная.

На удивление, Адель даже не разозлилась.

Она лишь едва заметно усмехнулась.

Эта усмешка ещё сильнее вывела Аврору из себя.

— Что смешного?

— Ты именно такая, какой я тебя и представляла.

Аврора нахмурилась.

— Это ещё что должно значить?

— Упрямая.

Она выдержала небольшую паузу.

— И совершенно не умеешь слушать.

Аврора сделала шаг к ней.

— А ты слишком много себе позволяешь.

Они стояли друг напротив друга.

Между ними оставалось меньше метра.

Никто не собирался отводить взгляд.

Отец Авроры тяжело выдохнул.

— Хватит.

Он посмотрел на дочь.

— Аврора, иди и переоденься.

— Нет.

— Это не обсуждается.

Она сжала челюсть.

— Вот именно поэтому я и не хочу никуда ехать.

Потому что вы опять всё решили без меня.

Адель спокойно произнесла:

— Если закончила спорить, у тебя пять минут.

Аврора медленно повернула голову.

— Что, прости?

— Пять минут.

Иначе мы опоздаем.

Аврора смотрела на неё несколько секунд.

А потом неожиданно усмехнулась.

— Знаешь что?

Она подошла ещё ближе.

— Никогда...

Она специально сделала паузу.

— Никогда не смей разговаривать со мной таким тоном.

На лице Адель не дрогнул ни один мускул.

— Тогда не заставляй меня повторять дважды.

Аврора лишь недоверчиво покачала головой.

— Поверить не могу...

Она тихо пробормотала себе под нос:

— Нашлась ещё одна командирша...

И, бросив раздражённый взгляд на родителей, резко развернулась и пошла наверх.

Поднимаясь по лестнице, она громко сказала:

— Если через пять минут меня не будет, значит, я передумала!

Внизу на мгновение повисла тишина.

Родители переглянулись, ожидая реакции Адель.

Но та лишь спокойно посмотрела в сторону лестницы и негромко произнесла:

— Будет.

И почему-то была абсолютно уверена в своих словах.

Аврора поднялась в свою комнату и закрыла дверь.

Она так и не подошла к шкафу.

Не открыла чемодан.

Не начала собирать вещи.

Она просто села на край кровати.

Локти упёрлись в колени.

Взгляд застыл в одной точке.

— Да что мне вообще брать?..

Тихо пробормотала она.

— И брать ли вообще...

Она нервно усмехнулась.

— Может, вообще в окно выпрыгнуть...

Сказала это скорее с раздражением, чем всерьёз.

Тишина.

Мысли путались одна за другой.

Злость не проходила.

Наоборот.

С каждой минутой становилось только хуже.

Она посмотрела на свои руки.

Они снова дрожали.

Сильно.

Так сильно, что пальцы было трудно удержать неподвижно.

— Чёрт...

Аврора стиснула кулаки.

Не помогло.

Дрожь становилась только сильнее.

Она резко поднялась с кровати.

Подошла к тумбочке.

Выдвинула верхний ящик.

Достала небольшую белую упаковку с таблетками.

Ещё несколько лет назад врач объяснил ей, что при сильном эмоциональном напряжении у неё может появляться такая реакция — руки начинали заметно дрожать. Тогда ей назначили успокоительное, которое следовало принимать только при необходимости.

Аврора вытряхнула одну таблетку на ладонь.

Другой рукой взяла стакан.

Налила воды.

Но даже стакан удержать было трудно.

Вода слегка плескалась через край.

— Да успокойтесь вы уже...

Тихо процедила она сквозь зубы, обращаясь к собственным рукам.

В этот момент дверь без стука открылась.

Аврора резко подняла глаза.

На пороге стояла Адель.

Всё такой же спокойный взгляд.

Та же прямая осанка.

Она собиралась что-то сказать.

Но замолчала.

Потому что впервые увидела Аврору совсем другой.

Не дерзкой.

Не спорящей.

Не кричащей.

Перед ней стояла девушка с дрожащими руками, которая с трудом подносила стакан к губам.

Аврора сделала глоток воды и проглотила таблетку.

Стакан едва заметно стучал о её зубы из-за дрожи.

Адель молча наблюдала.

Аврора поставила стакан обратно на тумбочку.

Глубоко вдохнула.

И только потом холодно произнесла:

— Стучать не учили?

— Нет.

Спокойно ответила Адель.

— Я стучала.

Ты не ответила.

Аврора коротко усмехнулась.

— И поэтому решила зайти?

— Да.

Несколько секунд они просто смотрели друг на друга.

Потом взгляд Адель снова опустился на руки Авроры.

Дрожь ещё не прошла.

— Что с руками?

Аврора мгновенно спрятала их за спину.

— Не твоё дело.

— Я спросила.

— А я ответила.

Она раздражённо отвела взгляд.

— Не твоё дело.

Адель не стала спорить.

Лишь спокойно сказала:

— Тебе плохо?

Аврора тихо рассмеялась.

— Серьёзно?

Она подняла на неё глаза.

— Как думаешь, человеку, которого пытаются против его воли выдать за не пойми кого , может быть хорошо?

В комнате снова стало тихо.

Адель несколько секунд молчала.

— Я не об этом спросила.

Аврора устало провела рукой по лицу.

— Нет.

Она снова посмотрела на неё.

— Мне не плохо.

Я просто очень злая.

И мои руки иногда так реагируют.

На этом всё.

Адель едва заметно кивнула.

Не было ни жалости.

Ни лишних вопросов.

Только спокойное понимание.

— Собирай вещи.

Аврора раздражённо закатила глаза.

— Да господи...

— У тебя осталось немного времени.

— Ты вообще умеешь говорить нормально?

Адель спокойно ответила:

— Умею.

— Тогда почему разговариваешь так, будто командуешь армией?

Впервые за всё время уголок губ Адель едва заметно дрогнул.

— Потому что с тобой по-другому, кажется, не работает.

Аврора недоверчиво покачала головой.

— Ты невозможная.

— Мне говорили.

— Знаешь...

Аврора скрестила руки на груди, хотя пальцы всё ещё слегка подрагивали.

— Ты начинаешь бесить меня ещё больше.

— Привыкай.

Коротко ответила Адель.

Дверь снова приоткрылась.

На этот раз в комнату осторожно заглянула мама.

Она сразу перевела взгляд на Аврору.

Девушка стояла возле тумбочки, всё ещё крепко сжимая стакан.

Пальцы заметно дрожали.

Мама знала этот взгляд.

Знала эту дрожь.

И прекрасно понимала — сейчас любое неосторожное слово только сделает хуже.

Она медленно посмотрела на Адель.

— Адель...

Та повернула голову.

— Да?

— Выйди, пожалуйста.

Аврора молча опустила взгляд.

Мама продолжила уже мягче:

— Сейчас ей нужно немного побыть одной.

Адель несколько секунд внимательно смотрела на Аврору.

Та стояла, тяжело дыша и стараясь спрятать дрожащие руки за спиной.

Она ничего не сказала.

Просто развернулась и спокойно вышла из комнаты.

Дверь тихо закрылась.

Только после этого мама подошла ближе.

— Дай сюда.

Она аккуратно забрала у дочери стакан и поставила его на тумбочку.

Аврора молчала.

— Руки опять сильно трясутся?

Девушка лишь кивнула.

Мама осторожно взяла её ладони в свои.

Они были холодными.

И всё ещё дрожали.

— Солнышко...

Тихо сказала она.

— Не надо сейчас пытаться держать всё в себе.

Аврора резко выдохнула.

— Я не могу успокоиться...

Её голос впервые за всё утро дрогнул.

— Не могу.

Мама осторожно погладила её по волосам.

— Я знаю.

Она действительно знала.

С самого детства сильные переживания Аврора переносила тяжело.

Не слезами.

Не истериками.

Сначала она злилась.

Очень сильно.

А потом начиналась эта дрожь, будто организм уже не справлялся с напряжением.

— Поэтому я и попросила Адель выйти.

Аврора тихо усмехнулась.

— Спасибо...

Она опустилась на кровать.

— Она меня раздражает.

Даже когда молчит.

Мама невольно улыбнулась.

— Я заметила.

Аврора закрыла лицо ладонями.

— Она заходит в мою комнату...

Командует...

Будто уже имеет на это право.

— Она просто не знает тебя.

— И слава богу.

Буркнула Аврора.

Мама села рядом.

— Послушай меня.

Аврора медленно подняла голову.

— Я понимаю, что ты сейчас злишься.

И имеешь на это полное право.

Но я очень прошу тебя...

Береги себя.

Ты знаешь, что врач говорил.

Тебе нельзя так долго находиться в таком напряжении.

Аврора устало кивнула.

— Знаю...

Она посмотрела на свои руки.

Дрожь понемногу становилась слабее.

Таблетка начинала действовать.

Мама осторожно улыбнулась.

— Вот так уже лучше.

Несколько секунд они сидели молча.

Потом мама тихо сказала:

— Не торопись.

Соберись спокойно.

Я сделаю так, чтобы никто больше не заходил к тебе без разрешения.

Аврора впервые за утро посмотрела на неё без раздражения.

— Правда?

— Правда.

Она поцеловала дочь в макушку.

— Я подожду их внизу.

А ты просто... подыши.

Хорошо?

Аврора тихо кивнула.

— Хорошо.

Мама вышла из комнаты, осторожно прикрыв за собой дверь.

Спустившись вниз, она сразу увидела Адель, спокойно ожидавшую в прихожей.

— Она скоро спустится, — сказала мама.

А затем, выдержав небольшую паузу, добавила уже серьёзнее:

— И ещё одна просьба.

Адель внимательно посмотрела на неё.

— Какая?

— Не дави на неё сейчас.

Она и так находится на пределе.

Ей тяжело переносить такой стресс.

Адель несколько секунд молчала.

После чего коротко ответила:

— Поняла.

И это был первый раз за всё утро, когда в её голосе не было привычной холодной требовательности.