Чужая невеста для генерала драконов || liskook

Пять лет спустя

— И тогда грозный воин обратился в красивого дракона и победил чудовище, — больше часа я сидела в детской комнате и рассказывала сказки, нежно поглаживая тёмную макушку четырёхлетнего сына.

— И спас плинцессу? — спросил он, теряя букву «р» и сонно поглядывая на меня своими зелёными глазками.

— Да, — улыбнулась я.

На детском личике проступила гордая улыбка.

— Папа тебя тоже бы спас, — заявил он. — Ведь он у нас самый сильный и смелый. Я, когда выласту, тоже стану таким.

— Конечно, станешь, — я поцеловала сына в щёчку. — Засыпай, милый. Уже поздно.

— А можно ещё одну сказку? — Феликс невинно захлопал глазками. — Совсем маленькую?

Я улыбнулась, глядя на сына. Истинный сын своего отца.

Вероятно, ночь для Чонов — это время для активности, а не сна.

— Ладно. Но только одну. И маленькую.

Феликс просиял и поудобнее улёгся на подушки, подложив маленькую ладошку под щёчку и приготовившись слушать.

Я только открыла рот, чтобы начать рассказ, как на первом этаже хлопнула входная дверь.

— Папа дома! — с первого этажа донёсся голос Чонгука.

Секунда — и Феликс сполз с постели и поспешил на голос с радостным криком:

— Папа!

Я шумно вздохнула, слушая топот детских ножек, спешащих к коридору.

Но Гук появился на пороге спальни раньше и подхватил беглеца на руки.

— А кто тут у нас ещё не в постели? — он поднял сына высоко над головой, затем прижал к груди и запечатлел поцелуй на его щёчке.

Я смотрела на своих мужчин с улыбкой.

И вот так всегда.

Если есть шанс лечь спать под сказки отца — о героях, воинах и драконах — Феликс ни за что этого не упустит.

Конечно, когда папа задерживался, ему приходилось довольствоваться моими сказками. Но они не вызывали в нём такого бурного восторга, как героические истории Чонгука.

Я любовалась мужем, одетым в генеральскую форму, и его маленькой копией, которую он держал на руках. Феликс медленно водил пальчиком по серебряным эполетам на одежде отца, будто и не слышал вопроса.

— Мы пытались, — я тихо рассмеялась. — Но наш план дал трещину, когда кто-то громко хлопнул дверью.

Гук наигранно сурово взглянул на Феликса.

— Вы ослушались приказа мамы, солдат?

Феликс по-детски выпрямил спину и поджал губы, пытаясь не рассмеяться. А потом склонился к уху отца и что-то прошептал.

Слушая секрет сына, Гук смотрел на меня и улыбался.

Так. Всё ясно.

Уже жалуется отцу, что сказки были скучные и девчачьи.

— Раз папа пришёл, тогда он и расскажет тебе одну маленькую сказку, — я неспешно поднялась из кресла. — Согласен, милый?

— Да! — в его голосе прозвучал такой детский восторг, словно именно этого предложения он и ждал.

Я подошла к мужу, поцеловала его в губы и зашагала прочь, оставляя моих мужчин в их маленьком сказочном царстве одних.

Оказавшись в спальне, я подошла к окну и обняла себя за плечи.

Задумчиво смотрела на падающие хлопья снега, укрывающие землю белым полотном. Вдалеке виднелся луг и тонкая полоска леса.

Я любила эти места. И была безумно рада, когда Гук предложил жить здесь — в родовом поместье Чонов, а не в шумной столице.

Поместье Греймор хоть и пустовало сейчас, всё равно находилось под присмотром.

Тётушка Беатрис, Луиза и Вивиан перебрались в столицу, но с радостью иногда наведывались в загородный дом, чтобы насладиться тишиной.

Четыре года назад тётушка Беатрис вышла замуж за барона Харгрейва.

Мы втайне восторгались выдержкой и упрямством барона, который так настойчиво добивался тётушки, живущей строго по морали общества. Но он всё же перехитрил её и сделал своей женой. Так тётушка стала столичной дамой.

У барона был небольшой особняк на окраине города, где они и обосновались.

Сейчас с семейной четой Харгрейв жила только Вивиан. Совсем скоро она должна была впервые выйти в свет и очень переживала по этому поводу.

Луиза вышла замуж ещё год назад за одного симпатичного герцога. Он был немногословен, порой суров, но относился к ней с заботой. Я же, по собственному опыту, боялась, чтобы эта забота не оказалась показной.

Как старшая сестра, я долго беседовала с Луизой, расспрашивая, уверена ли она в своём выборе. Ведь развод в нашем мире женщине не получить. А значит, она должна быть абсолютно уверена.

И тогда Луиза призналась, что впервые влюбилась. Все вопросы отпали сами собой. Ведь я прекрасно знала, что это за чувство. В день свадьбы она сияла, а её жених давал такие нежные клятвы, что мне пришлось побороть свою настороженность.

Тем более пять лет назад, после того, как мы закрыли Врата Забвения, семья Греймор оказалась под прицелом королевского внимания. Все архивы были подняты и изучены заново, все книги — разобраны по строчкам.

Никто не знал, проснётся ли в Луизе и Вивиан действительно редкая магия. Или же всю «ценность» этого поколения забрала себе я.

Король хотел перестраховаться и выдать моих сестёр замуж за своих лучших генералов. Очередная свадьба по приказу.

А я хотела, чтобы у них был выбор. Чтобы они тоже вышли замуж по любви. Как и я.

В этом мне помог Чонгук, сумевший переубедить короля.

И вот, когда год назад Луиза вышла замуж и редкой магии в ней не оказалось, король успокоился. А Вивиан, мечтающая о большой любви, наконец-то выдохнула.

Что же касается Лорин и Хёнджина, король не стал долго разбираться. Он их поженил и отправил к западным границам королевства.

Хёнджин был лишён не только высокого поста, но и титула. Всё, что молодожёнам даровал король — это клочок земли и дом, где они сейчас и проживали.

Как говорил Лексар, недавно побывавший в тех краях, живут они вполне сносно. Недавно Лорин даже родила Хёнджину сына.

Но самое главное — мы их больше не видели. Король запретил им покидать западные земли. Туда же не так давно переехал и бывший советник короля, чтобы нянчиться с внуком и следить, чтобы Хёнджин не поколачивал его дочь.

Потому что, судя по слухам из ближайших деревень, образцовым мужем его назвать было нельзя.

Я шумно вздохнула, продолжая смотреть на зимний вечерний пейзаж. Сегодня он меня не радовал. Уже второй день я ощущала странную тревогу и не понимала почему.

— Феликс уснул, — за спиной раздался тихий голос Чонгука.

Он подошёл ко мне и бережно заключил в кольцо своих рук. Поцеловал в макушку, положил поверх неё свой колючий подбородок и, как и я, уставился в окно.

Я оперлась спиной на грудь мужа и закрыла глаза.

— Давай съездим в столицу, Гук, — прошептала я. — Мне как-то неспокойно.

Он издал тихий грудной смешок, и я сладко улыбнулась.

Я обожала эти моменты.

Стоять вот так. В его руках. Чувствовать тепло его тела. Вдыхать его запах. Слышать его голос.

— Мне кажется, перед рождением Феликса тебя обуревала такая же тревога, — прошептал он мне на ухо, и его горячая ладонь легла на мой округлившийся живот.

Я тихо рассмеялась.

— Но в этот раз всё по-другому...

— Значит, у меня будет дочь, а не второй сын. И тебе наконец будет кому рассказывать сказки про принцесс.

Я повернулась к мужу, обняла его за шею и посмотрела в любимые тёмные глаза.

— Ну давай всё-таки съездим в столицу? М-м?

Он склонился ближе к моим губам.

— Чтобы ты родила прямо в дороге?

— Я жена сильнейшего дракона. Как-нибудь справлюсь, — улыбнулась я, понимая, что это, возможно, действительно плохая идея.

Я вот-вот должна была родить. И, конечно же, Чонгук никуда меня не отпустит.

Он оберегал меня как драгоценность. Как муж. Как любимый. Как щит.

— Как жена сильнейшего дракона ты должна слушаться мужа, — хрипло произнёс Чонгук, едва касаясь моих губ своими. — Или у вас есть возражения, леди Чон?

— Никаких возражений, генерал, — прошептала я, пряча в голосе нотки веселья.

— Вот и славно, — ответил он и впился в мои губы поцелуем.