Chapter 49
Порой люди бывают коварными и жестокими. Люди бывают по-настоящему добрыми, искренними и любящими. А ещё они оказываются предателями, и это, наверное, самое паршивое, что может произойти с человеком — стать вдруг предателем.
Я не видела Дилана два месяца, но я прекрасно помнила последнюю встречу. В тот день мне удалось, наконец, признаться парню в своих чувствах, и это было очень неожиданно с моей стороны. Я так долго держала все в себе и билась в сомнениях по поводу них, что не сразу осознала, сколько прошло времени.
В отличие от Дилана, мой путь к осознанию был велик. Мне пришлось пройти через кучу дерьма, чтобы понять, насколько сильно я смогла полюбить парня. А полюбила я его до беспамятства. Не просто больше, чем друга, а я полюбила его заново. Я заново с ним знакомилась, заново приглядывалась к нему, заново общалась. Если раньше я любила Дилана, как друга, то в этот раз О'Брайен смог завоевать моё сердце совсем по другому. Так, как он этого хотел.
Его чувства стали взаимными и казалось бы, что ещё ему было нужно? Неужели одной этой причины парню оказалось недостаточно, чтобы дождаться меня?
Видимо, куда проще ему оказалось предать меня.
Я не хочу говорить, что теперь моя жизнь была окончательно разрушена из-за него, а надежды на лучшее растоптаны. Я не хочу говорить, что все оказалось напрасным, и что даже отец мой был прав. Я ничего из этого не хочу говорить, потому что осознание всей сложившейся ситуации приносит мне жуткую боль.
Я наивно полагала, что все проблемы были закончены, и ничего больше не мешало нам с Диланом быть вместе. Поверить не могу, насколько я оказалась глупой. Вместо радушного приёма, которого я так долго ждала, мне удалось получить лишь нож в спину, пропитанный убийственным ядом О'Брайена.
Я бежала вниз по лестнице, пытаясь изо всех сил успеть одеться и покинуть дом до того, как меня кто-нибудь поймает. Я не знала, гонится за мной кто-то или нет, но за моей спиной, казалось, до сих пор несколько раз повторялось моё имя, отчего я продолжала сжимать уши, чтобы не слышать ни единого звука.
Добравшись до своих вещей, я быстро засунула ноги в ботинки, не застегнув при этом даже заклёпки, накинула на себя куртку и, схватив чемодан, направилась на выход. Мне следовало незамедлительно покинуть это место и последним делом меня волновало, в каком виде я выбегу на улицу.
— Уже уходишь? — буквально из ниоткуда Лео встал на проходе и окинул меня взволнованным взглядом.
— Да, — быстро и резко ответила я, чувствуя, как очередная соленая капля скатилась не во время по щеке.
— Ты плачешь? — заметил он и, немного склонившись, тщательно просканировал моё лицо, — Что случилось?
— Не делай вид, что не знаешь! — резко ответила я.
— Не понимаю, о чем ты, — Лео пожал плечами и ухмыльнулся, будто и вправду не понимая.
— Я видела её! Её и Дилана!
Вздохнув, Лео собрался мне что-то ответить, но отчётливый, на сей раз, голос Дилана, заставил меня обернуться.
Мне хватило нескольких секунд, чтобы пересечься с ним взглядом и заметить весь его взбудораженный вид. Парень быстро спускался с лестницы, направляясь ко мне. Настолько быстро, что порой ему приходилось врезаться в нескольких людей, которые поднимались в это время наверх.
Я напряглась всем телом и, обернувшись снова, проскочила через Лео на улицу, оставив его в полном недоумении на пороге. Если бы он даже захотел схватить меня и никуда не пустить, то не думаю, что у него получилось бы сделать это. Я слишком шустро покинула дом и побежала по сырой тропинке на дорогу.
Во дворе у Лео стояло несколько припаркованных машин, и мне не составило труда побежать в их сторону.
Этот вариант был лучше, чем бежать в противоположную сторону в своей яркой белой куртке и сразу привлекать к себе внимание.
Час назад я бы отдала за встречу с Диланом все, что угодно, а теперь я была готова отдать все, что угодно, лишь бы не видеть этого парня и не слышать его оправданий.
Что он может сказать мне?
«Прости, Мел, так получилось»
«Мел, я не мог без тебя жить и поэтому решил найти себе другую»
«Мел, тебя слишком долго не было, и я тебя разлюбил»
«Мел, нам лучше остаться друзьями»
В моей голове было ещё множество чёртовых вариантов, которые я успела себе накрутить.
Услышав его голос снова, я резко присела на свой чемодан посередине двух больших джипов и, облокотившись на колени, опустила голову . Я продолжала плакать, чувствуя себя крайне паршиво. Прислонив ко рту ладонь, я зажмурила глаза сдерживая в себе не громкие, но все-таки слышные всхлипы.
— Мел!?
Он был где-то рядом, где-то совсем близко. Меня начало потряхивать от нарастающего волнения и холода. Я засунула руки в карманы и вдруг ненароком кое-что нащупала.
Сигареты и зажигалка. Мои глаза округлись, и я вмиг окинула себя взглядом, резко осознав, что напялила на себя чужую куртку. Она выглядела очень похожей на мою, и этого мне показалось достаточно, чтобы перепутать её со своей.
Оглядев находку, я вытащила из пачки одну сигарету и дрожащей рукой покрутила её в разные стороны. Благодаря запретам врачей и родителей, я уже давно научилась обходиться без них, но именно сейчас мне стало ровным счётом без разницы. Я должна была успокоиться, и эта сигарета хоть немного, но помогла бы мне.
Чиркнув зажигалкой, я подкурила и запустила как будто первый за всю свою жизнь никотин в лёгкие. Нет, я не стала кашлять, но мое горло слегка зажгло от жадной и длительной затяжки. Я выдохнула клубок дыма и тут же помахала возле себя другой рукой, разгоняя его от себя в разные стороны. Мне почему-то стал неприятен этот запах.
— А ты не изменилась, — по левой стороне от меня раздался голос Дилана.
Как-то инстинктивно я поднялась на ноги и повернулась.
Парень стоял в нескольких метрах от меня в одной рубашке и джинсах. Его щеки, вероятно, от холода покрылись румянцем, а волосы слегка растрепались от ветра.
— Ты по прежнему не умеешь прятаться от меня, Мел, — улыбнувшись, произнёс он.
Он находил эту ситуацию смешной в тот момент, когда я продолжала ронять слезы. Мои глаза, должно быть, уже страшно опухли, а щеки были чёрными от туши. Я выглядела жалко, но раз он меня обнаружил, терять мне больше было нечего.
— И по прежнему куришь, — он покачал головой, и его улыбка сошла с лица. Вместо неё Дилан недовольно сфокусировался на сигарете.
— Да, и что? — ухмыльнулась я, шмыгнув носом.
Пусть мне больше и не хотелось курить, я назло ему поднесла сигарету к губам и снова затянулась. На сей раз в моем горле запершило, и я едва сдержала кашель.
— Послушай, Мел, — он начал приближаться в мою сторону.
— Нет! Не смей подходить ко мне! — я выставила руку вперёд. О'Брайен лишь ухмыльнулся.
— Я серьёзно, не подходи! А не то ударю. Ты знаешь, я ведь могу! — как можно увереннее попыталась сказать я, но почему-то мне показалось, что даже мой тон выглядел нелепо в данной ситуации.
— Не ударишь, — спокойно ответил он и окончательно сократил расстояние между нами, прижимая меня спиной к одной из машин.
От злости я начала задыхаться и глотать холодный воздух. Я подняла руку и как можно сильнее замахнулась на него. Если О'Брайен думает, что так просто может теперь находиться рядом со мной, то он ошибается.
Дилан во время перехватил моё запястье, отчего я очень удивилась. Он наклонился ко мне, тяжело дыша.
— Выслушай меня, — потребовал он.
— И не подумаю, — нервно ухмыльнулась я и, выдернув свою руку, сделала шаг в сторону. Я поднесла тлевшую сигарету к губам, настойчиво затягиваясь.
Мой кашель на этот раз все-таки вырвался наружу, и я закрыла рот рукой, делая вид, что все в порядке. В это же мгновение Дилан резко притянул меня обратно в свою сторону.
— Прекрати, блять, вести себя так, Мел!
— Как? Я себя нормально веду, в отличие от тебя, Дилан!
— Выкинь эту ёбаную сигарету и послушай меня!
Мои глаза расширились от его слов. Я покачала головой, наблюдая, как О'Брайен начал быстро выходить из себя. Его брови нахмурились, а губы твёрдо сомкнулись. Он посмотрел на меня прямо в упор, а затем, коснувшись моей руки, не глядя, выхватил горящую сигарету.
Я опустила голову и заметила, как он сжал её тут же в своём кулаке.
— Дилан! — ахнула я.
Парень даже не сморщился, но я-таки почувствовала, как пепел прожег его кожу.
Я могла бы и дальше после этого продолжать стоять на своём и даже, наверное, взять ещё одну сигарету, если бы мне было без разницы на этого парня, но от увиденного я потеряла дар речи и схватила его твёрдо зажатый кулак.
— Разожми сейчас же! — выкрикнула я, моё сердце начало тарабанить в грудной клетке.
— Нет.
— Дилан! — я схватила его пальцы, начиная разжимать. Мои глаза снова наполнились слезами, — Я выслушаю тебя!
— Обещаешь? — сквозь зубы произнёс он.
— Да!
Дилан разжал руку, и потухший окурок упал на землю. Я быстро схватила его ладонь.
Рана посередине выглядела маленькой, но сильно глубокой. Его кровь смешалась с чёрной смолой вокруг разъевшейся кожи, и это выглядело ужасно.
— Зачем ты так поступаешь? — не выдержала я, — Я призналась тебе в своих чувствах не для того, чтобы ты сейчас издевался надо мной!
И снова я начала плакать.
— Мои нервы не выдерживают всего произошедшего, Дилан! Я не хочу жаловаться, но я правда устала и морально вымоталась! Мне нужен покой, черт возьми, мне надоело мучаться и страдать. Я обычный человек, который хочет быть счастливым, разве я много прошу?
— Мел.
— За всю свою чёртову жизнь я даже не могу вспомнить, когда все было размеренно. Наверное, когда у меня была полная семья, но даже тогда моя мать не раз меня била за плохое поведение, а потом задабривала новыми вещичками и косметикой. Да, я была трудным ребёнком, но уже с самого гребаного детства мне не везёт!
— Мел.
— Или может ты думаешь, что я была счастливой, когда родители уехали от меня? Я была этому рада? Нет! Моя бабушка начала болеть, и все эти годы я ухаживала за ней. Мы были очень близки, но в глубине души боль за неё заполняла меня.
— Твою мать, Мел!
— Я слышу тебя, Дилан, ну, конечно же. Кто, как не ты окончательно свёл меня с ума. Этой своей больной любовью ты заразил меня, а теперь убиваешь! Это, блять, невыносимо!
Дилан обхватил моё сырое от слез лицо двумя руками и посмотрел в глаза.
— Она моя сестра.