Юки Накахара: найди себя

За ужином в доме Нара было спокойно.

На столе стояли тарелки с едой.

Шикаку ел и иногда делал глоток саке.

Ёсина спокойно ужинала, наблюдая за детьми.

Шикомару сидел рядом и, как обычно, выглядел так, будто больше всего на свете хотел лечь спать.

А Юки сидела молча.

Она смотрела на еду, но почти не притрагивалась к ней.

Шикаку заметил это.

— Юки?

Девочка подняла взгляд.

— Да, пап?

— Ты сегодня какая-то задумчивая.

Юки немного помолчала.

Потом посмотрела на него серьёзными золотыми глазами.

— Пап...

— М?

— А почему к Наруто в деревне плохо обращаются?..

В комнате стало тихо.

Шикомару перестал зевать и посмотрел на сестру.

Ёсина тоже подняла взгляд.

Шикаку поставил чашку на стол.

Он не ожидал такого вопроса.

— Почему ты спрашиваешь?

Юки опустила взгляд.

— Сегодня я видела...

Она сжала пальцы.

— Некоторые взрослые смотрят на него плохо. Дети тоже иногда смеются над ним.

Она нахмурилась.

— Но Наруто ведь ничего плохого не сделал.

Шикаку внимательно слушал.

Юки продолжила:

— Он всегда улыбается. Он хочет стать Хокагэ. Он старается.

Она подняла глаза.

— Тогда почему люди его ненавидят?

Несколько секунд никто не отвечал.

Шикаку тяжело вздохнул.

— Потому что люди иногда боятся того, чего не понимают.

Юки нахмурилась.

— Но это неправильно...

— Да.

Шикаку не стал спорить.

— Иногда страх заставляет людей быть несправедливыми.

Юки задумалась.

— Значит... Наруто один?

Ёсина мягко посмотрела на неё.

— Возможно, иногда он так себя чувствует.

Юки опустила взгляд.

Она вспомнила себя в четыре года.

Пустой дом.

Одиночество.

Страх, что её больше никто не ждёт.

— Я понимаю...

Тихо сказала она.

Шикомару посмотрел на сестру.

Он знал, что она действительно понимала.

— Но Наруто сильный, — добавила Юки. — Он всё равно улыбается.

Шикаку слегка улыбнулся.

— Да.

Юки подняла голову.

— Тогда я буду с ним дружить.

Шикомару вздохнул.

— Ты и так с ним дружишь.

— Значит, буду ещё больше!

— Хлопотно...

Ёсина тихо засмеялась.

А Шикаку посмотрел на Юки с теплом.

Он знал.

Эта девочка когда-то сама была одинокой.

И, возможно, именно поэтому она первой замечала чужую боль.

Ночью Коноха была совсем другой.

Днём улицы были наполнены голосами людей, смехом детей и шумом тренировок.

А сейчас...

Тишина.

Лишь мягкий свет луны освещал дома и пустые дороги.

Юки лежала в своей комнате и смотрела в потолок.

Она не могла уснуть.

Мысли всё ещё возвращались к разговору за ужином.

К Наруто.

К тому, как люди смотрели на него.

Юки тихо села на кровати.

Она посмотрела на дверь.

— Все спят...

Она осторожно встала, стараясь никого не разбудить.

Тихо открыла дверь и вышла на улицу.

Холодный ночной воздух коснулся её лица.

Юки пошла по улицам Конохи одна.

Она не боялась.

Тёмные переулки могли пугать многих.

Там были тени.

Движения.

Чужие чакры.

Но Юки знала, что это.

Она видела их.

Её глаза были особенными.

Они отличались от всех известных додзюцу.

В клане Накахара их называли...

«Глаза истины».

Или...

«Глаза, что видят душу».

Но настоящее название было другим.

Кокороган.

Глаза сердца.

Когда Юки активировала их, её золотые глаза менялись.

Они не были похожи ни на Бьякуган Хьюга, ни на Шаринган Учиха.

Они позволяли видеть не только движение тела.

Они позволяли видеть больше.

Чувства.

Намерения.

Состояние души.

Юки могла понять, когда человек лжёт.

Могла увидеть страх за улыбкой.

Могла заметить боль, которую кто-то пытался скрыть.

И именно поэтому она так хорошо понимала Наруто.

Потому что она сама когда-то была такой.

Одинокой.

Потерянной.

Она остановилась на улице и посмотрела на луну.

— Наруто...

Тихо произнесла она.

— Ты тоже чувствуешь себя одиноким?

Ветер слегка качнул её волосы.

Юки закрыла глаза.

Ей не нравилось, когда люди причиняли боль другим.

Особенно тем, кто просто хотел, чтобы его приняли.

Она посмотрела в сторону улицы, где жил Наруто.

— Я не знаю, почему взрослые делают вид, что тебя не существует...

Она сжала руки.

— Но я тебя вижу.

В этот момент вдалеке раздался лёгкий шум.

Юки открыла глаза.

Кокороган мягко активировался.

Она почувствовала чужую чакру.

Но это была не угроза.

Юки слегка улыбнулась.

— Кто-то тоже не спит...

Она продолжила идти по ночной Конохе.

Не зная, что её необычные глаза однажды станут одной из самых больших тайн клана Накахара.

Ночная тишина была нарушена.

Перед Юки внезапно появились двое шиноби в масках АНБУ.

Они двигались бесшумно, но Юки заметила их ещё до того, как они показались перед ней.

Её золотые глаза всё ещё светились.

Кокороган был активирован.

Она спокойно смотрела на них.

Один из АНБУ слегка наклонил голову.

— Девочка...

Его голос был спокойным.

— Почему ты гуляешь ночью одна?

Юки не испугалась.

Она знала, что перед ней не враги.

Кокороган показывал ей их намерения.

Они не хотели причинить ей вред.

Они просто беспокоились.

Юки немного улыбнулась.

— Просто гуляю...

АНБУ переглянулись.

Обычно дети её возраста не гуляли ночью одни по улицам Конохи.

Особенно дети шиноби.

Юки заметила их взгляд и сразу добавила:

— Сразу скажу...

Она выпрямилась и уверенно сказала:

— Я Юки Нара.

Один из АНБУ чуть удивлённо посмотрел на неё.

— Нара?

Юки кивнула.

— Мой отец — Шикаку Нара.

Она подняла палец, будто объясняла что-то важное.

— Так что не переживайте!

Юки улыбнулась.

— Я не пропаду!

Один из АНБУ тихо вздохнул.

— Ты очень уверенная для ребёнка.

Юки наклонила голову.

— Мне часто так говорят.

Другой АНБУ посмотрел на её глаза.

Он заметил их необычный блеск.

— Твои глаза...

Юки моргнула.

Кокороган всё ещё был активен.

— А?

АНБУ ничего не сказал сразу.

Он видел много разных техник.

Много клановых способностей.

Но такие глаза он встречал впервые.

— Это техника клана Накахара?

Юки на мгновение стала серьёзнее.

Она кивнула.

— Да.

Потом её выражение снова стало мягким.

— Кокороган.

Она посмотрела на свои руки.

— Они помогают мне видеть людей.

— Видеть?

— Не только снаружи.

Юки посмотрела на АНБУ.

— А внутри тоже.

На несколько секунд оба шиноби замолчали.

Они не знали, насколько глубоко эта маленькая девочка понимает окружающих.

Первый АНБУ наконец сказал:

— Всё равно тебе стоит вернуться домой.

Юки надула щёки.

— Я просто немного гуляла...

— И твоя семья наверняка волнуется.

При этих словах Юки задумалась.

Потом виновато улыбнулась.

— Папа будет ругаться?

АНБУ ответил:

— Скорее всего, будет переживать.

Юки вздохнула.

— Тогда лучше пойду домой...

Она развернулась.

Но перед тем как уйти, обернулась.

— Спасибо, что проверили меня.

АНБУ посмотрели ей вслед.

Один из них тихо сказал:

— Странная девочка.

Другой посмотрел в сторону, куда ушла Юки.

— Да.

Пауза.

— Но у неё доброе сердце.

А на тихой улице Конохи маленькая Нара возвращалась домой, даже не подозревая, что этой ночью ещё раз доказала одну вещь.

Её сила была не только в её глазах.

А в том, как она смотрела на людей.

Юки тихо открыла дверь дома.

Она старалась не шуметь.

На улице было уже поздно, и она надеялась, что все давно спят.

Но стоило ей сделать несколько шагов...

Щёлк.

Свет резко включился.

Юки замерла.

Перед ней стоял Шикаку.

Скрестив руки на груди, он смотрел на неё с серьёзным выражением лица.

— Ну и где это мы были, юная леди?

Юки застыла.

Её золотые глаза немного расширились.

— Папочка!

Она сразу начала махать руками.

— Я... это...

Она быстро начала искать оправдание.

— Ну... гуляла?

Шикаку молча смотрел на неё.

Юки почувствовала себя виноватой и быстро добавила:

— Пить...

Пауза.

— Воды хотелось!

В комнате повисла тишина.

Шикаку медленно поднял бровь.

— Воды?

Юки кивнула.

Слишком быстро.

— Да!

— В два часа ночи?

Юки замолчала.

— ...

Шикаку вздохнул.

— Юки.

Она опустила взгляд.

— Да, папа...

— Ты вышла из дома ночью и гуляла одна по Конохе.

Это был не вопрос.

Юки виновато покачала головой.

— Да...

Шикаку подошёл ближе.

Но его лицо стало не злым.

Скорее обеспокоенным.

— Почему ты не разбудила кого-то?

Юки посмотрела в сторону.

— Я не хотела мешать...

Шикаку немного смягчился.

— Юки.

Она подняла глаза.

— Ты никогда не мешаешь семье.

Эти слова заставили её замереть.

— Но...

Она тихо сказала:

— Я просто хотела подумать.

Шикаку внимательно посмотрел на неё.

— О чём?

Юки помолчала.

— О Наруто.

Шикаку удивился.

— О Наруто?

Юки кивнула.

— Почему люди к нему плохо относятся...

Она сжала пальцы.

— Я знаю, каково это, когда тебя считают ненужной.

Шикаку понял.

Она говорила не только о Наруто.

Она вспоминала себя.

Ту маленькую девочку, которая когда-то боялась, что осталась одна.

Шикаку вздохнул и положил руку ей на голову.

— Ты стала слишком хорошо понимать чужую боль.

Юки тихо улыбнулась.

— Это плохо?

— Нет.

Он мягко потрепал её волосы.

— Но даже тот, кто заботится о других, должен помнить о себе.

Юки кивнула.

— Хорошо, папа.

Шикаку посмотрел на неё строго.

— А теперь...

Юки напряглась.

— В кровать.

Она тихо вздохнула.

— Хорошо...

И уже собиралась уйти, как Шикаку добавил:

— И завтра утром расскажешь мне, как именно ты умудрилась встретить АНБУ ночью.

Юки остановилась.

Медленно повернула голову.

— ...

— Папа...

— Что?

— Ты всё знаешь?

Шикаку чуть улыбнулся.

— Я твой отец, Юки.

Она надула щёки.

— Хлопотно...

Из коридора раздался сонный голос Шикомару:

— Это я обычно так говорю...

Юки и Шикаку посмотрели в его сторону.

Шикомару стоял с сонным лицом.

— Вы разбудили меня.

Юки тихо засмеялась.

И впервые за эту ночь ей стало спокойно.

Потому что она снова была дома.