Все посчитано мгновением

Поппи.

В этом городе есть ещё один человек, с которым я могу нормально взаимодействовать .

Ну знаете, у каждого есть такой друг, который знает абсолютно всё. На чём лучше варить пиво, он подскажет. Собрать машину с нуля – вообще ерунда. Где лучше спрятать тело человека, так он поможет отвезти.

С последним я, конечно, загнула, но он это знает, куда лучше, так в это я не сомневаюсь.

Наверное, все дети, которые были обделены вниманием родителей гениальны, от чего знают все дальнейшие пути решения.

Остин Роквилль – это мой самый любимый дядя из друзей мамы. Они дружили с самого детства, поскольку жили на одной улице. Они вместе ходили в садик, вместе ходили в школу, вообщем были всегда вместе. Как и мои родители, которые раньше все дружили между собой. Я всегда восхищалась их дружбой. Моя мама, тетя Габи, её муж, мой папа и Остин. Когда-то они радовались беззаботным дням, думая о том, какое у них будет будущее. Как оно у кого сложится? Сейчас на все праздники мы собирались вместе, они вспоминали годы, которые на данный момент проходят у нас, а мы сидели и внимательно их слушали. В этот момент мы забывали о всех наших разборках с Ливанами, поэтому старались быть молчаливы, чтобы не сбить родителей с воспоминаний.

Джеймс куда лучше общался с Остином, они были по-настоящему близки. Оба любили этот город, больше, чем свой дом. Я была с ними, но лишь малую часть, наверное поэтому, по сей день не могу понять их.

— Господи, кто это зашел.. — произнес он, как только я перешагнула порог его бара. Как тут же он подлетел ко мне. — Поппи, ты так выросла. Выпьешь чего-нибудь?

Его голубые глаза засверкали. Он вытер руки полотенцем, которое лежало у бармена. После чего он легко обнял меня. Рабочая рубашка была уже потерта, некоторые нитки выступали, и я убрала пару из них.

Вся прелесть Остина в том, что он никогда не включал родителя, не читал нотации, а лишь давал совет, который больше звучал в качестве наставления.

— Пива. Холодного, — попросила я, присев за барную стойку.

— Кони, родной, налей пожалуйста,— слегка хлопнув по спине парня, проговорил Остин, а после сел рядом со мной. — Как ты тут оказалсь?

К этому времени бармен подал пинту, придвинув ближе ко мне, а вторую к хозяину бара. Я подняла голову, как тут же резко удивилась. Барменом был тот индюк, у которого язык без костей. Хотелось сказать ему ещё многое, но пожалуй, приберегу свои слова для другого случая, поэтому между собой мы лишь обменялись презрением.

Я начала рассказывать Остину то, как я вновь оказалась в Хеймиче. Мой рассказ был бурным, поэтому время длилось ближе к вечеру, от чего медленно начало светать.

— Может ты не просто так сюда приехала? — промочив горло, вопросил Остин.

— Зачем? Меня никогда не завлекал Хеймич. Я не его фанатка и я никогда не была к нему привязана, — бурно начала объяснять я, от чего начала рвать салфетку.

— Поппи, любые перемены дают тебе понять то, к чему раньше у тебя были вопросы. Воспользуйся этим.

Мы посидели ещё минут сорок, а после я стала собираться в сторону дома.

— Ты опоздала. — заявила мне тетя Габриэлла, которая загородила мне дорогу.

— В смысле, — с усмешкой вопросила я, снимая обувь.

— Сейчас пол одиннадцатого.

— И что?

— Я, конечно, понимаю, что ты мне свалилась, как снег на голову, но будь добра, соблюдать правила, которые есть в этом доме. Под кровом нужно быть десять.

Что простите? В десять ? В это время я гулять выхожу, в смысле в десять? В десять все самое интересное начинается. Мы что в средневековье, где с уходом солнца уже спать идут? В смысле в десять? Вы ещё скажите, что вставать в семь. Я что за что-то наказана? Или в чём-то провинилась? Господи, или у них так всегда?

— Но мне же не одиннадцать лет. И я вам не дочь, поэтому можете не беспокоиться за меня, — угомонив свои обеспокоенные мысли, начала проснять я.

— Пока ты тут, то я отвечаю за тебя. Не нравится что-то – звони матери да говори, чтобы забрала, — повысив тон, начала говорить тетя Габи.

— Отлично,только можете сами моей маме позвонить, а то она меня не послушает, — оживилась я, а после пошла в свою комнату, чтобы избежать дальнейшей перепалки.

По дороге меня остановила язва, из-за которой я, едва,не рухнула с лестницы. В момент когда я поднималась, она резко схватила меня со спины за сумку, что я пошатнулась на места, ухватившись за перила.

— Если твоя плешивая собака ещё раз поспит на моих кроссовках – Мур, я клянусь тебе, что обрею её налысо, — злостно проговаривала Блэр, махая в мою сторону своей поношенной парой.

— В этом доме плешивая только ты и то, что у тебя выпадают волосы – это явно не вина Бакки. Жрать что-то надо, — вырываясь из хватки, начала язвительно проговаривать я.

Я ворвалась в свою комнату, резко её захлопнув. Усевшись на пол да облокотившись о стену, тяжело вздохнула, закрывая ладонями лицо. Бакки, который спал, но от удара двери подскочил с кровати, оглянулся, наклонив голову, а после сел рядом со мной, кладя голову мне на ноги.

— Бакки, в следующий раз лучше нагадь им в обувь. — Начиная его жалеть, сказала я, а тот в свою очередь радостно завилял хвостиком, отчего я усмехнулась.

«Вы не одни, пока есть друг у друга» : послышался мне мамин голос во сне. Я не могла уснуть дальше, поскольку боялась, что опять услышу его.

Джеймс, выходи из моей головы.

Я теперь сама по себе.

Просто уйди. Зачем ты всё это делаешь?

Я проснулась раньше всех, поэтому пошла самая первая душ, чтобы на этот раз всё было без сюрпризов. Эта школа мне уже не нравится тем, что у нее даже нету формы. Каждый день нужно придумывать собственный образ, пытаясь выделиться из толпы снопов. Сегодня на мне кофта, которая слегка оголяла плечи, синие джинсы на низкой посадке, лимитированные кеды, которые я еле урвала в том году, на моих ушах всегда красовались золотые серьги, оставалось лишь побрызгаться парфюмом.

Первый урок был по физике, поэтому я уселась на третью парту, чтобы спрятаться меж другими людьми. На первых партах сидят те, кто хочет, чтобы их заметили. Они постоянно хотят что-то кому-то доказать, но испытывают лишь жалость. В моей прошлой школе таких макали головой в унитаз.

Было очень весело.

На последней парте сидят те, кто ничего не знает, поэтому всем своим непринужденным видом хочет упрятаться подальше от глаз учителя, но тем самым, наоборот больше привлекают внимания.

Учительница уже зашла, как тут же начала перекличку по классу, как в этот момент в класс за ней же зашел тот парень, у которого язык без костей. С ним был ещё один парень с темными волосами да уставшим видом.

— Лендер, это вы младшим классам сказали, что на мыле, как на коньках,по коридору кататься можно? — резко вопросила учитель.

Те меж собой переглянулись, сделав невозмутимый взгляд:

— Мы бы никогда, — с усмешкой начали проговаривать они.

— Узнаю – убью, — холодно проговорила учительница, продолжая проверять список класса.

Они прошли дальше в класс, усевшись сзади меня, как тот задел мое плечо. Он сел прямо за мной.

Вот козел!

Если бы было наоборот, то я безоговорочно любовалась его красотой да тихонько проклинала. Но сейчас я понятия не имею, что происходит за моей спиной, что начинает раздражать меня куда больше обычного. Если вчера я промолчала, то сегодня уж точно нет.

— Можно как-нибудь по аккуратнее, — развернувшись к нему, язвительно проворчала я.

— Что мне еще сделать? — озираясь на меня, вопросил он.

— Изолироваться.

— Мур и Лендер, к доске.... — вдруг произнесла учительница. — Порешайте задачки.

Доска была не такая большая, поэтому все решение нужно было аккуратно вместить на свою сторону. Как тут я смотрю, что наш Лендер отобрал у меня почти всю территорию. Я провела ладонью по его записям, тем самым они быстро исчезли. Оттолкнув его от доски, выхватив мел из его рук, я провела ровную линию, разделив доску пополам.

— Смотри, эта половина моя, — постукивая пальцем, словно объясняя слабоумному, начала прояснять я. — А вот это твоя половина.

— Спасибо, я понял, а теперь закрой рот и пиши задачу, — он выхватил у меня из рук мел, начиная расписывать невозмутимо условие задачи.

— Дай мел, — потребовала я, сдерживая нахлынувшую злость, подставив перед ним ладонь.

— Он один. Пиши пальцем.

Я стукнула его по плечу, что Лендер резко развернулся в мою сторону,ехидно озираясь.

— Так, я не поняла, что происходит? — возмутилась учительница, которая стояла в конце классе.

— Он не делится мелом, — начала я, показывая на него ладонью, помню как в детстве также жаловалась на Джеймса.

— А она меня бьет, ей нужно к психологу.

— А тебе к психиатру, но я же молчу об этом, — встряла я, поправляя волосы так, чтобы те задели его.

— Оба.Замолкли, — вскрикнула учительница. — Вы сейчас вместе пойдете к директору.

Мы вышли из кабинета. Сама я понятия не имела, где находится кабинет директора, поэтому следовала за Лендором. Данные визиты не были для меня новостью, а уж тем более дебютом. В моей прошлой школе было,куда интереснее.

— Ты знала, что женский алкоголизм не лечится? — вопросился Лендер, глядя в мою сторону. — Вчера..

— Неважно, это было вчера, — проговорила я да последовала быстрее, как только увидела нужную надпись.

Директор предстал перед нами. Его большой кабинет, куда больше пугал меня. В начале стоял мягкий кожаный диван, если бы кожанный, точно дешевая подделка. На стене были развешаны грамоты и медали, которые точно вручались за активную школьную жизнь. Рядом со столом располагались два шкафа. Первый, вероятно,с одеждой, а из второго выглядывали папки с нумерацией класса.Их было очень много, что по первости разбегаются глаза. Перед его столом стояло два стула, на которые мы присели, а я продолжила разглядывать акустику. На рабочем месте был порядок совмещенный с беспорядком. Вроде всё и лежит на своих местах, но так неаккуратно. Также мужчина постоянно попивал черный кофе, от которого шёл не самый приятный аромат.

— Лендер, в тебе я, конечно же, не сомневался, — начал тот, как парень тут же улыбнулся уголками губ. — Ну вы Джессалин, чего добиваетесь?

— Меня зовут Поппи, — поправила его я, вытягивая на своём лице любезную улыбку.

— Я обязан вашем брату. И я прекрасно понимаю, как вам не легко. Нам всем сейчас не легко, — перебирая ручку, меж пальцев произнес директор Вонг.

— Нет, вы не понимаете, — глухо, пробормотав себе под нос, отрезала я.

— Джеймс твой брат? — вопросил Лендер, но в ответ ему я лишь кивнула.

— Поппи и Конрард, идите на урок. Какой у вас сейчас?

— Физкультура, — одновременно проговорили мы, а после обернулись друг на друга.

Я надменно закатила глаза, чтобы точно показать ему, что не испытываю никакой радости от этой новости, хотя это было и так понятно с самого начала.

— Мы еще не расстаемся с тобой, — прояснил мне Конрад, вздергивая мне нос.

Ты ещё будешь жалеть об этом.

Элизабет.

Мне не удалось прогулять физру. Я хотела в момент урока уйти подготавливать зал для бала, но видите ли, у нас появились желающие. Поэтому придётся пожертвовать биологией. Ладно, если есть те, кто хочет помогать, значит нужно сбросить всю работу на них, чтобы мои мысли хоть немного улетучились от наплывающей работы. В своём блокноте нужно будет отметить подготовку бала.

Сначала нас заставили бегать. Для меня нет никакой проблемы быть в своих мыслях, ведь когда мы окружаем себя своими страхами, то мы их уже попросту не замечаем. Я перевела взгляд на эту новенькую, которая во время бега никак не могла отдышаться.

Вероятно, вчера она пила, из-за чего её мозг еще не перешел в рабочую фазу. Сейчас она может запросто упасть в обморок. Пускай она меня бесит, но зная, что с ней происходит и при этом ничего не делать – это абсурд. Да и кто бы там кричал, чтобы я что-то сейчас сделала. Но уже моё внутренне говорило об обратном:

«Элизабет, хватит включать спасателя. Твоя помощь никому не нужна.»

В психологии есть прием,который помогает избавиться от гнетущих мыслей. Нужно несколько раз проговорить их вслух, а после мысленно выкинуть из головы.

Только вот такой техникой я до конца не овладела.

Я сбегала до своего рюкзака, прихватив таблетки и воду. Всё же иметь при себе карманную аптечку – очень выгодно.

— Спасибо, — отрезала она, в тот момент, как я кинула рядом с ней пачку.

— Не обольщайся.

Учительница физкультуры решила, что старшим классам мало забот, поэтому приказала нам делиться по командам.

Игра в вышибалы говорила мне о многом, например, о синяках, которые будут в преддверии осеннего торжества. Мы оказались с новенькой в одной команде, и конечно, вышибать будут нас..

Пусть лучше меня убьют этим мячом первой, чтобы я поскорее уселась на лавку, но нет же, против нас команда Конрада Лендера, человека с которым уже за первый месяц учебы, я ругалась порядка больше десяти раз.

Сейчас точно будет какое-то шоу от него.

Я не знаю как, но я осталась третья. Со мной в команде была новенькая и...а нет, её только что выбили. Теперь мы остались вдвоем с девочкой, которую зовут Джессика, но называет она себя почему-то Поппи. Я ещё не до конца психолог, но такое можно вылечить.

Если бы рядом был Джеймс,то он кричал мне о том,что я бы защитила её. Он постоянно твердил о том,что нам следовало приглядывать лучше за нашими братьями и сестрами. Но в своей семье я была одна..

Мысли, прочь с моей головы, почему я постоянно о чем-то думаю ? Даже сейчас: я не вижу того, как в меня летит мяч, но чувствую, как кто-то отталкивает меня и мяч пролетает мимо. Пошатнувшись, но твердо уцелев на ногах, игра в моменте остановилась от вопиющей Поппи или Джесси, которая только что не дала заполучить мне оплеуху от мяча.

— Ты специально целишься в голову? — начала кричать она, смотря в сторону Конрада.

— Это игра. Мяч не будет отлетать от тебя силой мысли. Дуреха.

Они продолжили собачиться о чём-то, но я в этот момент побежала в раздевалку. Закрывшись в душевой да усевшись на пол, я закрыла лицо руками.

Элизабет, дыши.

Ты сильная.

Мысли прочь.

Ты все контролируешь.

Не дай им показать слабость.

Я восстановила дыхание, а после привела свои растрепанные волосы от пальцев в порядок. Мне нужно погрузится с головой в работу и учебу, только тогда у меня не будет сил ни на что.