Обещай жить

После похорон Альбуса Дамблдора мир вокруг словно намертво застыл в тревожном ожидании.

Прохладные летние рассветы больше не приносили привычного чувства покоя. Каждому волшебнику Британии стало очевидно: война окончательно сбросила свои маски. Она больше не пряталась за двусмысленными заголовками «Ежедневного пророка» и неопределенными слухами. Она пришла в каждый дом, в постучалась в каждое окно и заглянула в каждую семью.

И именно поэтому никто больше не хотел откладывать жизнь, любовь и счастье на неопределенное «потом».
Первой в это тревожное лето сыграли свадьбу Джорджа и Анджелины.
Церемонию решили сделать скромной, почти тайной - только для своих, в уютном саду «Норы», заново укрытом сильными Маскирующими и Защитными чарами.

Молли Уизли с самого раннего утра металась по двору, проверяя белоснежные скатерти, поправляя хрустальные бокалы и расставляя блюда с запеченной дичью.

- Мам, да успокойся ты, всё уже буквально идеально! - в который раз повторял Джордж, пытаясь поймать мать за плечи и усадить на скамью.

- Идеально в такое время не бывает! - всплескивала руками Молли, разглаживая невидимые складки на салфетках. - А вдруг пойдет дождь? А вдруг защитный купол просядет?!

- Идеально бывает, мам, если просто перестать волноваться хотя бы на пару часов, - с мягкой улыбкой добавил Джордж.

Артур Уизли, наблюдавший за ними от крыльца, тихо и доброддушно рассмеялся:
- Не мешай матери, Джорджи. Для нее это единственный способ не думать о том, что происходит за пределами сада.

В это время в детской комнатке на втором этаже Мия помогала Анджелине с последними приготовлениями. Невеста, одетя в элегантное платье цвета топленого молока, нервно крутила на пальце помолвочное кольцо.

- Мия... А вдруг что-то пойдет не так? - тихо прошептала Анджелина, всматриваясь в свое отражение. - Вдруг прилетят... они? Или я споткнусь на траве?..

Мия бережно поправила легкую фату из тончайшего кружева и тепло заглянула подруге в глаза:
- Анджи, даже если прямо посередине церемонии с неба пойдет искрящийся снег из перьев, Джордж обязательно превратит это в лучшую шутку дня и заставит тебя смеяться. В этом весь он.

Анджелина на секунду замерла, а потом искренне, облегченно рассмеялась:
- О Мерлин... Это точно. С ним невозможно оставаться серьезной.

Когда Джордж увидел выходящую из дома Анджелину, он просто замер у импровизированного арки из вьющихся роз. Его ухмылка мгновенно исчезла, уступив место абсолютному, нескрываемому восхищению.
- Ты... - выдохнул он, когда она подошла ближе. - Ты самый красивый Охотник и самая прекрасная девушка, которую я видел в своей жизни.

Анджелина лукаво улыбнулась, сжимая его теплые ладони:
- Надеюсь, ты будешь говорить мне это не только сегодня?

- Каждый день, Джонсон. Каждое божье утро.

Церемония прошла под раскатистый смех гостей, аплодисменты и счастливые слезы Молли. А после первого танца новобрачных Джордж подошел к брату, держа в руке два бокала с игристым вином.
- Ну что, Фредди? - задорно подмигнул он. - Теперь мы официально оба сдали свои холостяцкие полномочия.

Фред крепко, по-братски обнял его, хлопая по спине:
- Добро пожаловать в клуб женатых мужчин, брат. Поверь, здесь очень даже неплохо.

Ровно через неделю в саду «Норы» снова зазвучала праздничная музыка. На этот раз эстафету приняли Ли Джордан и Алисия Спиннет.
Если свадьба Джорджа получилась трогательной и по-семейному теплой, то торжество Ли и Алисии превратилось в невероятно шумный, азартный праздник.

Ли, обладая неукротимым талантом комментатора, умудрился рассмешить даже прибывших членов Ордена и созванных гостей еще до начала обряда. А когда пришло время произносить свадебные клятвы, он с абсолютно серьезным лицом вытащил из кармана длинный свиток и зачитал:
- Торжественно обещаю перед всеми присутствующими... громко и с выдумкой комментировать абсолютно каждый твой успех в жизни! А также защищать тебя от всех скучных людей Британии!

Гости за столами дружно взорвались хохотом. Алисия, вытирая слезы от смеха, приложила руку к сердцу и ответила:
- В таком случае, Ли Джордан, я торжественно обещаю никогда не выключать приемник и слушать твой голос всю оставшуюся жизнь!

Когда старый маг объявил их мужем и женой, сад снова взорвался оглушительными аплодисментами и взрывами праздничных искр, которые устроили Фред и Джордж.
Фред высоко поднял свой бокал:
- За наших лучших друзей!

- За любовь, которая сильнее любой тьмы! - поддержал Джордж.

- За семьи, которые мы создаем вместе! - с нежностью добавила Мия, прижимаясь к плечу Фреда.

Но праздничный флер испарился слишком быстро. Уж через несколько дней Орден Феникса в экстренном порядке собрался в мрачном доме на площади Гриммо.

Настроение у всех было предельно собранным и тяжелым. Защитные чары над домом Дурслей на Тисовой улице истекали в день совершеннолетия Гарри. Поттера требовалось срочно перевезти в безопасное место - в «Нору».
План, разработанный Грюмом, получил название Операция «Семь Поттеров»

В полумраке гостиной Гриммо стояла напряженная тишина. Члены Ордена перепроверяли заклинания, проверяли чехлы на метлах, запасы Оборотного зелья и боевые палочки.
Мия подошла к Гарри, который сидел на краю стола, нервно перебирая пальцами. Она молча наклонилась и аккуратно поправила воротник его плотной куртки - точно так же, как делала это перед их первым совместным матчем по квиддичу на третьем курсе.

- Ты вернешься целым и невредимым, Гарри, - с тихой, стальной уверенностью произнесла она.

Гарри слабо, напряженно улыбнулся:
- Я постараюсь, Мия...

- Нет, Поттер. Никаких «постараюсь», - строго, но с глубокой нежностью поправила она его. - Ты вернешься. Мы все будем ждать тебя у камина.

Он твердо кивнул:
- Я вернусь.

Эта ночь для всех, кто остался ждать в «Норе», казалась бесконечной.
Каждая минута тянулась словно вечность. Мия, Молли, Анджелина и Алисия ходили по дому, не находя себе места. И вот, наконец, защитный купол двора затрепетал, и в темноте ночи распахнулась дверь.

Участники операции возвращались группами. Но радости не было.
Грозный Глаз Грюм погиб, приняв на себя первый удар Волдеморта. А Джордж... Джордж въехал во двор, зажимая окровавленным полотенцем голову. Заклятие Снейпа Сектумсемпра сшибло его с метлы и напрочь отсекло левое ухо.

Когда Фред увидел брата, израненного и бледного, сочащегося кровью, его сердце болезненно сжалось, а в глазах вспыхнул дикий страх.
- Джордж... Брат... - выдохнул Фред, мгновенно подбегая и подставляя плечо.

Джордж, едва держась на ногах от потери крови, посмотрел на него и со сдавленным смешком попытался улыбнуться:
- Ну... Зато теперь я слизняк.

Фред замер:
- Что?..

- Расслышать не можешь? Я говорю - я теперь слизняк! Без уха! Относительно, понимаешь? Слизняк без-ухий! - вымученно пошутил Джордж.

Фред фыркнул, вытирая рукавом подступившие слезы:
- Ты даже сейчас... даже со свернутой челюстью и без уха шутить будешь?!

- А когда еще, Фредди? В гробу, что ли?

Мия немедленно усадила Джорджа на кресло и при помощи лечебных настоек и чар осторожно обработала страшную рану, останавливая кровотечение, пока Молли тихо, безутешно плакала у окна, обнимаемая Артуром.

И все же, несмотря на постоянную боль и потери, жизнь с суровой неизбежностью требовала идти дальше.

Наступил день давно запланированной свадьбы Билла и Флёр.
Сад «Норы» снова преобразился: над лужайкой воздвигли огромные белоснежные шатры, вокруг парили золотые свечи, а воздух был наполнен ароматами тысяч свежих цветов, которые Мия накануне собирала в своей теплице.

Флёр в своем серебристом платье с узором из фениксов выглядела ослепительно красиво. А Билл... даже глубокие, багровые шрамы на его лице не могли скрыть его невероятно счастливой, гордой улыбки.
Во время обряда Молли Уизли не сводила глаз с молодых. И когда волшебный связующий шнур вспыхнул золотом, объявляя их мужем и женой, Молли первой шагнула вперед и с искренней теплотой обняла Флёр. Теперь - уже окончательно, без тени сомнений, как родную дочь.

Вечером в шатре звучала легкая музыка, и гости высыпали на танцпол.
Артур кружил Молли, на чьем лице впервые за долгое время расцвела покойная улыбка. Джордж бережно прижимал к себе Анджелину, а Ли смешил Алисию прямо во время быстрого вальса.

Фред мягко обнимал Мию за талию, медленно покачиваясь в такт мелодии.
- Кажется... - тихо проговорил он, уткнувшись носом в её темные кудри. - Кажется, мы всё-таки умеем быть счастливыми, Джонс. Несмотря ни на что.

Мия положила голову ему на грудь, слушая ровное, сильное биение его сердца:
- Даже когда вокруг очень страшно...

- Особенно когда страшно, - с глубоким чувством ответил Фред. - Потому что это единственное, что не дает нам превратиться в тени.

Они медленно кружились среди мерцающих огней шатра, словно стремясь запомнить каждую секунду, каждый взгляд и каждое прикосновение.

Но этот светлый праздник закончился с оглушающей внезапностью.
Прямо посередине танцевального зала опустился серебряный Патронус Кингсли Бруствера в виде рыси. Его громкий, прогремевший на весь шатр голос заставил музыку мгновенно оборваться:
«Министерство пало. Руфус Скримджер мёртв. Они идут»

В ту же секунду веселье сменилось паническим хаосом. Защитный купол над «Норой» с грохотом лопнул, и на границе сада возникли черные силуэты Пожирателей смерти.

Началась суматоха. Члены Ордена вспыхнули палочками, прикрывая отход гостей, помогая детям и отправляя их через трансгрессию. Фред, Джордж, Мия и Ли держали оборону у входа в шатр, выбивая оружие из рук нападавших и создавая дымовые завесы.

Лишь спустя несколько долгих, тяжелых часов, когда нападавшие отступили, все смогли перевести дыхание в разгромленном саду.
А на следующее утро обнаружилась самая главная тишина.

Исчезли Гарри, Рон и Гермиона.
Они не оставили записок, не попрощались и не назвали никому конечной точки своего маршрута. Но абсолютно каждый из присутствующих в «Норе» понимал: шестнадцатилетние подростки, ставшие взрослыми за одну ночь, отправились выполнять последнее, самое тайное поручение Альбуса Дамблдора. И никто не имел права задавать лишних вопросов.

За завтраком на кухне «Норы» стояла непривычная, звонкая тишина.
Джинни неподвижно смотрела в окно на туманный луг. Молли бессильно сидела у остывшего чая, едва притрагиваясь к еде. Артур молча листал газету, не читая строчек.

Фред, сидевший рядом с Мией, тихо, почти шепотом спросил, всматриваясь в её глаза:
- Как думаешь, Мия... Они справятся? Они ведь совсем одни там...

Мия долго смотрела на три пустых стула на другом конце стола - там, где еще вчера сидели Рон, Гарри и Гермиона. А затем спокойно, твердо ответила:
- Они справятся, Фред. Потому что на самом деле они не одни. Где бы они сейчас ни были - они всегда будут чувствовать, что мы верим в них и ждем их дома.

И в этот момент каждый, кто сидел за большим деревянным столом в «Норе», мысленно повторял одну и ту же, самую главную молитву: Только бы они вернулись. Все трое. Живыми.