Озвучивание не поддерживается в этом браузере
23
Чонгук
Лис не захотела проводить со мною время. Предпочла мою компанию книгам в библиотеке.
Я пытался отвлечься делами. Разложил перед собой бумаги, просмотрел домовые книги, сверил отчёты управляющего. Но сколько бы строк я ни перечитал, мыслями я всё равно оставался с Лис.
Я шумно выдохнул и провёл ладонью по лицу. Взгляд снова упёрся в строчки, но смысл опять от меня ускользал.
— Проклятье, — я устало откинулся на спинку кресла. Пальцы сжали перо с такой силой, что оно хрустнуло.
Дел полно. А я был бесполезен.
Жжение под рёбрами не утихало, но я знал, что дело не в твари. Боль жила гораздо глубже. В том, что Лис меня избегала. Что смотрела на меня, как на чужого, и твердила о своей любви к Хёнджи.
Я поднялся из-за стола, стянул пиджак и небрежно бросил его на спинку кресла. Хотелось избавиться и от рубашки, чтобы ткань не душила, но вместо этого я лишь расстегнул ворот и закатал рукава.
Подошёл к бару, надеясь найти там спасение хотя бы на пару минут.
Стоило открыть шкафчик — и я невольно усмехнулся, увидев аккуратные ряды пузырьков с знакомым красным перламутровым зельем.
— Лексар, — пробормотал я, мысленно поблагодарив друга.
Я вылил зелье в стакан и сделал глоток. Горечь обожгла горло, но не принесла облегчения. Второй глоток тоже не помог...
Я шумно вздохнул.
Ладно. Если не могу выкинуть из головы, значит, пойду хотя бы посмотрю на неё.
В библиотеке было тихо. Пахло пылью, старыми книгами и чуть-чуть её духами.
Лис спала на узком диванчике, подложив ладошку под щёку. Раскрытая книга соскользнула на пол.
Я замер на пороге. Просто стоял и смотрел на неё.
И чем дольше смотрел, тем сильнее ныло где-то под рёбрами.
Она изменилась. Стала другой, чужой, уставшей и замкнутой. Но сейчас, во сне, я видел ту самую Лис, которую когда-то держал в объятиях. Нежную. Спокойную. Родную.
Я зашагал обратно в гостиную, забрал оттуда плед и вернулся в библиотеку. Осторожно накрыл её плечи и, не удержавшись, коснулся кончиками пальцев ее теплой щеки, убирая прядь волос с лица.
Лис шевельнулась, и я замер. На миг захотелось обнять её, вдохнуть знакомый запах кожи.
Но я заставил себя отступить.
Сел в кресло напротив, сделал ещё несколько глотков зелья, уже не чувствуя вкуса, и уставился на неё.
Я вспоминал.
Вспоминал, как она смеялась, подшучивая надо мной.
Как спорила и кидалась в меня яблоками, если я побеждал в этом споре.
Как тянулась ко мне, касаясь дрожащими пальцами, и смотрела в глаза так, будто боялась, что я исчезну.
Как она отзывалась на каждый поцелуй.
Она целовала меня, а не мои звания, достижения и титулы...
А теперь всё это казалось сном.
Я не имел права даже коснуться её. Не то что целовать...
Чужая невеста. Без пяти минут жена моего друга.
В экипаже, когда всего на миг Лис поддалась и ответила на мой поцелуй, я едва не тронулся мозгами.
Понял, что она всё ещё чувствует. Где-то глубоко под слоем ненависти и злости пульсирует искра. И, возможно, у меня ещё есть шанс всё исправить.
Если я, конечно, сумею выжить.
Я тихо выдохнул и откинулся на спинку кресла. Тварь внутри уже давно молчала.
А вот боль нет.
Вдруг снаружи загрохотали колёса. Я повернул голову и глянул в окно. У дома остановился экипаж, из которого выбрался Хёнджин.
Внутри разлилось мерзкое чувство...Не злость, нет. Хуже. Ревность.
Я залпом допил остатки зелья, тихо прикрыл дверь библиотеки и направился в холл.
Распахнув входную дверь, я безэмоционально посмотрел на друга, замершего с поднятой для стука рукой.
— Я так и думал, что ты меня ждал, — усмехнулся Хёнджи.
— Разумеется, — я перевёл взгляд на папку в его руках. — Входи.
Хёнджи шагнул внутрь, отряхнул с плеч невидимую пыль и протянул мне папку.
— Где Лалиса?
— Уснула в библиотеке, — коротко ответил я, раскрывая документы. — Нашёл что-нибудь?
— И да, и нет, — тяжело выдохнул он. — У нас проблемы, Гук...
— Проблемы? — я нахмурился, пробегая взглядом по первой странице.
— Я побывал в двух архивах и не нашёл ни одной полной записи. Всё, что касалось рода Греймор, либо вырвано, либо залито чернилами.
Я поднял глаза на друга, оторвавшись от изучения бумаг.
— Уничтожено намеренно?
— Несомненно, — кивнул он. — Кто-то очень не хотел, чтобы мы узнали правду. И следы, Гук... Они не такие уж и старые.
Комментарии