Чужие правила игры

Следующее утро в колледже встретило меня тишиной. Не той тишиной, которая бывает, когда никто не говорит, а той, когда кто-то важный отсутствует. Тео снова не было. Место за моей спиной пустовало, и я чувствовала это каждой клеткой тела.

Ида, как всегда, была рядом. Мы сидели на лекции, делали записи, перешептывались, когда профессор отворачивался. Но я ловила себя на мысли, что мои глаза то и дело скользят к той парте, где обычно сидел Тео. Пустота. Снова пустота.

После звонка я уже собиралась выйти из аудитории, как вдруг ко мне подошёл первокурсник. Парень был явно смущён, мял в руках какую-то бумажку.

- Фройляйн Лоуретт? - спросил он.

- Да, это я, - я остановилась.

- Вас зовёт классный руководитель. Сказали зайти прямо сейчас.

Я кивнула и повернулась к Иде:

- Ид, я сейчас. Наверное, что-то по поводу проекта.

- Ладно, я подожду в холле, - она махнула рукой.

Я вышла в коридор и направилась в сторону кабинета классного руководителя. Но когда я уже почти дошла до двери, кто-то преградил мне путь.

Передо мной стояла девушка. Высокая, с идеальной укладкой, в дорогой одежде и с таким выражением лица, будто весь мир был ей должен. За её спиной стояли две такие же накрашенные девицы, которые смотрели на меня с откровенным презрением.

Я узнала её. Лена. Одна из тех, кто всегда был в центре внимания. Королева колледжа, как её называли за спиной. Я никогда с ней не пересекалась, но слышала о ней достаточно.

- Элли Лоуретт, да? - она окинула меня взглядом с головы до ног, и в её глазах я увидела усмешку.

- Я иду к классному руководителю, - сказала я, стараясь обойти её. - У меня нет времени на пустые разговоры.

- Ах, нет времени на меня? - она рассмеялась, но смех был холодным и колким. - Слушай, я хочу спросить тебя кое о чём. Что нашёл в тебе Тео? Ты что, колдунья? Что он из всех девушек дружит только с тобой? Ты его наколдовала или что?

Я замерла. Внутри вспыхнул холодный огонь, но я заставила себя говорить спокойно:

- Я не колдунья. Я просто его друг. А теперь пропусти, мне нужно идти.

- На меня у всех должно быть время, - она перегородила мне путь, её голос стал громче. - А ты вообще кто? Стерва в грязном платке, которая только и делает, что крутится вокруг Тео. Зачем ты вообще сюда пришла? Чтобы мозги всем выносить? Ты вообще человек или так, тупая овца?

Я сжала кулаки. Внутри закипал гнев. Я старалась сдерживаться, но с каждым её словом грань становилась тоньше.

- Заткнись, - сказала я, чувствуя, как голос начинает дрожать от злости.

- Смотрите на неё! - Лена повернулась к своим подругам и засмеялась. - Ты думаешь, что можешь указывать мне? Ты - никто. Никто! Или ты думаешь, что если ты в этом своём платке, то ты святая? Ты просто дешёвка, которая притворяется лучше, чем есть.

Не помня себя, я шагнула вперёд и схватила её за волосы. Я дёрнула их с такой силой, что она закричала, а её голова мотнулась из стороны в сторону. Девицы за её спиной завизжали, отскочили, но мне было всё равно. Я тянула её волосы так, что она припала на колени.

И когда я наконец отпустила её, в моей руке остался клок её дорогих, уложенных волос. Лена лежала на полу и смотрела на меня с ужасом, не веря, что такое могло произойти.

Я поднесла её волосы к её лицу и с силой сжала их в кулаке:

- Я сама могу постоять за себя. И да, теперь ты поняла, от чего меня спасает мой платок? Мои волосы останутся целыми, в отличие от твоих.

Я разжала пальцы, и её светлые волосы упали на пол прямо перед ней. Она так и осталась лежать, глядя на меня снизу вверх.

- Я не буду больше терпеть твои выходки, - добавила я уже тише. - Ты не имеешь права унижать меня или кого-либо ещё. Поняла?

Я развернулась и пошла к кабинету классного руководителя, чувствуя, как внутри меня бушует смесь гнева и удовлетворения. Но не успела я сделать и пары шагов, как из-за угла вышли директор и завуч. За ними стояли те самые подруги Лены - они вызвали их.

- Элиза Лоуретт, - голос завуча был ледяным. - Пройдёмте в кабинет директора.

Через полчаса я сидела в кабинете. Мне объявили выговор и отстранили от занятий на две недели. За физическое насилие. Я не спорила. Я просто слушала, чувствуя, как внутри меня всё ещё пульсирует то самое чувство, которое было сильнее стыда, - гордость.

Когда я вышла из кабинета, я направилась в класс. Ида сидела и смотрела на меня, её глаза были большими и встревоженными, но я не остановилась. Я подошла к парте, молча сложила учебники и, даже не взглянув на неё, вышла из класса.

Я шла по коридору пустого колледжа, чувствуя, как по лицу скатываются слёзы. Смешанные чувства кружили внутри меня: грусть, злость, но над всем этим - гордость. Я не позволила ей унизить меня. Я выдержала.

Дома меня ждали родители. Они сидели в гостиной, когда я зашла. Я остановилась в дверях и, глядя на них, сказала:

- Меня исключили из колледжа на две недели.

Мама замерла, папа опустил газету. Но я стояла с поднятой головой и смотрела им прямо в глаза. Мои руки дрожали, но я не позволяла себе выглядеть слабой.

- Я подралась с девушкой. Она оскорбляла меня, мою веру, мой платок. Я защищала себя, - я посмотрела на них, чувствуя, как внутри поднимается решимость. - Я не жалею.

Мама открыла рот, но не успела ничего сказать, как я, резко развернувшись, почти выбежала из комнаты.

Я поднялась в свою комнату, закрыла дверь и опустилась на пол. Зажмурилась. Слёзы текли по щекам, но я заставляла себя дышать ровно.

Я сняла платок, собралась с силами и совершила намаз. С каждым движением, с каждым словом молитвы я чувствовала, как гнев уходит, оставляя лишь усталость и печаль. Я молилась долго, прося у Аллаха прощения за свою слабость и благодарность за то, что смогла постоять за себя.

Когда я поднялась с коврика, я почувствовала, что внутри стало легче. Слёзы высохли, и я спустилась вниз.

Родители сидели в гостиной. Я села между ними на диван, и мы включили дораму. На экране шёл «Слабый герой». Напряжённый момент: главный герой дрался, и его лицо было в крови. Я смотрела на экран и чувствовала, как мама и папа смотрят на меня.

Мама мягко положила руку на моё плечо:

- Элли, только не переходи так далеко, как этот парень. Не становись как... как его зовут? Юн...Шуюн, или как?

- Ен Сыин, мам, - поправила я, не отрываясь от экрана. - Его зовут Ен Сыин. И не переживай. Я не буду больше драться. Я хочу учиться.

Родители не сказали ни слова, но я чувствовала, как их руки обнимают меня, и это было важнее любых слов.