заслужи любовь

Дорога к дому Блейна заняла меньше времени, чем мне казалось. Когда черная машина заехала на закрытую, заросшую густым плющом территорию и остановилась возле мрачного, но по-своему величественного особняка, я невольно замерла на пассажирском сиденье.

​- Мы у тебя? - тихо спросила я, оглядывая массивные стены дома.

​Я ожидала увидеть здесь привычную для золотой молодежи роскошь, лоск и пустой пафос, но от этого места веяло холодом и одиночеством.
​Блейн заглушил двигатель, но не спешил выходить. Он повернулся ко мне, заметив моё замешательство.

- Не бойся, кудряшка, здесь нас точно никто не станет искать. По крайней мере, сегодня ночью. Тебе нужно успокоиться, прийти в себя и выкинуть из головы этот гребаный бал, который твой отчим закатал исключительно ради показухи и денег.

​Я шумно выдохнула, чувствуя, как накопившаяся за вечер усталость давит на плечи. Мы поднялись в дом, и Блейн усадил меня на мягкий диван в просторной гостиной, где горел только тусклый свет напольного торшера.

Он принес стакан воды, поставил его передо мной, а сам опустился рядом, глядя куда-то в пространство перед собой.

​Тишина в доме давила, но это была другая тишина - тяжелая, пропитанная чужими тайнами и болью.

​- Ты выглядишь так, будто сама готова разрыдаться, малявка, - нарушил молчание Блейн, но в его голосе не было и намека на привычную насмешку. Только глухая, свинцовая усталость.

​Я повернулась к нему, поджав под себя ноги. Мой голос дрогнул, едва пробиваясь сквозь ком в горле:
- А ты? Блейн, я думала, что моя жизнь - это кошмар. Родной отец пропал без вести много лет назад, а мама... мама умерла. И осталась я с этим монстром. Мой отчим... он женился на маме только ради её состояния. И бил меня втайне, за закрытыми дверями, чтобы мама ничего не узнала, а он мог забрать всё себе. Я жила в этом страхе каждый день. Но я смотрю на тебя и понимаю, что мы оба бежим от собственных демонов.

​Блейн горько усмехнулся, глядя на свои забинтованные пальцы. Его взгляд потемнел.

- Втайне? О нет, Эви. Мой отец даже не утруждал себя тем, чтобы прятать это. Он унижал и бил меня на виду у всех - открыто, демонстративно, показывая всему миру, кто здесь хозяин. А когда мне исполнилось восемнадцать, моя мама просто собрала вещи и улетела в другой город, бросив меня одного в этом аду.
​Он замолк, сжав челюсти так, что на скулах заходили желваки.

- И в тот день, когда он снова перешел черту... я убил его, Эви.
​От этих слов по моей спине пробежали мурашки.

Я посмотрела на него совершенно другими глазами - без тени страха, только с диким, пронзительным пониманием. Мы оба были сломаны, оба загнаны в угол монстрами, которые должны были нас защищать.

​Я вспомнила сегодняшний вечер, Эмму, пропавшую восемь лет назад, весь этот хаос с краской и погоней. И в этот момент одиночество, которое мы так тщательно прятали за дерзостью и масками, рухнуло.
​Одна горячая слеза скатилась по щеке и упала на колено.

Я не пыталась её смахнуть.
​Блейн резко притянул меня к себе, утыкая лицом в свое плечо. Он ничего не говорил - он просто обнимал меня крепко, надежно, защищая от всего мира, пока я молча оплакивала все то, через что нам пришлось пройти.

​Когда слезы иссякли, а дыхание выровнялось, я поняла, что больше не могу оставаться здесь.

- Блейн... отвези меня домой, пожалуйста, - тихо попросила я, глядя на него покрасневшими глазами.

​Он посмотрел на меня долго, тяжело, но спорить не стал. Молча кивнул.
​Всю дорогу до моего дома не было сказано ни слова. В машине висела густая тишина, но в ней больше не было напряжения - только хрупкое, выстраданное понимание.

Он остановился у моего подъезда, заглушил мотор и проводил меня долгим взглядом, пока я уходила в темноту.

Дверь тихо хлопнула за моей спиной, отрезая от ночной прохлады и тяжелых мыслей. В доме царила тишина. Я прошла внутрь на цыпочках и заглянула в гостиную: Чак уже сладко спал на диване, свернувшись калачиком вперемешку с Мирой, которая тихонько посапывала рядом. Хорошо, что они ничего не слышали и не проснулись из-за моего позднего возвращения. Мне совсем не хотелось волновать Чака.

​Я быстро проскользнула в ванную, включила воду и посмотрела на свое отражение в зеркале. Потекшая черная тушь, размазанная по щекам после слез, и уставшие глаза напоминали о том безумии, что творилось сегодня на балу. Я безжалостно смыла косметику, стирая маску идеальной девочки, которую отчим заставлял носить годами.

​Пришло время перемен.
​Достав из пакета купленные по дороге баночки, я принялась за дело. Сначала пришлось сделать осветление - едкий составщике защипал кожу головы, превращая мои родные темные кудри в светло-желтый, почти пшеничный оттенок. А следом пошла сиреневая краска.

Я аккуратно распределяла яркие пряди, глядя, как тусклый свет ванной комнаты отражается в новом цвете. Это был мой вызов, мой манифест и первый шаг к новой жизни - такой же дерзкой и неукротимой, как те изменения, на которые решилась и я, и Эмма.

​Когда я наконец закончила и высушила волосы, на меня из зеркала смотрела уже другая Эви. Светлые, струящиеся локоны с насыщенными сиреневыми прядями обрамляли лицо, придавая мне бунтарский и совершенно новый вид.

​Я тихонько добралась до своей комнаты, упала на кровать и закрыла глаза. Завтра будет новый день. И теперь я точно знала, что больше никогда не позволю управлять собой.

ПРОДОЛЖЕНИЕ СЛЕДУЕТ.
Ето мой второй фанфик надеюсь понравиться. Подписивайтесь на мой тгк: https://t.me/ari_akiva, также на тт: akiva._ovi

​Прода выходит по вечерам/ночам, раз в день или раз в несколько дней.

874 слова.