Курортный кошмар.

Тяжелые, глухие радиопомехи заполнили пространство общей спальни из с Люцифером. Солнечный свет, пробиваясь сквозь раздвинутые шторы из бордового бархата, чертил на шелковых простынях длинные, похожие на капли свежей крови полосы. Аластор проснулся значительно позже обычного. Для демона, который строил всю свою жизнь на безупречном тайминге, жесткой дисциплине и тотальном контроле над собственным телом, этот факт сам по себе стал сокрушительным ударом. Попытка приподняться на локтях отозвалась острой, тянущей болью в пояснице и ниже. Радио-демон глухо замычал, чувствуя, как его уши бессильно прижались к растрепанным, алым волосам. Каждая клеточка его тела кричала о том, что произошло несколько часов назад.

Он — безжалостный палач прошлого века — добровольно отдал контроль. Он позволил чужим рукам сжимать свои бедра, позволил себе стать принимающим, подчиненным этой оглушительной нежности падшего ангела. От осознания этого эго Аластора буквально плавилось, сгорая со стыда.

— О, ты наконец-то проснулся, — тихий, лишенный привычного театрального пафоса голос раздался совсем рядом. Люцифер сидел на краю кровати. Его плюшевый розовый халат был слегка распахнут, открывая вид на бледные ключицы, а в руках он бережно держал фарфоровую чашку, от которой поднимался тонкий пар яблочного чая. В золотистых глазах Короля не было ни капли насмешки или высокомерия — лишь бесконечная, теплая, убаюкивающая нежность, которая пугала Аластора сильнее любого оружия. Ал резко рванулся назад, спиной к изголовью кровати, мгновенно натягивая одеяло до самого подбородка. Его знаменитая, неизменная улыбка, служившая ему броней всю жизнь, сейчас выглядела чрезмерно натянутой. На бледных, сероватых щеках проступил густой яркий румянец.

— Ваше Величество, — процедил Аластор, и его голос из-за смущения прозвучал менее спокойно, чем он планировал. — Доброе утро. Полагаю, нам обоим следует проявить благоразумие и вычеркнуть это нелепое... недоразумение из памяти. Обычное помутнение рассудка, вызванное избытком алкоголя. Никаких чувств, уверяю вас.

Люцифер лишь тихо, мягко рассмеялся. Этот смех не был обидным — он был ласкающим. Поставив чашку на прикроватный столик, Владыка Ада плавно опустился обратно на матрас, пододвигаясь к демону ближе. Аластор инстинктивно сжался, пытаясь отстраниться, но Люцифер аккуратно, но невероятно настойчиво положил теплую ладонь на его щеку. Пальцы коснулись бледной прохладной кожи, и Аластор против воли замер, издав короткий олений писк.

— Отрицание — твоя любимая защитная реакция, верно, Ал? — прошептал Люцифер, большим пальцем нежно очерчивая дрожащий контур натянутой улыбки демона. — Ты можешь сколько угодно говорить о физиологии. Но то, как ты сжимал мои плечи, как звал меня по имени... Это нельзя забыть. И тебе не нужно защищаться от меня. Особенно сейчас, когда мы делим одну постель.

— Это был лишь стратегический компромисс! — упрямо выкрикнул Аластор, хотя его оленьи уши, полностью выдавая его внутреннее состояние, мелко затрепетали от тепла чужой ладони. — Между нами нет и не может быть никаких... глупых романтических привязанностей. Я не способен на это.

Люци вздохнул, но его улыбка стала еще теплее. Он наклонился и невесомо, едва касаясь, поцеловал Аластора в кончик носа. Радио-демон буквально оцепенел, его зрачки сузились до размеров радиодеталей, а румянец залил все лицо до самых корней волос.

— Способности можно развивать, — тихо произнес Люцифер, перебирая пальцами спутанные красные пряди на затылке Аластора. — Я знаю, как тебе страшно потерять контроль. Но со мной ты в безопасности. Ал... давай встречаться. По-настоящему. Без этих масок и попыток казаться идеальными. Просто мы.

Олень спрятал лицо в ладонях, не в силах выносить этот прямой, любящий взгляд. Внутренний голос кричал, что это ловушка, что уязвимость погубит его, но тепло Люцифера, который придвинулся вплотную и обнял его со спины, упрямо доказывало обратное. Демон уткнулся лбом в плечо Короля, тихо и го согласие было беззвучным — в виде робкого, едва ощутимого ответного пожатия руки под одеялом.

***

Тем временем в Отеле Хазбин атмосфера была куда менее интимной, но не менее напряженной.Чарли взволнованно разглаживала подол своего пиджака, расхаживая по роскошному вестибюлю. Сегодня был особенный день и посетить отель решилась Рози — ведь именно она помогла ей победить армию Адама.

Все остальные работники и близкие люди отеля лишь хмуро глядели на принцессу Ада, не желая учавствовать в этом психозе. А может они просто боялись каннибалку?

Но когда массивные дубовые двери распахнулись, в холл грациозно вплыла Рози. На ней была ее знаменитая шляпа, украшенная пышными перьями, а на губах играла белоснежная улыбка из ряда острых клыков.

— Чарли, дорогая! — Рози раскрыла объятия, с искренней теплотой прижимая к себе принцессу Ада. — Какой чудесный день! Отель выглядит просто потрясающе после ремонта! Но где же наш дорогой Аластор? Мне так не терпится обсудить с ним последние сплетни.

— О, Рози! Спасибо, что пришла! — Чарли просияла, хотя в ее голосе проскользнула легкая нотка растерянности. — Аластор и мой папа  уже ждут нас на кухне. Они спустились чуть раньше, чтобы подготовить стол. Пойдем!

Когда женщины вошли в залитую мягким светом чайную комнату, за круглым столом действительно сидели двое. Люцифер, облаченный в свой безупречный белый костюм, и Аластор, сидевший с идеально прямой спиной и своей фирменной широкой улыбкой. Перед ними стоял дорогой фарфоровый сервиз. На первый взгляд, картина была идеальной. Но Рози, едва переступив порог, неуловимо изменилась в лице. Ее черные, как уголь, глаза сузились, а шаг стал более медленным и расчетливым.

— А вот и мы! — радостно объявила Чарли, присаживаясь за стол. — Папа, Аластор, посмотрите, Рози пришла!

Ал медленно повернул голову. Его улыбка была широкой, но взгляд оставался абсолютно стеклянным, лишенным той опасной и ядовитой искры, которая всегда сопровождала Радио-демона.

— Приветствую вас в отеле Хазбин, леди, — сухо произнес Аластор. Голос был точной копией оригинала, но интонации казались механическими, словно записанными на старую пластинку. — Пожалуйста, приступайте к чаепитию.

Рози удивленно вскинула брови, но плавно опустилась на стул, расправляя юбку, и пристально посмотрела на своего «старого друга».  Настоящий Аластор при ее появлении обязательно бы вскочил с места, как истинный джентельмена и галантно поцеловал бы ей руку, обязательно сделав комплимент. Этот же «Аластор» продолжал сидеть неподвижно, демонстрируя абсолютное, леденящее душу хладнокровие. Будто..не знаком с ней?

— Ну надо же, какая официальность, Аластор, — протянула Рози, и ее голос стал мягким, но в нем отчетливо послышался опасный металл. Она наклонилась вперед, опираясь подбородком на ладонь.

— Ты даже не взглянешь на мой новый маникюр? И, кстати, как поживает та очаровательная лавка с сырым мясом на окраине квартала канниболов, о которой мы говорили в нашу последнюю встречу? Помнишь владельца, старого Фрэнка?

Клон Аластора на секунду замер. Его глаза-радиодетали слегка мигнули, словно система обрабатывала неожиданный запрос.

— Лавка? — повторил он без единой эмоции. — Я не имею понятия, о какой лавке идет речь, мадам. Пожалуйста, пейте чай. Он остывает.

В комнате повисла зловещая, тяжелая тишина. Рози медленно перевела взгляд на Люцифера. Король Ада сидел рядом с такой же застывшей, вежливой и пустой улыбкой, изредка кивая в такт словам своего спутника. Никаких взаимных колкостей, никакого раздражения, никакой живой мимики.

Рози с негромким, решительным стуком поставила чашку на блюдце. Ее дружелюбный тон испарился.

— Чарли, милая, — спокойно, но властно произнесла Повелительница каннибалов, не сводя глаз с мужчин напротив. — Отойди от стола. Немедленно. И встань за мою спину.

— Эм... Рози? Что происходит? — Чарли удивленно захлопала глазами, переводя взгляд с подруги на отца и управляющего.

— Это не Аластор, — отрезала Рози, поднимаясь со стула. — И рядом с ним сидит не твой отец.

Клон Радио-демона попытался вмешаться, его радиопомехи усилились, выдавая раздражение.

— О чем вы говорите, дорогая?

— Не смей называть меня так, кусок магии, — жестко оборвала его Рози, и в ее глазах вспыхнул опасный голодный блеск. — Настоящий Аластор дорожит нашей дружбой. А ты... ты даже не знаешь, кто я такая. В тебе нет его души. Только внешняя оболочка и заложенный набор фраз для отвода глаз.

Чарли замерла. Осознание, точно тяжелый обух, ударило ее по голове, вновь напоминая о себе.

Она в который раз с опаской и явной неохотой присмотрелась к «отцу». Настоящий Люцифер, даже находясь в глубокой депрессии, всегда живо реагировал на ее голос, его глаза вспыхивали, а вокруг летали маленькие искры магии.

Этот же «Люцифер» сидел неподвижно, словно восковая кукла из витрины магазина. Вся его сущность была лишь иллюзией.

— О Боже... — Чарли прикрыла рот руками, ее глаза наполнились слезами и паникой.